Чтение онлайн

Понимание напрочь отказывалось приходить к ней. Фэйри потрясла головой, похлопала глазами:

– И за это она хочет тебя убить?

– Имеет полное право.

– Но почему?

– По закону. В назначенный день и час я должен был передать эту проклятую цепочку ей и принять смерть от ее рук, – он помолчал, потом вынырнул из воспоминаний и с неохотой продолжил. – А я струсил. Сбежал. И девять лет прятался в мире людей. И вот теперь меня все-таки сцапали.

Она мотнула головой:

 – Странные тут у вас законы...

 – А ты что думала? За неограниченную власть нужно платить. Платить жизнью. Иначе никак.

Она осторожно покосилась на него:

– Своего отца ты тоже убил?

Он кивнул, но было заметно, что эти воспоминания не доставляют ему особого удовольствия:

– Он сам мне сказал это сделать...

Черная тишина, казалось, капает с потолка темницы, Фэйри слушала, как тарабанит ее собственное сердце. Горящие узоры на стенах как-то недобро скалились.

– Ну не может же быть, чтобы здесь... чтобы отсюда...

– Нельзя было выйти? – словно прочитал ее мысли он. – Ну, из тех, кого я сюда когда-то упрятал, живым никто не возвращался, так что...

– И что с нами будет?

– Понятия не имею. Знаю только, что здесь живет сама Смерть. А кто ее видел – уже ничего не расскажут!

Она зарычала:

– Какого черта ты вообще меня впутал во все это? Зачем ты ко мне пришел? Если знал, что я – подменыш, фейри, и через меня тебя найдут?

– Ну упс, извини, так получилось, – как напроказивший мальчишка, вдруг усмехнулся он. – Да и не лучше ли уже умереть здесь, чем медленно сходить с ума там? Задыхаться от боли, пустоты и отчаянья, зная, что ты – чужой, что этот мир – не для тебя? И выть на луну долгими октябрьскими ночами? – его глаза вновь наполнились той непередаваемой тоской. Теперь она, наконец, понимала ее природу.

Она сникла, мысли странно рассеялись, накатила внезапная дремота... Потом вдруг вспыхнуло, и она резко посмотрела на него:

– Она должна убить тебя собственными руками? Но если ты умрешь здесь – это же будет не по закону?

Казалось, он даже развеселился:

– В точку, госпожа адвокат! Не по закону. Да только никто же не узнает. Для всех я давным-давно мертвец.

Третий, чуть дребезжащий голос, раздался откуда-то, словно из стены за его спиной:

– Не для всех, король Киэнн.

***

«Так вот как тебя зовут!» – подумалось Фэйри.

Полупрозрачная фигура невысокой женщины, закутанной в белые одежды, неожиданно родилась из пустоты, точно пламя свечи вдруг взметнулось к потолку. Ее лицо казалось заплаканным, а огромные глаза какими-то совершенно безумными.

– Нэмайна! – изумленно охнул король. – А ты тут что делаешь?

Затем спохватился:

– А, ну да, глупый вопрос. Я хотел сказать: за что тебя сюда сиятельная королева спровадила?

Существо помолчало, потом метнуло в него злобный взгляд:

– Твоя дочь – грязная похотливая дрянь!

Киэнн присвистнул:

– Ого! Ты ей так и сказала? – похоже, теперь его распирало от веселья.

– В точности, как и ты! – добавила женщина.

– Поооопрошу! – шутливо запротестовал король.

Пришелица мрачно молчала. Потом вдруг спрятав взгляд в землю, поникшим голосом пролепетала:

– Она хотела забрать его у меня...

– Уууу... – многозначительно протянул Киэнн, – нашла коса на камень...

Затем на мгновение обернулся к Фэйри и «пояснил»:

– Баньши.

Причем таким тоном, как будто это действительно абсолютно все объясняло! Нет, она, безусловно, знала, кто такие баньши. В верованьях ирландских кельтов, так звались духи-плакальщицы, предвещавшие близкую смерть тому, кто слышал их стоны и причитания. Дух этот чаще всего жесток и порой даже мстителен, в особенности если того обидеть. Впрочем, как и большинство волшебных существ. И да, они, конечно, чертовски не любят, когда у них что-либо забирают. В сказках это чаще всего гребень или другая безделица. Однако было не похоже, что речь идет о чем-то подобном.

– Он жив? – Киэнн пытливо пронзал свою новую собеседницу взглядом, баньши молчала, не отрывая глаз от земли. – Он жив, Нэм?

Она внезапно гордо вскинула голову:

– К счастью нет! Я успела! Ее грязные руки не коснулись его! – на ее лице горел вызов.

Киэнн вздохнул и ругнулся:

– Черт, ну она же должна была знать, что этим закончится! – наконец он снизошел до того, чтобы объяснить Фэйри происходящее. – Баньши – исключительные собственницы. Редкостные. В наших краях таких, пожалуй, единицы. Причем относится это куда в меньшей степени к вещам, нежели к живым существам, по какой-то немыслимой причине дорогих их призрачному сердцу. Не хотел бы я, чтобы одна из этих особей положила на меня глаз. Я бы и дня не прожил. – Ну вот, детка, – с грустноватой иронией обернулся он к женщине в белом, – теперь нам с тобой щедро дарован билет в одну сторону и попутно – уникальная возможность ознакомиться с главной достопримечательностью Маг Мэлла...

Баньши решительно мотнула головой:

– Я вас выведу.

– Да ну? – его внезапно разобрал смех. – Отлично, Нэм! Ты тут, никак, экскурсоводом? – «Обратите внимание на вон тот оскалившийся череп, если потрясти его за челюсть – справа откроется секретный выход!»

Баньши смотрела на него с убийственной серьезностью. Он закашлялся и с трудом проговорил:

– Черт, да, я забыл, что у тебя нет чувства юмора.

– Хочешь продолжать паясничать, мой король – не смею задерживать! – со злостью отрезала она и повернулась с явным намереньем уйти.

Фэйри дернула его за рукав, однако это было излишним – Киэнн и сам был уже готов пойти на попятную:

– Ээээ, Нэм... Ну, извини, шутка была глупой... Как всегда... У меня других не бывает, ты же помнишь, – он скривился в ироничной улыбке.

– Да, помню, – она резко обернулась, полупрозрачная ручка взметнулась в воздух и внезапно влепила королю пощечину. – Это тебе за старые шуточки!

Киэнн поморщился, растирая скулу:

– За все сразу или будет продолжение? – постарался не терять присутствия духа он. – Честное слово, никогда не мог понять, Нэм, – продолжал он, старательно бравируя, – почему ты – ты же, вообще-то, как бы бесплотная! – всегда так боялась, что тебя разденут!

Вторая рука баньши проделала аналогичную траекторию:

– Все, понял. Принял к сведенью, занес в большую церковную книгу, записал на скрижалях веры: «Да не коснется веселость твоя призрака, именуемого баньши, ибо она грустна, как повесть о Ромео и Джульетте!» – он инстинктивно отшатнулся, предчувствуя третью затрещину: – Нэм, ну извини, – наконец сдался король и даже немножко посерьезнел: – Я знаю, что вел себя, мягко говоря, не лучшим образом, и, по правде сказать, буду сильно удивлен, если ты станешь помогать мне. И не меньше – если тебе это удастся. Но если ты и вправду вытащишь мою задницу из этого дерьма – я твой должник. Надо признать, мне не слишком-то хочется подыхать.