Чтение онлайн

Хозяева вышли на улицу, а я с некоторой опаской подошел к кровати бабки Прасковьи.

– Дождалась-таки, - с облегчением вздохнула она.

Я присел на стул у ее кровати и несмело спросил:

– Чего - дождались?

– Тебя, волшебник, тебя.

Сердце громко бухнуло и куда-то провалилось, я вздрогнул.

– С чего вы взяли, что я… - договорить мне не дали: старая женщина властно подняла руку.

– Ври, кому хочешь, но не мне. Знаю я про вас, маги. Мне еще в молодости одна гадалка предсказание сделала, что придет ко мне…

Про то, как надо говорить со старшими, а теме более с пожилыми людьми, я напрочь забыл и беспардонно перебил:

– Какая гадалка?

– Волшебница, - старушка и не думала обижаться.
– Подруга моя. Она мне рассказала, потом другие маги меня убить пытались, да она спасла. Только ослепла я с той поры…

Мне вдруг стало так стыдно за магов, которые сотворили такое, что я отвернулся. Только слепая не видела моего жеста и спокойно продолжала:

– Сказала она, что придет ко мне один молодой человек, исцеляющий людей. Маг Стихии. Ты какая Стихия?
– я не успел и рта раскрыть, как она сама ответила: - Ты Ветер. Он следует за тобой, я почувствовала, когда ты вошел. Да ты не бойся меня, я чужие тайны хранить умею.

– А я и не боюсь, - вяло отозвался я.

– Хорошо, - кажется, мой ответ ее удовлетворил.
– А теперь слушай меня. Моя подруга была очень сильной предсказательницей. Она предвидела твой приход и хотела сообщить тебе нечто важное, но знала, что не доживет до этого момента, а потому передала свои слова через меня.

– К-какие слова?
– ага, вот мы и заикаться стали, приехали, называется.

– В самый трудный час позволь себе быть ребенком.

– И что это значит?
– не понял я. В общем-то, я уже давно ничего не понимал.

– Не знаю, - призналась она.
– Много лет пытаюсь понять, но так и не могу. Не для меня это послание, вот и не понимаю. А ты поймешь, когда этот "самый трудный час" наступит. Будь уверен.

Послание явно было очень ценным, раз оно хранилось столько лет. Но почему же об этом ничего не известно Захару, Красову и Сырину? Догадка обдала меня холодом? А что, если им как раз и было известно? Может, меня потому сюда и прислали? А может, у меня паранойя, и все это только совпадения? Нет, с некоторых пор я не верю в совпадения.

– Спасибо вам большое, - поблагодарил я и поднялся.

– Тебе предстоит нечто великое.

От уверенности в ее голосе мне стало жутко, и я поспешил попрощаться и выйти. За этим странным разговором я даже забыл о смертельной усталости. На душе остался неприятный осадок, а все из-за того, что я ничего не понимал.

А на улице уже собралась целая толпа, чтобы поблагодарить меня. Я ожидал, что мне еще придется провести длительную исправительную беседу с животными, но моя хрюшка с дороги все сделала за меня и сообщила всем, что сказал ей маг Стихии. Так что зверье успокоилось и вернулось по домам.

– И чем тебя отблагодарить?
– спросил кто-то.
– Герой!

Меня аж подбросило. Ненавижу, когда меня хвалят, а здесь, похоже, задержись я еще немного, на руках таскать начнут. Тоже мне сельский спаситель-спасатель. Было бы чем гордиться, это же все из-за магов, хоть и из-за черных, но все-таки из-за магов.

И я решил сматываться по-быстрому.

– Благодарить меня не надо, - сказал я, - у меня только одна просьба: не режьте хрюшку, которую я сегодня согнал с дороги, она умнее, чем кажется.

Смысла моей просьбы, конечно, не поняли, но выполнить пообещали.

– А еще что?

– Еще?!
– понеслось со всех сторон.

– Ничего… Мне уже пора…

Тут около меня оказался Федор Михайлович.

– Я подвезу, - вызвался он.

Но я отказался, наврав, что сразу за поворотом меня встретят на машине, о чем я, якобы, заранее договорился со своим другом. От провожатых я тоже отказался и смылся прежде, чем меня продолжили снова благодарить.

Поворот, о котором я говорил, был чуть дальше, чем мне казалось, но делать было нечего, переместиться на виду я не мог. И я быстро пошел туда, насилу оторвавшись от незваных провожатых.

За поворот я повернул где-то через пятнадцать минут. Тут-то я и решил переместиться прямо домой. Но меня опередили, ну, то есть, переместились раньше меня. Сюда.

Я шарахнулся от неожиданности, чуть не свалившись в канаву. Передо мной стоял черный маг, будто только что сошедший с рисунков Акварели.

– Здравствуй, враг мой, - ледяным голосом произнес он.

Я собрал всю волю в кулак и ответил достойно, а не бросился прятаться в кусты:

– Здравствуй, Брагос.

Но то, что я ответил не дрожащим голосом, вовсе не значило, что я не струсил. Я, конечно, знал, что рано или поздно мне придется встретиться с могущественными черными магами, но я, наивный, почему-то представлял, что рядом со мной, по крайней мере, будет Захар.

Все оказалось гораздо более прозаичным. Я стоял один посреди пустой дороги перед магом, который посмел бросить вызов самому Темному Властелину, по сравнению с которым я был букашкой.

– Вот и встретились, Ветер, - продолжал черный маг, сверля меня своими черными бездонными, как пропасть, глазами.

И тут я обнаружил, от ужаса меня тянет хамить. А, правда, что я еще мог, кроме как паниковать? Меня же ничему толком не научили. Подумаешь, языки выучил, так это мне не поможет, он и на русском хорошо изъясняется.

– Встретились, Брагос, встретились, - как можно холоднее улыбнулся я.
– Не подскажешь, имя у тебя от браги исходит?
– вспомнились рассуждения Михалыча о Дионисе.
– Видно, выпить любишь? Ай-я-яй, а как же печень?

Маг заскрежетал зубами.

– Говори, говори, щенок, - процедил он.
– Я с тобой сюсюкать не буду, пусть Темникова себе придумывает хитроумные планы, в которых сам черт голову сломит, я разделаюсь с тобой по-простому.

– Зачем ты так его?
– жалобно спросил я.

На ладони Брагоса уже материализовался огненный шар, но, услышав, мой вопрос, маг остановился.

– Кого?
– не понял Брагос.

– Как - кого?
– в свою очередь изобразил удивление я.
– Черта, конечно. Сам же сказал, что он голову того… сломит, значит.

Того момента, за который Брагос понял, что над ним насмехаются, и рассвирепел, мне хватило. Впервые я прочел заклинание Короткого пути с такой скоростью. Я прекрасно понимал, что с моим опытом мне с Брагосом не тягаться. А так близко от села тем более нельзя, потому что люди только что поверили, что видели всего лишь гипнотизера.