Чтение онлайн

– Эй, хозяйка, гость пришел! Открывайте ворота, наливайте молока!

На кончиках его пальцев заиграли колючие искорки, пока никому, кроме него, не заметные.

Дверь растворилась беззвучно, и темная фигура из полумрака прошипела ему в лицо:

– Нахааальссство... Сссовсем ссстрах позабыли?

– Ну почему же...
– насмешливо сказал эльф.

Неслышный звон времени начал сгущаться, чтобы ударить безвременной грозой, но тут фигура выступила на свет и сварливо добавила:

– А половником получить не боитесь, юноша? А?

Эй посмотрел в загорелое, морщинистое лицо и понял, что слегка погорячился.

– Ну заходи, что ли, - сварливо сказала тетка Грай.

Они вели разговор на небольшой, чистенькой веранде.

– Значит, ты охотник на нежить?
– переспросила тетка.

Эльф кивнул, и она мелко захихикала, отчего кресло-качалка зверски заскрипело.

– Парень, да ты с дуба рухнул!

– А вот и нет, - уязвленно сказал Эй.
– Я приплыл!

– Вид-то у тебя, когда на пороге стоял, был истинно зверский, - продолжала издеваться старуха.

– Я предполагал, что демон - это вы, - буркнул Эй.

Это повергло тетку Грай в сущий припадок. И только когда эльф, встряхнув ладонями, обрызгал ее водичкой, она прокашлялась и пришла в себя.

– Значит, это я учинила такую беду над нашим поселком?

– Мой друг, маг и волшебник из людей Драконьего королевства, называл это "мрачным одеялом". Ничего смешного! И говорил, что чаще всего источник гнетущей ауры - это люди. Жители тех же мест, один или несколько. Они попросту продлевают свою жизнь за счет жизненной силы, силы эмоций своих соседей. Многие проделывают подобные штуки случайно, но "облако мрака" требует большого мастерства, большого опыта и обдуманного злого намерения. Я думал - это вы. Я был неправ. Сожалею.

– Так что тебе надо-то, горе-умелец? И я что-то не заметила, ты воду откуда взял?

– А я эльф! И ищу хорошую компанию для охоты, - просиял Эй.

И пустил по веранде радугу, переливаться в бриллиантовых капельках.

Пауза затянулась. Тетка поскрипывала креслом, раскачиваясь туда-сюда, на ней лежал разноцветный отсвет. Наконец она нехотя вымолвила:

– Никто не пойдет. Погинули первые и вторые охотники... Потом в прошлом году шестеро наших парней отправились, чтобы убить страх-из-чащи. И мы похоронили их головы, только головы. С окоченевшими гримасами. Нашлись на опушке поутру. На том у нас храбрецы и покончились. Никто с тобой не пойдет, мальчик. Не похож ты на героя.

– Это радует, - сказал Эй.

Больше сказать было нечего.

Он мог бы справиться и в одиночку. Наверное. Или бросить эту затею. Но что знает один демон - знают все. На изнанке мира, где они обитают, информация разносится, словно запах. И если оставить Тилмир как есть, очень скоро вместо одного "страха-из-чащи" получится целый клубок, а там и до новой эпидемии недалеко. Если же эльф придет за демоном в одиночестве, тот легко учует его и попросту сбежит - нырнет в свой лаз, и поминай как звали.

А кроме всего этого... люди учинили это безобразие в своей земле, люди и должны участвовать в уборке. Иначе земля отвернется от них, не признавая ни добрыми гостями, ни тем паче хозяевами...

– Эльф, а эльф, - позвала вдруг тетка Грай.
– А сделай меня молодой?

Эй вздохнул. Всегда одно и то же.

– Я могу. Но меньше десяти дней ты будешь молодой, а потом в несколько часов сгоришь обратно и умрешь. Сделать?

Тетка Грай молчала. Молчало и ее кресло.

Потом вздохнула. Махнула морщинистой рукой.

– Я о том годе виноград посадила... не ела пока. Обойдусь.

– Без винограда?
– невинно спросил Эй.

– Без молодости, дурень! Ступай уже, пока половником не получил!

Когда за калиткой снова замаячил Эй, Найхенна никак не могла понять - плакать ей или смеяться. Впрочем, сегодня она уже поплакала. Хорошенького понемножку.

Кроме того, она все-таки немного сердилась.

– Кыш отсюда! А то соседи скажут - приваживаю тебя! Муж рассердится, побьет!

Но эльф только слегка поморщился под градом упреков. Выглядел он, правду сказать, и без того дурно.

– Я навел чары, - обыденно сообщил он.
– Соседи твои меня не видят. Мне нужна помощь.

Неизвестно откуда она знает, что он не лжет. Всплескивает руками, но он не дает ей произнести ни слова.

– Да. И я хочу рассказать тебе сказку.

...Ну эльф. Ну и что? Мальчишка. И она чувствует себя девчонкой, когда спрашивает в ответ:

– Пить хочешь?

И вот он сидит на ее кухне, на табуретке, болтая босыми ногами.

Молоко в стоящей перед ним кружке крутилось пенистым водоворотом, не думая утихать.

– Я приплыл на ореховой скорлупке, - сказал Эй.
– Так зовется мой корабль, он остался там, где смыкается река и море. Кто-то небрежный ел орехи на берегу эльфов времени и стряхнул скорлупу в воду. Этот кто-то сидел на причале, болтая ногами, да, вот так вот, и ни о чем особо не думал. А скорлупка болталась по волнам, бившимся о берег, и понемногу росла. Сначала - до ладошки. Потом - до лодочки. А потом ветер занес в нее семечко с эльфова берега, крохотное крылатое семечко из сосновой шишки. Оно немедля пустило корни - и распрямилась красотка-сосна, как струна, раскинула лохматые лапы и мачтой закачалась на морском ветру, поскрипывая. Скорлупка же к тому времени подросла до славного корабля с высокими бортами и длинной изогнутой шеей в мелких чешуйках. И робко корабль ткнулся в причал - где все еще сидел кто-то, кого обычно звали Эй, а в трудную минуту Эйты. И он встал, отряхнулся от ленивого времени, как пес, и поднялся на борт Ореховой Скорлупки, храброго юного драккара.

– Хорошая сказка!
– улыбнулась Наэнни.
– Я тоже всегда сказки рассказываю... рассказывала. Ребятам. У нас же бегать запрещено, и шуметь. А сказки что - они тихие... Ладно. Ты говорил - тебе нужна помощь? Что такое?

– Людей надо выручать...
– ответил Эй.

– Кого выручать?!

– Да вас всех, - вздохнув, объяснил он.
– Всю тоску вашу разгонять. Все страхи. Насмотрелся я, аж тошнит. Вы же всей деревней бежите, с визгом и топотом, хоть и молча, хоть и бесшумно. Дети ваши... на голове стоять боятся. Смешно бы было. Но нет - страх-из-чащи. Такой, что и мне уже страшно!.. Хотя больше тошнит.

Эй передернул плечами и залпом допил молоко.

От того, что он произнес все это вслух, она начала дрожать. Но разбитое яйцо обратно в скорлупу не засунешь. Значит, время говорить?

– Так вот, - сказал эльф.
– Скорлупка, мой драккар, согласился со мной в одном. Никто из ныне живущих в Тилмире, кроме тебя, не способен преодолеть свой страх.

Она попыталась улыбнуться.

– Я?! Разве что ты меня заколдуешь!

– Чтобы ты знала, вам, людям, чтобы выстоять против наших хваленых эльфийских чар, не нужны ни великий ум, ни богатство, ни сила. Довольно того, что вы зовете храбростью. Такой храбрости нет ни у кого из эльфов. Чары есть, ловкость, что угодно - а вашего огня нет. Наэнни, мне нужно, чтобы ты была храброй. Для себя и для меня.