Чтение онлайн

…он вошёл, остановился удивлённо, смотрел осторожно думал… присел за стол, не трогал тишины, смотрел и не видел он очень напряжённо что-то важное очень для себя… вспоминал…

…тепло… очень тепло и уютно… уютно и тепло… очень… тёплый уютный лес… тёплая уютная избушка… забыл… забыл что-то… чего-то не хватает везде… стол… очень красиво убранный стол… ничем не дополнишь… не хватает… что… что… что забыл… нет чего-то без чего не дышится… забыл… вспомню я… зачем тёплый лес… вспомню… зачем маленькая избушка… вспомню… маленькая избушка… маленький… он… он там…

– Сладкая клюква, - она прекрасная помогла им всем вспомнить.
– Сладкая клюква и маленькие нежные цветы, их нет на столе. Мы забыли о них? – улыбнувшись спросила она.

– Как мы могли забыть! – возмутился кот. – Как раз и собирались вот сейчас. Сладкая клюква и маленькие нежные цветы… подумаешь!… да что мы в жизни что ли не видели сладкой клюквы и маленьких нежных цветов!… Да этого добра хоть отбавляй! Девать некуда!… Сейчас вот и собирались… Сейчас… вот…

И кот усердно зашарил по несуществующим карманам, звякая, бряцая и вытряхивая всякую ерунду. Великий змей не сдержал улыбку, и раскрыв ладонь положил на стол, ближе к гостю, маленький букетик цветов и полную пригоршню сладкой подмороженной клюквы.

– Ну вот! – с чувством исполненного долга заявил кот. – Всё в лучшем виде, как просили…

Царь-смерть улыбнулся печально и сказал:

– Он болен… очень… он не сможет сделать и двух шагов… он не забывал о главном, но он совсем забыл себя…

А гость торопился уже, спешил, благодарил невидящими глазами. К сердцу поближе сладкой клюквы пригоршню, к сердцу поближе маленькие нежные цветочки… «он там»… встал… покачнулся… из всех сил жил, да первого же шага не перенёс… рассыпалась по полу избушки сладкая клюква… застонали под болью сердца маленькие нежные цветочки…

– …Ведь… он… спит?.. – тревожился глазами огня чёрный кот.

– …Он спит… - успокоил маленький царь-смерть, - …болен он… очень… но он просто спит…

Кот чёрный бережно, по бусинке, собирал в мягкие лапы рассыпавшуюся сладкую клюкву, складывал в уголок на столе, цветочки рядышком букетиком нежно.. Чёрной тенью стелился мягким ночным ковром… перенёс… уложил… на лежанку тёплую… поудобней бы как… Тенью чёрной, большой, крылатой, взвился… и… исчез…

– Я помогу ему, прекрасная, - вызывался маленький царь-смерть.

– Он справится, - улыбнулась прекрасная она, - если ему будет трудно – я увижу его…

– Тогда поможем гостю – сказал великий дракон.

– Я… помогу… ему… - был согласен печальной улыбкой маленький царь-смерть.

На мягких лапах, на чёрных крыльях… над верхушками серебряных деревьев… по высокому светлому ночному небу… то ли шёл… то ли плыл… то ли летел… прикрытыми глазами огня… к цели… к тому далёкому… очень далёкому… слабеющему… бьющемуся из последних сил… к вконец обессиленному… огоньку…

Маленький Утёнок спал у догорающего огонька печи. Спал давно и спал всё крепче и крепче, потому что приходил холод обволакивающий, сковывающий, усыпляющий. А голод и не уходил совсем, поэтому сон маленького Утёнка становился всё крепче и крепче. И в домике темно и в мире не светлее. Неубаюкивающ мир замерзающего оголодавшего малыша. Волк прийдёт ведь… Волк прийдёт, он говорил… Волк никогда не говорил за так… он прийдёт… а прийдёт Волк, а согреть-то уже некого… выть будет, не плакать, а больно пребольно выть в далёких предалёких горах… как всегда раньше выл выть будет… как когда слышали все и не говорили никогда Волку… жалели… как когда грустили вместе маленькие оставшиеся по одиноком нём… Маленький Утёнок засыпал всё крепче и ему снились добрые печальные глаза Волка…

Вздрогнул капельками глаз. В окно речкою свет луны. По струйкам света в дом на мягких лапах вошёл большой мягкий чёрный кот. Мурлыкнул что-то в длинный ус и запрыгал, запрыгал, засуетился вокруг маленького Утёнка. Дул смешно мягкими щеками в догорающий огонёк, огонёк последним маленьким язычком развеселился и рассыпался в крохотные весёлые искорки. Кот повернул чёрную чумазую морду к маленькому Утёнку и сказал:

– Ну вот!

И маленький Утёнок засмеялся потихоньку радостно. А в доме почему-то становилось теплее и теплее, хоть огонька в печке уже не было.

…Маленький Утёнок засыпал всё крепче и крепче. Сонного уже кормил его молоком из кувшинчика большой кот, мурлыкал, ворчал в длинный себе ус: «Он видите ли за молоком пошёл! А тут котята босиком!…». Потом убаюкивал маленького в мягких пушистых лапах, мурлыкал колыбельную, старался. Увернул в тёплое одеялко, лапами к груди, ни за что не отдаст, и из дому вон…

Цивилизация и технологически выверенные линии слов.

…а у него всё волшебство ушло в тёплое одеяльце… грело бы…

Понятия «чёрный кот» и «ребёнок» не ассоциируемы в упорядоченности энциклопедий.

…а он бежал босыми лапами по холоду и крепче прижимал… согреть бы…

– «Простите… у Вас… не найдётся… немножко молока… у меня котёнок чёрный…»

– «Смотрите – говорящий кот! Смотрите – говорящий кот!»

– «Да?… Извините… очень… пожалуйста…»

Автомагистрали непереходимы по своей сути, а большие каменные дома очень холодны правильностью своих ледяных глаз. И большой чёрный кот теперь был просто чёрный кот и даже не совсем чёрный, а измученный очень сильно. Но он нёс и грел что-то с собой… прятал… надёжно прятал… От магистралей в редких лесополосах… от холодных глаз-окон в поближе к груди…

А они нашли его. Встретили будто случайно. Удивились как будто искренне. Попытались отнять единственное будто бы во благо: чёрный кот и ребёнок – понятия не ассоциируемые в упорядоченности энциклопедий. А у него не было с собой глаз огня, ему было холодно, он стоял перед ними беспомощный, но грел и грел своего маленького Утёнка.

Он верил, что всё будет хорошо. Где-то далеко улыбнулась ласково, увидев его, прекрасная она и всё стало хорошо. Глубоко и печально посмотрел он на них, забывших удивиться чуду, расправил огромные чёрные крылья за спиной и полетел к ночному чёрному небу, оставляя их в горьком беспамятстве. Он уносил с собой маленького ребёнка, крепко спавшего в тёплом одеяльце…

…Гость спал теперь ровным спокойным сном. Чёрный кот большой крылатой тенью опустился рядом с ним, Утёнка маленького рядышком уложил. Со стола букетик нежных цветов и сладкую клюкву собрал в мягкие лапы, положил возле малыша (вот проснётся – будет радости!), мурлыкнул что-то тихое, убаюкивающее, успокаивающее и вернулся к столу…

лес собрал нас малых деток всем по облачку всем по могилке разбегались по лесу заснеженные тропинки откуда и силушек-то взять по ним ножкам малым не побежать лес не страшный он мёртвый сильный большой он стонет над нами с волшебницей мамой-луной из могилок бы в небушко нам к маме да крылышки не доросли – нам не покинуть промёрзшей земли… зато… у нас есть… избушка… тихая… по… ночам… и огоньки… по… в ладошках… свечам…