Чтение онлайн

–  Есть ли у тебя сын, о, считающий себя непобедимым?
– спросил он властелина.

–  Да, - ответил хан, - но почему ты меня об этом спрашиваешь?

–  Знай, - ответил Лухман, - что для того, чтобы избегнуть смерти, ты должен принести его в жертву. Только тогда отлетит твой недуг, когда омоешь ты лицо свое кровью сына.

–  О, мудрец!
– воскликнул в ужасе хан.
– Что за лекарство предлагаешь ты мне. Я не хочу убивать своего наследника.

–  Делай, как хочешь, - отвечал Лухман, - но помни, что это единственное средство.

И повернувшись, мудрец удалился медленно и спокойно.

Несколько дней прошло, и еще больше усилился страшный недуг властелина. Снова призвал он Лухмана и снова начал упрашивать излечить его.

–  О, Хеким, требуй у меня, чего хочешь, я одарю тебя многими сокровищами, только отгони от меня болезнь. Нет у меня больше сил выносить мучения.

–  Есть только одно средство, и я говорил о нем, - сказал Лухман опять.
– Зачем же ты утомляешь меня своими стонами?

Иссякло уже терпение у хана, а думал он всегда только о самом себе.

–  Хорошо!
– воскликнул он.
– Если так, то зарежьте сына, но так, чтобы не видел я этого.

–  Не принесет это пользы, - возразил мудрец.
– Мне известно, что только тогда это средство достигнет цели, когда совершится оно на глазах больного.

–  Ну, делай, как хочешь!
– закричал хан.

Привели ханского сына и связали его руки крепкими веревками. И привязал незаметно Лухман-Хеким к шее жертвы пузырь, наполненный овечьей кровью.

–  Ну, гляди же сюда, не закрывая глаз, - приказал Лухман хану.

Вперил хан свои глаза в сына, а Лухман взялся за острый нож. Высоко взмахнул Лухман ножом и глубоко вонзил его будто бы в горло ханского наследника. Проткнула сталь тугой пузырь, и полилась из него кровь, обливая тело.

Пять лет не двигался с места хан, а тут вскочил с носилок, как ужаленный, и бросился к сыну. Усмехнулся Лухман-Хеким и протянул хану пробитый пузырь.

Сильно обрадовался властитель, когда увидел сына невредимым, но не было пределов его изумлению, когда почувствовал он себя совершенно исцеленным.

А Лухман- Хеким, мудрый врачеватель, обратился к хану и сказал:

–  Видишь, как сильно действует на человека душевное потрясение. Но еще скажу тебе, о, распоряжающийся человеческими жизнями. Ты теперь видишь сам, как велики страдания человеческие. Ты убедился в том, сколько горя приносит смерть близких. Знай же, гордый тиран, что тысячи людей подвергаешь ты ежедневно таким страданиям. Тысячи матерей оплакивают своих детей, убитых тобою, тысячи братьев оплакивают погубленных тобою сестер.

Ничего не ответил на это хан, и сошли благополучно для мудреца смелые его слова.

В тот же день объявил хан пир и созвал на него весь народ. Сорок дней и сорок ночей продолжалось пиршество, и передавалась на пиру из уст в уста молва о том, что на привыкшего к крови хана могла подействовать только кровь собственного сына.

Жил на. свете бедный лудильщик. Был он женат уже пять лет, но не посылала судьба ему сына. Сколько ни обращался он к знахарям и прорицателям, ничего не помогало, - как видно, не суждено было ему стать отцом.

И горевал поэтому лудильщик и считал себя неудачником.

Вот однажды, когда возвращался он из своей мастерской домой, встретилась ему у самого порога его хижины цыганка, просящая милостыню. Возле цыганки сидело пять голых и оборванных ребятишек, мал-мала меньше.

«Вот каковы дела Аллаха, - подумал лудильщик. «Кто ищет, тому не дает, а кто избегает, тому нашлет

целый ворох».

–  Как же ты кормишь такую ораву?
– спросил он у нищенки.

–  Ох, добрый человек, не я кормлю, Аллах кормит, а как кормит - сам видишь. Все голы, босы и голодны, как собачата. Даже пристанища на ночь не имеем.

жена лудильщика.
– Пять лет уже, как мы с мужем женаты, но Аллах не удосужился наградить нас тем, чем так щедро оделил тебя. Мой муж готов отдать все, что возможно, за одного только ребенка!

–  Не горюй, сестра,-ответила цыганка,-в этой беде я смогу вам помочь. Выпроси у соседки куриное яйцо и дай мне сделать над ним заклинания. А когда муж твой вернется домой, брось это яйцо правее его в стенку. И ты увидишь, что желание его будет исполнено.

Хозяйка так и сделала. Едва только муж переступил порог, она бросила в стенку заколдованное яйцо, и, - о чудо!
– из яйца, как из решета, высыпались один за другим сорок маленьких, как зерна, человечков. С криками «папа, папа!» они окружили оторопевшего лудильщика, стали хватать его за руки и ноги, взбираться на плечи и голову.

–  Что случилось?!
– закричал в испуге лудильщик.
– Откуда такое войско?

Хозяйка объяснила мужу, в чем дело, и тогда тот, схватившись за голову, закричал:

–  Да какая же это радость? Это горе, а не радость! Я хотел одного, а тут их целых сорок!

И, обратившись к цыганке, лудильщик стал ее умолять:

–  Избавь меня, дочь пустыни, от этих назойливых мух, ради Аллаха, избавь!

Нечего было делать, начала цыганка собирать мальцов в свою торбу.

Собрала она тридцать девять, а сороковой тем временем залез в сапог своего отца и спрятался там.

Собрался на другое утро лудильщик в город, стал натягивать сапоги, смотрит, вылезает из сапога маленький человечек.

–  Как ты попал сюда?
– удивился лудильщик.

–  Отец мой, - ответил Кичкенэ, - я самый находчивый и ловкий из всех моих братьев! И, как видишь, один из всех сумел спастись.

Посмотрел-посмотрел на него лудильщик и решил, что, значит, так и нужно, чтобы этот паренек стал его сыном.

–  Ну, раз так, - сказал он сыну, - то будешь помогать мне в моей работе. Пока я буду в городе, мать напечет мне чебуреков, а ты принесешь их ко мне в мастерскую.