Чтение онлайн

Дав такое поручение, лудильщик натянул сапоги и отправился на работу. А Кичкенэ тем временем поручил своей новой матери приготовить чебуреков и испечь одну круглую хатламу. Когда все было готово, он сказал:

–  Теперь положи чебуреки в саган, поверх положи меня, а сверху накрой меня хатламой. Саган же как следует завяжи платком и пусти в город. Дорогу я найду сам.

–  В уме ли ты, сыночек?
– удивилась мать.
– Да разно может саган идти сам?!

Но Кичкенэ настоял на своем, и матери пришлось подчиниться. Не было конца ее удивлению, когда она увидела, как саган с чебуреками и с Кичкенэ-огланом двинулся себе потихоньку по дороге.

Долго ли, коротко ли шел саган, только попалась ему по дороге яма; скатился он в яму, а обратно, сколько ни толкал его Кичкенэ, вылезти не может.

А тем временем мимо той ямы проходили два охотника. Увидев завернутую в платок миску, они спустились к ней и начали разглядывать.

–  Слава Аллаху, - сказал один из них, - сама судьба послала нам ужин после охоты. Ты чуешь, какой соблазнительный запах исходит из этого узелка?

Но не успел он дотронуться до миски, как оттуда раздался тоненький, но сердитый голос:

–  Эй, не тронь сагана!

Охотник, испугавшись, отскочил от узла.

–  Какой же ты трус, - сказал другой.
– Мне самому почудился чей-то голос, да стоит ли на это обращать внимание? Пока хозяин придет, мы уже успеем полакомиться этими чебуреками. Открывай!

Но одна только успел его товарищ прикоснуться к узлу, как оттуда снова послышался гневный крик:

–  Я вот тебе открою!

И снова охотник выпустил из рук находку.

–  Ну тогда я сам открою, простофиля ты этакий!
– сказал товарищ.

И, схватив узел, он стал его развязывать.

–  Ах ты, делибаш, шайтаново отродье! Ты вот попляшешь у меня!
– закричал изо всей силы Кичкенэ-оглан.

Тут уж охотники не смогли выдержать. Бросив саган, они выскочили из ямы и во все лопатки кинулись бежать. А Кичкенэ, посмеявшись над трусостью этих верзил, тронулся в дальнейший путь. Скоро он добрался до мастерской отца, вошел туда и влез вместе с саганом, в котором сидел, на стол.

Окончив работу, лудильщик подошел к столу и, открыв саган, приготовился к трапезе. Когда же он поднял хатламу, из-под нее, как ни в чем не бывало, вылез улыбающийся Кичкенэ.

–  Сын мой, - удивился лудильщик,- да как же ты смог принести этот саган, если ты сам сидел внутри его?

–  Я же говорил тебе, что в некоторых делах я кое-что смыслю, - ответил Кичкенэ-оглан.

–  А ведь правда, ты ловкач, сынок. Ты бы попробовал мне помочь и в моем ремесле. Постарайся вылудить, пока я буду есть, вот этот кувшин. А то их так много, что мне одному с ними и не справиться!

–  Нет ничего легче, - ответил Кичкенэ и принялся за работу. *

Когда отец кончил есть, он взглянул на сына и ахнул от удивления. Кичкенэ сделал столько работы, сколько бы он сам не сделал и за три дня.

–  Вот это да!
– всплеснул руками лудильщик и посмотрел снова на пятивершковый рост Кичкенэ-оглана.
– Славно сделано. А, может быть, ты, сынок, и землю умеешь пахать?

–  И землю пахать умею, - ответил Кичкенэ.

–  Тогда помоги моему брату. Он ведь тебе приходится дядей. Окаянный Сары-беи измучил его, заставляя работать на своей земле, отнял у него быков, и теперь он лежит больной и ничего не может сделать на своем чаире.

Кичкенэ с удовольствием согласился помочь бедняку. Он тотчас отправился к дяде, взял у него единственного ишака, которого еще не успел забрать жадный Сары-беи, нагрузил на этого ишака плуг и борону и двинулся в поле. Там он запряг ишака в плуг, а сам влез к нему в ухо и принялся щекотать его. Ишак начал работать с таким усердием, что за три дня вспахал земли столько, сколько ее не вспахали бы два быка за три дня.

–  Тебя нам послала, как видно, сама судьба, - сказал после этого лудильщик.
– Хоть ты и мал, но уменья твоего хватит на десятерых. Однако придется тебе, сынок, еще раз выручить нас всех. Знай, что в реке у самого водопоя живет страшный Аждага, сорокаголовое чудовище, которое только в том случае позволяет всей деревне брать воду, если мы даем ему в пищу одного быка. В этом году очередь дошла до твоего дяди, и сегодня вечером срок уплаты. Если мы к вечеру не дадим Аждаге быка, то вся деревня останется без воды. А окаянный Сары-беи, да натешится шайтан над его жирным телом, отнял, как ты знаешь, у дяди его быков. Так вот мы и не знаем, что нам теперь делать!

–  Не бойся, отец, - ответил Кичкенэ.
– Я выручу деревню из этой беды. Только пусть дядя даст мне и на этот раз своего ишака.

Когда Кичкенэ получил осла, он подождал наступления вечера и, оседлав животное, погнал его к водопою.

–  Селям алейкум, Аждага-ага, - закричал он изо всей силы, как только подошел к берегу.
– Иди, пожалуйста, получать арендную плату.

Аждага приподнял одну из своих сорока голов над водой, увидел мальца с ишаком и захохотал во всю глотку:

–  Ха, ха, ха, ха! Ай да великан! Ха, ха, ха, ха! Однако же ты не трус, если вместо жирного быка привел ко мне эту паршивую костомаху! Аждага снова посмотрел на малютку и снова покатился от смеха. Видя, что Аждага не такой уж страшный, Кичкенэ влез ему в ухо и принялся щекотать там. А чудовище заливалось смехом изо всех своих сорока глоток. Ему так понравился этот паренек, что он уже считал его своим другом.

–  Ну ладно, сорокаголовая дубина, - сказал наконец Кичкенэ, - вола своего ты получишь. Но лучше тебе полакомиться Сарыбеевой скотиной. А у него среди собственных быков есть два особенно жирных - один желтый, другой черный. Какого тебе привести?

–  Приведи желтого, - ответил Аждага, - я давно точу на него зубы. Но смотри, смех смехом, а чтобы к вечеру бычок был здесь. А не то я проглочу и твоего никудышного ишака и тебя самого!

Кичкенэ напоил осла и вернулся домой. Вся деревня высыпала встречать ловкого паренька, когда увидела его целым и невредимым.

Когда стемнело, Кичкенэ направился к Сары-бею. Этот Сары-беи был самый богатый из богачей, и от жадности его не было житья всей деревне. Подойдя к его дому, Кичкенэ пролез под воротами во двор и через замочную скважину проник в хлев. Там он забрался в ухо желтого быка и закричал громким голосом:

–  Сары-беи, Сары-беи! Черного или желтого?

–  Кто там кричит?
– спросил Сары-беи.

–  Сары-беи, Сары-беи! Черного или желтого?

–  Ну-ка, ступайте, посмотрите на крикуна, - приказал богач своим сыновьям.

Те тотчас же отправились в хлев, но никого там не обнаружили.

А Кичкенэ-оглан опять закричал из воловьего уха:

–  Сары-беи, Сары-беи! Черного или желтого?

–  Вы слепы и глухи, как колоды, - рассвирепел на сыновей богач.
– Сейчас же приведите того, кто там орет.

Снова пошли сыновья Сары-бея в хлев и снова завернулись ни с чем. А из хлева продолжали нестись крики маленького пеклевана.

–  Придется, видно, самому идти, - закричал богач и кинулся в хлев.

–  Сары-беи, Сары-беи! Черного или желтого быка взять?