Чтение онлайн

– Видите? – спросил.

– Видим, видим, – сказали. – А теперь спускайся.

Когда он спустился с дерева, ему снова сказали:

Куинджи А. И. Зима.

– Твой срок наступил, мы тебя убьем.

– Вы встаньте в одну сторону, я хочу показать вам еще одно чудо.

Пошкырты столпились с одной стороны. В мгновение ока он встал на свои лыжи и понесся – кругом аж засвистело и запуржило.

Пошкырты было погнались за ним. Но старик Вегеней быстро дошел до реки, вырыл колодец, набрал воды, сварил кашу, поел и ушел.

Пошкырты когда пришли на это место, вода в колодце уже покрылась льдом в палец толщиной. Бесполезно было гоняться за самым быстрым охотником.

Рассказал В. И. Ибаев в 1959 году. Записал Н. И. Исанбаев. Литературная обработка Е. В. Лукина

Мордва – народ в России, коренное население республики Мордовия, а также соседних областей. Численность превышает 740 тысяч человек. Мордва является бинарным этносом, включающим два субэтноса – мокшу и эрзя.

Мордвины – древний народ. Они упоминаются в трудах готского историка Иордана (VI век) и византийского императора Константина Багрянородного (Х век), а также в древнерусской песне «Слово о погибели Русской земли» (XIII век) как племена, платящие дань медом киевскому князю Владимиру Мономаху. Впоследствии мордва входила в состав Золотой Орды и Казанского ханства. После взятия Казани в 1552 году Иоанн Грозный обложил мордвинов тяжелыми налогами, что стало причиной многих восстаний.

О занятиях и промыслах мордвы сообщал немецкий ученый Иоганн Готлиб Георги (1729–1802) в своем «Описании всех народов Российского государства», изданном в 1776–1780 годах в Санкт-Петербурге: «С того времени, как стали они Российской державе подвластны, упражняются все в землепашестве, но живут не в городах, а в деревушках, и весьма охотно строят жилища свои в лесах… Мокшаны живут в привольных к лесному пчеловодству местах; есть также между ними и такие пчеляки, кои имеют у себя по сто и по двести ульев».

Обращение мордвы в православную веру, начавшееся вместе с присоединением к России, имело неожиданные последствия. Самым известным реформатором в истории Русской православной церкви оказался патриарх Московской и всея Руси Никон (1605–1681), мордвин по происхождению. Его ярым противником и родоначальником русского старообрядчества стал другой мордвин – «огненный» протопоп Аввакум (1620–1682).

Сегодня патриарший престол также занимает природный мордвин – патриарх Московский и Всея Руси Кирилл (род. 1946). Он известен как один из инициаторов создания Всемирного Русского Народного Собора, активный участник миротворческих акций в Югославии. Энергичная деятельность патриарха вызывает искреннее уважение православных. Очевидно, что участие мордвин в духовной жизни России приносит достойные плоды.

У старика Буланого большая трубка была. Достал он из одного кармана огниво величиной с сошник, из другого кармана кремень величиной с кулак, приладил к нему дубовый трут и ударил огнивом по кремню. Брызнул сноп огня, как из горна, и запалился трут. Старик Буланый раскурил трубку и кашлянул:

– Акуля, доченька, хотя я сам тебя научил, а ты больше меня знаешь. Может быть, ты думаешь жизнь свою устроить, как ваши соседи?

– Отец, свою жизнь я могу устроить еще лучше. Только мне придется посидеть на яйце и вывести Куйгорожа. Он все сделает и принесет нам с мужем богатство.

– Доченька, вам за соседями не угнаться. У них три рабочих лошади, да овцы, да много другого добра.

Баба Акуля забила свой нос табаком, громко чихнула и ответила:

– Терпеть не могу этих соседей, отец. Я оставлю им во дворе только дубовый кол. Больше об этом нечего говорить, отец. Что я задумала, то и сделаю.

Стемнело. Старик Буланый нахлобучил на голову большой, из телячьей шкуры, малахай и, выходя за дверь, сказал:

– Зятек Сергей, захаживай ко мне, а также и ты, Акуля, приходи на Пасху похристосоваться.

Старик Буланый медленно побрел в свою избушку.

Прошло шесть недель Великого поста. Стало теплее. Зазеленели луга, почернели поля. Все сельчане отправились пахать, а Сергей Пятань о пахоте и не думает – ждет, когда жена Акуля выведет Куйгорожа, который все сделает и принесет богатство.

Настала Страстная пятница. Баба Акуля выбрала первое снесенное курицей яйцо, на котором углем нарисовала змею, сунула его под левую мышку и забралась на печь. Так и просидела на печи, пока муж выезжал в поле пахать и сеять. Посеял он просо и другой хлеб. Целую неделю не было дома Сергея. Ковырял он землю и думал: «Вроде как сегодня старуха должна высидеть Куйгорожа. Высидит ли?»

Георги И.-Г. Мордовка. «Описание всех обитающих в Российском государстве народов…». 1776–1780 гг.

Не дождался Сергей Пятань вечера, бросил в поле соху, сел верхом на лошадь и поскакал домой. Войдя в избушку, спросил:

– Высиживаешь?

– Высиживаю!

– Ну, если ладком-рядком выведешь, то заживем!

– Да, старик, он будет таким сильным, что прикажешь ему, то и сделает. А если не дать дела, он тебя может извести.

– Ого, старуха, да ты, видно, знаешь, что надо делать с ним!

– Если бы не знала, не стала бы и высиживать. Старик, ты выйди на улицу, я под мышкой «кик-кик» слышу.

Только муж вышел на улицу, у Акули под мышкой как будто что-то взорвалось. Вздрогнула она от испуга и на бок повалилась: «Какая у нечистого сила!» Посмотрела под мышку – цело ли яйцо? Оно оказалось пустым и разбитым. Наверное, Куйгорож сам вышел. Собрала Акуля скорлупу, завернула в черную тряпицу, положила под дверной косяк, подумала: «А где же Куйгорож? Не ошибиться бы, не сказать как-нибудь Божье слово, а то плохо будет. Он ведь сразу погубить может». И говорит ласково:

– Куйгорож кормилец, Куйгорож желанный, я сама тебя высидела. Что скажу тебе, то и делать будешь.

Только вымолвила эти слова, тут же к ней приполз змей и говорит:

– Я с тобой рядом. Дай мне работу, а сама ложись спать, я все сделаю.

– Чего-чего, а дел у нас невпроворот, – обрадовалась старуха. – Сделай такое дело: у старика в поле осталась земля – не пахана, не сеяна, а у людей уже всходы зеленые.

– Ладно, мать, – отвечает Куйгорож, – к завтрашнему утру хлеба взойдут и будут прополоты.

Утром поехал старик в поле и удивился: не сеял, не пахал, а с урожаем! Обрадовался Пятань. Прискакал рысцой к старухе:

– Теперь, Акуля, мы не пропадем! Вот если бы еще новую избу сделал нам Куйгорож, тогда и вовсе зажили бы мы на славу.

И то правда: дом у Сергея был по-черному – трубы не было, не было и керосиновой лампы, освещался березовой лучиной. А в селе у всех были лампы, дома были с печами и высокими трубами.

Под вечер явился с полей Куйгорож:

– Кик-кик! Что делать? Давай работу!