Чтение онлайн

Кинули жребий. Выпало идти Юман-батыру. Взял он дубину и пошел на мост. Долго ходил, дубиной постукивал, но потом сел к перилам и уснул. Братья в доме спят, кони в траве лежат, а Юман-батыр на мосту храпит.

В полночь белый конь копытами застучал. Проснулся Сьер-батыр, взял свою саблю и пошел к мосту. А там – спит-храпит Юман-батыр. Тогда набил он мхом уши и ноздри спящему, а сам на караул встал. Вот закипела вода в белой реке, волна за волной идет, горой вздымаются, а на последней волне дракон о шести головах плывет.

Припал богатырь к родной матушке-земле, стал сил от нее набираться. Вот вынесла волна дракона на мост. Тут два противника и встретились.

Загорелись на шести головах дракона серебряные звезды, ринулся он на батыра, взмахнул хвостом, ударил и вогнал его в землю по щиколотку. Вскочил Сьер-батыр, взмахнул своей саблей, отсек дракону одну голову. Взвился тут разъяренный дракон до небес, размахнулся хвостом, пыхнул пламенем, ударил и вогнал богатыря по колено в землю.

Но ведь родная земля богатырю силу свою давала. Еще сильнее стал богатырь, выскочил из земли, взмахнул со всей силы саблей и отсек дракону оставшиеся головы. Потекла кровь-вода, залила всю белую реку.

Срезал богатырь с отрубленных голов серебряные звезды и положил в карман, а головы и туловище дракона завалил на берегу камнями.

Вернулся Сьер-батыр в дом, а там Ту-батыр спит, не шелохнется.

– Долго же ты спишь, братец, – разбудил его Сьер-батыр.

Тут и Юман-батыр вернулся, стал ругаться:

– Напрасно караул выставили, нет вокруг ни души. Правда, я потом уснул, и какой-то дурень мне уши и ноздри мхом забил…

И снова едут три богатыря мимо высоких гор, мимо дремучих лесов, по широкой степи. Голод мучит богатырей, жажда томит.

Вот впереди на горе показалась деревня. Поехал вперед Сьер-батыр попросить в деревне хлеба. Подъезжает к крайнему дому и смотрит в окно: на серебряном стуле сидит красавица с змеиным хвостом, ребенка в зыбке укачивает, а сама напевает:

– Едут три брата-великана, едут убийцы твоего отца, голодом и жаждой томимые. Войду им навстречу, стану родником студеным, напьются они холодной воды и погибнут. Но кто меня услышит и расскажет кому-нибудь, тот сам водой студеной станет.

Сьер-батыр вернулся к своим. Только двинулись богатыри, как возник у дороги родник со студеной водой. Бросились Юман-батыр и Ту-батыр к роднику, но Сьер-батыр опередил их – рассек родник саблей.

Родника как не бывало, только кровь черная по земле побежала ручейком. Посмотрели Ту-батыр и Юман-батыр друг на друга, потом на братца старшего, но никто ничего не сказал. Тронулись дальше.

Вот выехали они в широкое поле, где желтела низкая трава. Впереди разлилась черная река, через нее мост перекинут, а на том берегу стоит золотой дом. Вошли богатыри в дом: на потолке золотые звезды горят, а солнца и луны нет. Устали они, спать хотят ложиться.

Сьер-батыр опять о карауле заговорил. Кинули жребий, и на сей раз выпала доля Ту-батыру.

Взял Ту-батыр глыбу каменную и пошел караулить. Ходил-ходил по мосту, катал-катал свою глыбу каменную, устал. Сел отдохнуть, прислонился к перилам спиной и уснул. В доме братья спят, в траве кони лежат, а Ту-батыр на мосту храпит.

В полночь белый конь копытами застучал. Проснулся Сьер-батыр, взял свою саблю и пошел к мосту. А там – Ту-батыр дрыхнет. Забил ему уши и ноздри мхом, а сам встал вместо него.

Тут закипела вода в черной реке, волна за волной пошла, горой вздымаются. На последней волне дракон о девяти головах плывет, на каждой голове по золотой звезде сверкает.

Припал богатырь к родной земле, стал от нее силы набираться. Вынесла последняя волна дракона на мост.

Тут противники и сошлись.

Чернецов Г. Г. Вид Сюкеевских гор на Волге в Казанской губернии.

Ринулся дракон на богатыря, размахнул хвостом, пыхнул пламенем и так ударил, что в землю вогнал его по колено. Но встал богатырь на ноги, взмахнул саблей и отсек дракону сразу две головы.

Разъярился дракон, взвился до небес, размахнулся своим могучим хвостом, ударил и вогнал богатыря по пояс в землю. Но мать-земля дала Сьер-батыру силу, выбрался он из земли, взмахнул саблей и отсек дракону сразу три головы. Потекла черная кровь-вода по степи и залила всю низину.

Поднялся тут дракон выше небес, размахнулся хвостом, ударил богатыря, опалил его огнем и вбил в землю по шею. Но успел Сьер-батыр снять свой сапог и кинуть в сторону коня. Бросился белый аргамак на помощь, стал дракона копытами бить.

Тем временем Сьер-батыр вылез из земли сильнее, чем прежде, ударил саблей и отсек еще три головы. Взмолился тут дракон:

– Не губи меня! Я помогу тебе победить великого Асьтаху. У тебя в кармане звезды моих братьев. Как только ты вынешь их из кармана, нападет на тебя Асьтаха.

– Я не нуждаюсь в твоих советах, – сказал Сьер-батыр и отсек дракону последнюю голову.

Смрадом наполнилась вся земля. Тут Сьер-батыр срезал золотые звезды с отрубленных голов и положил в карман. А головы и туловище завалил на берегу камнями.

Вернулся богатырь в дом, а там Юман-батыр спит.

– Долго же ты спишь, братец, – разбудил его Сьер-батыр.

Тут и Ту-батыр вернулся с караула:

– Всю ночь не было ни души, правда, к утру я заснул, и какой-то дурень забил мне уши и ноздри мхом. Хотел я его проучить, а его и след простыл…

– Едемте, братцы, дальше, – говорит им Сьер-батыр.

И три богатыря тронулись в путь.

Едут мимо гор высоких, мимо лесов дремучих, по степи широкой. Голод их мучает, жажда томит, ко сну клонит. Видят: впереди на горе – деревня. Поехал туда Сьер-батыр попросить хлеба. Подъезжает к крайнему дому, смотрит в окно: на золотом стуле красавица со змеиным хвостом сидит, ребенка в зыбке укачивает, а сама напевает:

– Едут три брата-богатыря, убийцы твоего отца, едут голодные, жаждой томимые, усталые. Выйду я им навстречу, стану мягкой периной, не стерпят они, лягут отдохнуть и погибнут. А кто слышит мои слова и передаст другим, тот сам станет пухом белым…

Вернулся Сьер-батыр к своим, ни слова им не говорит. Двинулись дальше. Видят: перед ними – перина.

– Вот здесь мы можем отдохнуть! – обрадовались Ту-батыр и Юман-батыр.

Бросились они к перине, но Сьер-батыр опередил их – подлетел на белом коне, ударил саблей по перине и рассек поперек. Постели как не бывало, только кровь черная потекла по степи.