Чтение онлайн

– Справа от университета возвышается здание бомбейской биржи, – гид вытянул руку, указывая. Вероника и ее муж лишь мельком взглянули – и снова отвернулись к университету.

А Юлия, вдруг застыла на месте, ее взгляд был прикован к зданию биржи, она забыла о гиде, университете, экскурсии и своих друзьях.

Это здание было обычной, ничем непримечательной высоткой, неудивительно, что оно не привлекло внимание ее спутников. В принципе, его можно было бы даже назвать уродливым.

Юлия продолжала смотреть на здание, чувствуя, как странная сила сжимает горло, глаза защипало, и девушка запрокинула голову, чтобы не дать слезам скатиться по щеке.

На несколько минут она задумалась, а потом расстегнула массивную застежку браслета и молча протянула его Веронике.

Вероника с недоумением взяла браслет. Юлия в задумчивости направилась к машине. Перед тем, как открыть дверь она обернулась.

– Как тебе кажется, эта биржа, она ведь похожа на ту шестнадцатиэтажку, перед твоим домом, правда? – спросила она.

Вероника чуть грустно улыбнулась и обняла ее за плечи.

– Я же говорила – это свойство нации, и ты не можешь изменить это. Никто из нас не может, – ответила она.

Юлия кивнула и села в машину.

– Носи мой браслет и не потеряй его, – сказала она, – А я куплю себе другой здесь, на память об Индии.

Подул свежий ветерок, и по зеркальной глади канала пробежала мелкая рябь. Был теплый майский вечер, и люди, спешившие с работы домой, уже не казались такими сумрачными и усталыми, как зимой. И все же они, как и всегда, торопились: пробегали мимо канала, с пластиковыми пакетами и кожаными портфелями в руках, переходили через мостик и спешили дальше, не останавливаясь взглядом ни на молодой зеленой листве, ни на скамейках, на которых, обнявшись, сидели влюбленные парочки. На одной из этих скамеек, задумчиво устремив взгляд на воду, сидела молодая девушка, лет восемнадцати. Ветер развевал завитки ее каштановых волос и подол черной коротенькой юбочки. Из-под черной же ажурной кофточки выглядывала розовая футболка. Надо сказать, по сравнению с проходящими, она была одета как-то странно, пожалуй, даже, нелепо. Хотя, впрочем, это, конечно же, не имеет никакого значения.

Ровно в шесть сорок пять на берегу канала появилась женщина в темном кашемировом пальто. Она неуверенно остановилась, огляделась не растерянно, а скорее испуганно, помедлила, а потом подошла и села рядом с девушкой, но на другой край скамьи.

Если бы в этот момент кто-нибудь из проходящих мимо обратил бы внимание на эту странную пару, он был бы поражен потрясающим сходством женщины и девушки. Они были похожи, как мать и дочь, даже больше – чертами лица, потерявшими былую красоту, женщина удивительно напоминала девушку. Но в то же время, трудно было представить себе более непохожих людей: девушка была молода и красива; женщине можно было дать на первый взгляд около шестидесяти пяти, но если присмотреться, становилось ясно, что она старше, и время давно уже стерло следы ее былой прелести.

На лице девушки читалась одухотворенность, оно светилось внутренним, неземным светом, ее глаза сияли, и, если бы проходивший мимо поэт или художник увидел ее, он непременно застыл бы как вкопанный, глядя на эту воплощенную радость, богиню юности и любви.

«Перед тобою Афродита!» – именно эти строки пришли бы ему на ум, едва он взглянул на девушку.

Во всем облике женщины, напротив, не было ни малейшего намека на радостную оживленность, ее глаза, потухшие и безжизненные, устало глядели на мир, как будто все лучшее: чувства, эмоции, надежды, – оставили ее.

Но прохожие проходили, не глядя на скамью: они были слишком заняты своими собственными проблемами, чтобы интересоваться чужими.

Была и еще одна причина, по которой проходившие люди не обращали внимания на сидящих на берегу канала, – они могли видеть женщину, девушку они не видели.

Минуту женщина и девушка сидели молча, потом одновременно повернули головы, посмотрели друг на друга и снова, отвернувшись, продолжали смотреть на прозрачную воду канала.

Наконец девушка нарушила молчание.

– Ты все-таки пришла, – тихо сказала она.

– Да. Здравствуй, – глухо и отрывисто сказала женщина. Казалось, ей стоило немалых усилий заговорить, голос ее срывался, – А ты все еще сидишь здесь?

– Как видишь.

– Он не придет, – женщина сочувственно покачала головой.

– Я знаю, – просто ответила девушка.

Снова воцарилось молчание.

– Как ты жила в эти годы? – спросила девушка несколько минут спустя.

Женщина пожала плечами.

– Ничего, нормально. Муж умер год назад, вот я и пришла.

– Так значит, ты была замужем. – Девушка улыбнулась, – Я не знала. А дети?

– Дочка, она работает врачом, и двое внуков, мальчику двадцать, девочке восемнадцать. Уже студенты.

– Поздравляю.

Они снова замолчали.

– Он тоже умер, знаешь? – спросила женщина.

– Знаю, я почувствовала. Давно уже. Лет десять прошло. Вы еще встречались потом?

– Один раз видела его в метро. Он не узнал меня.

– Как это было? – вдруг, заинтересовавшись, спросила девушка.

– Как всегда, – ответила с болью в голосе женщина, – Я сожалела о том, что произошло.

Она повернулась к девушке и схватила ее за руку.

– Зачем ты оставила меня?! – крикнула она, со страстностью, неожиданной в ней.

– Так было нужно, – спокойно ответила девушка, – по-другому было нельзя.

Женщина вздохнула.

– Мне было плохо без тебя. Очень плохо, и самое ужасное, что ничего нельзя было вернуть. И я боялась встретить тебя снова. Я никогда не приходила больше на этот канал с тех пор. Так и не смогла найти в себе силы вернуться сюда. Прошло уже больше пятидесяти лет, – женщина усмехнулась, – Я постарела, а ты все не меняешься.

– 50 лет, – задумчиво повторила девушка, как будто не услышав смешка своей соседки.

Красивая и молодая, Лиза пришла на берег канала, где она должна была встретиться с человеком, которого любила всем сердцем и на которого возлагала свои надежды о будущем счастье. Она была полна любви и радости. Мечты переполняли ее сердце, воздушные замки казались воплотившимися в жизнь, и жизнь эта была прекрасна. Прохожие обращали внимание на ее сияющее лицо: старушки улыбались и кивали ей, молодые люди с надеждой заглядывали в глаза, а потом провожали долгим взглядом, женщины рассматривали ее с явным интересом.

Те десять минут ожидания, которые она провела, сидя на скамейке на берегу канала, стали самыми счастливыми для нее. Все, что было потом, а было многое, невозможно сравнить с этими бесценными минутами. Если бы время остановилось тогда, если бы эти мгновения длились бесконечно! Ее хрустальная мечта, переливаясь в лучах майского солнца, сверкала всеми своими гранями, и будущее, озаренное этим светом, казалось необыкновенным и сулило стать вереницей радостных, безоблачных дней.

А потом сказка закончилась, и, застыв на несколько секунд в воздухе, прекрасная мечта разлетелась вдребезги, столкнувшись с несокрушимой стеной реальности. Он не пришел, и Лиза поняла, что все это было важно для нее одной.