Чтение онлайн

— Браво, ваше сиятельство! — наконец произнес хозяин. — Выше всех комплиментов…

— И тебе, Макс… большое спасибо. Без тебя бы не справились.

— Ну что ж… Пришли — заходите. Гостями будете…

— Да мы, собственно, — замялась графиня, — не задержим…

— Отчего же? Окажите мне честь.

Оскар усадил на диван заплаканную Юлю, но девушка сползла на пол и продолжила рыдать на коленях. Сквозь слезу этот мир казался ей не таким фантастическим.

— Ваше сиятельство откажется погостить? — расстроился Макс. — Чем же я снискал такую немилость?

— Брось, Макс! Свои люди, сочтемся. Мне бы Жоржу от тебя позвонить…

Оскар под шумок вынес из лифта вещи.

— Ты можешь делать все, что угодно. К девчонке и птице тоже не имею вопросов. А этот… останется. У нас с Шутовым старый разговор незакончен.

— Макс…

— Виноват, ваше сиятельство. Не для того я мечтал о встрече, чтобы так просто попрощаться с этим бандитом.

— Да ладно, договоримся. Что мы, не замолвим словечко за нашего бандита? Юля… Господи!

Девушка рыдала на ковре. Оскар с Мирой подняли ее с колен и снова усадили на диван. Макс предложил ей виски с содовой, что налил для себя, но так и не притронулся. Юля сделала глоток и снова зарыдала, тихо и жалобно.

— Ей надо на воздух… — сказал Оскар.

— Никто не спорит, — согласился Макс. — Девушки пойдут на воздух, а ты… задержись.

— Я задержусь, — согласился Оскар, — но совсем ненадолго.

— Мужики, брейк! — вмешалась Мира. — Раньше, чем вы подеретесь, дайте мне попытку уладить дело миром… если никто не против.

Никто не противился воле графини. Даже Юля перестала рыдать и замерла, глядя на пальмы за прозрачными стенами.

— Оскар тебе что-то должен, Макс? Если должен, скажи.

— Должен. Но с тебя, Мирослава, я чужих долгов не возьму. Все что он должен, я возьму только с него.

— Тогда говори, что ты хочешь? Говори со мной, а не с ним.

— Я хочу, чтобы он сделал для меня одну работенку. Сделает — пусть катится на все четыре стороны. Мы в расчете.

— Что, если не сделает?

— Не сделает — будет другой разговор.

— Представляю, что за работенка, Макс. Вполне возможно, что человеку она не под силу. И что тогда?

— Этот — сможет.

— Ты уверен?

— Не был бы уверен — торчали бы вы сейчас посреди океана.

— Оскар, как ты отнесешься к тому, чтобы немного поработать на Макса? — обратилась Мира к товарищу.

— Что тебе нужно? — спросил Оскар и Макс затушил сигару, отчего в помещении стало невозможно дышать.

— Сядь, потолкуем.

Оскар сел на диван рядом с работодателем.

— Вот и хорошо, — успокоилась Мира. — Вы потолкуйте, а мы с Юлькой подождем вас на улице. — Девушка встала на ноги, обняла графиню и опять зарыдала. — Ну, будет, будет… Все уже хорошо. Нам надо идти, Юля. Пусть мужики потолкуют. Слышишь? Сейчас мы выйдем на воздух, сядем на террасе и успокоимся…

Мужчины дождались, пока за девчонками и птицей закроется прозрачная дверь. Пока они усядутся на ступеньках, и Юлина истерика будет протекать под присмотром графини. Мира еще зашла, чтобы взять со стола салфетку, и вернулась к заплаканной девушке, и та обняла ее снова, потому что обретенный мир без графини начинал уплывать из-под ног.

— Видел мой дом? — спросил Макс.

— Ну, видел.

— Все облазал, все обнюхал?

— Еще не все…

— И что ты думаешь по этому поводу?

— Я думаю, что сволочь ты, Копинский, редкостная, но если я решу на тебя поработать, то поработаю добросовестно. Что ты хочешь сделать со своим домом? Надстроить еще этаж?

— Я получил его в наследство от отца и должен передать сыну.

— У тебя сын? Поздравляю.

— Нет. Но однажды он будет. И к тому времени я должен знать об этом доме все. Ты понял, Шутов? Мне нужна полная техническая документация: как устроен, что за возможности в него заложены… о которых я не осведомлен; как этими возможностями управлять, и что надо знать, чтобы не всплыть среди океана на дикой планете. Все, что я смог узнать сам, я тебе изложу. Остальную информацию хочу получить от тебя.

— Понял, — ответил Оскар.

— Сделаешь — я твой должник. Не получится — черт с тобой, Шутов, я не изверг. Но хотя бы попробуй. Поверю честному слову, если пообещаешь работать на совесть. Все, о чем мы говорили ранее — в силе. Получишь оборудование, лабораторию, зарплату назначишь себе сам, только ради всего святого, разберись с этим домом.

— Обещаешь в мою лабораторию без разрешения не входить и лишних вопросов не задавать?

— Сам поставь систему защиты, если не доверяешь.

— Допустим… но прежде чем я займусь твоей хатой, у меня будет личная просьба.

— К девчонкам и птицам не имею вопросов, — повторил Макс. — Если ты не при деньгах — оплачу дорогу за океан.

— Оплати, — согласился Оскар. — Оплати три билета туда и один обратно. Мне надо слетать в Москву, увидеть одного человека.

— Боровский тебя не знает, — грустно заметил Макс.

— Зато я его знаю.

— Едва ли он вспомнит.

— Не важно.

— Вернешься?

— Вернусь, — пообещал Оскар.

— Я поразмыслил над природою человеческой, — сказал Валех, — и сообщаю тебе об этом. Я сообщаю тебе, что отныне мне известна причина, которая вознесла Человека в его гордыни над всеми прочими формами разума. По той же причине Человек обретает право возвыситься над Творцом и над сущим. По той же причине Человек снискал к себе раздраженную зависть тех, кто сильнее и мудрее его.

— Это неведенье, мой Ангел, или что-нибудь новое?

— Лучше чем неведение — возможность начать свою жизнь с чистого листа. Дар, несравнимый ни с чем. Дар, которого Человек не заслужил, но получил в награду. Дар, за который ему расплачиваться всю жизнь. Но как бы жестока ни была расплата, найдется много желающих поменяться с Человеком местами. Возможность начать жизнь с чистого листа — стоит дороже мудрого опыта. Придти в этот мир с пустой головой и голодным желудком, а уйти, скинув с плеч нажитое.