Чтение онлайн

– Я остановилась у Эльзы в местной гостинице. Она говорила, что вы как отец графу.

– Я всегда рядом с ним был, пока он был ребенком. Сейчас уже он взрослый мужчина, захаживает ко мне довольно редко, советов уже не спрашивает. Изменился очень. Хотя делает огромные пожертвования на церковь и воскресную школу. Но не все меряется деньгами. Он так этого и не понял, к сожалению.

– Знаете, святой отец, меня больше беспокоит его дочь, – ответила я и рассказала о случае в доме.

– Бедняжка очень страдает. Я каждый день молюсь за ее душу.

– Я хотела ей помочь, но в итоге оказалась без работы.

– Джастин никого не слушает. В этом его беда. Из любой ситуации можно найти выход, порой нужно только довериться кому-то из близких. Но он наоборот от всех отошел после рождения дочери. Если не найдет свой путь, то я не знаю к чему это все приведет. Хоть бы исповедался, душу бы облегчил, а то совсем забыл уже, что это такое.

– Да, странный человек. И денег море, а счастья нет. Скажите, а что значит термин красная луна?

– У нас это значит новая луна. В языческих обрядах использовали этот термин, да и сейчас используют. Это время перехода луны в новолуние. А почему это вас так интересует?

– Мне одна цыганка здесь какое-то предупреждение сделала. Я не могу понять смысла. Она сказала, чтобы я боялась красной луны и смотрела куда-то глубоко, дьявол растает, и вторая рожденная какая-то все заберет. Для меня тарабарщина просто все эти слова. Я почему и пришла к вам. Возможно, вы что-то сможете сказать мне насчет этого всего? У нас к пророчествам и предупреждениям цыган относятся очень осторожно. Особенно если они такие спонтанные.

Священник нахмурил брови и долго пристально смотрел на меня.

– Я не должен такое вам говорить, но я бы просил вас остаться здесь, если это возможно.

– Зачем?

– Вам лично это пророчество ни к чему, если вы уедете. Но оно, возможно, сможет помочь другому человеку, если вы останетесь.

– Какому человеку?

– Я не могу вам всего сказать. Придет время, и вы все узнаете.

– Зачем вы тогда просите меня остаться здесь?

– Потому что от вас многое зависит.

– Что зависит?

– Каков будет выбор ваш, таковы и будут последствия для всех. Но если вы уедете, то просто будете жить дальше и все. Больше я вам ничего сказать не могу. Но господь не просто так вас привел сюда ко мне, это очевидно.

– Да что вы говорите загадками!? Объясните мне поконкретнее. Как же я пойму, что мне сделать?

– Сердце подскажет.

– А если не подскажет?

– Значит ваша дорога другая, а человеку тому, которого это все касается – крест нести свой до конца жизни.

– Вот и нашла ответ, называется.

– Это не тот случай, где я могу помочь вам ответ найти. Это слишком сложная ситуация. Только сердце направит вас. Слушайте его.

– Ладно, спасибо за помощь, святой отец, – язвительно проговорила я и попрощавшись направилась к выходу.

– Мадмуазель, – окликнул меня священник уже у выхода. – Все, чем я могу вам помочь, это молитва. Я буду молиться о вас и о вашем правильно принятом решении. Берегите себя.

– Спасибо, – уже более мягко проговорила я и вышла на улицу.

Сев на своего скакуна, я погнала его галопом в гостиницу, где, оставив лошадь на попечение конюшего, вернулась в свой номер и забылась крепким сном.

Проснувшись утром и позавтракав, я обратилась к Эльзе:

– Можно я возьму лошадь? Поеду и посмотрю окрестности. Сидеть целый день не хочется в номере.

– Конечно! Только у меня одна просьба. Не ездите на северную сторону склона, там поселение цыганское. Там может быть опасно.

– Хорошо, не поеду. Обещаю.

Оседлав Грека, я направила его в сторону озера, которое мне показывала вчера в окно малышка Виктория. Путь к нему лежал по дороге, проходящей через многовековой лес. По обе стороны росли необъятные деревья-великаны. Сколько было им лет? Что видели они на своем веку, эти красавцы-дубы, покрытые мхом? Чему были свидетелями? Жаль, они не могли говорить. Я бы с удовольствием послушала многовековую историю этого необъятного леса, простирающегося на много миль вокруг. Грек мирно шел по дороге, давая мне насладиться этим зеленым великолепием. Смешные белки прыгали с ветки на ветку, сопровождая меня на моем пути. Где-то совсем рядом ритмично отстукивал мелодию дятел. Дорогу перебегали быстроногие зайцы. Это было так умиротворяюще, ехать на творении природы и наслаждаться красотой окружающего мира. Но вдруг спокойствие моей поездки нарушил крик ребенка. Это явно кричала Виктория. Крик «мама, мама» раздавался где-то совсем рядом и я, пустив лошадь галопом, выехала к подножию склона прямиком к самому озеру. Оглядевшись, я увидела в сотне метров от меня несущуюся со склона маленькую девочку, а далеко позади бегущих за ней графа и ее няньку. Девочка стремительно приближалась к обрыву, и я поняла, что если она не остановится, то просто сорвется вниз прямиком в озеро. Не колеблясь ни секунды, я спрыгнула с лошади и помчалась наперерез малышке.

– Виктория, остановись, слышишь!? Виктория! – я что есть мочи кричала, но малышка совершенно не обращала на меня внимание.

Всего какие-то доли секунды, и она упала с обрыва, скрывшись под водой. Ни теряя ни минуты я нырнула вслед за ней. Темная пучина холодной воды накрыла меня с головой. Виктория была где-то рядом, и я погрузилась еще глубже, стараясь разглядеть ее в этой кромешной тьме. Мое внимание привлек блестящий ободок у нее в волосах. Сделав судорожный гребок руками, я сумела схватить ее за рукав платья и потянула наверх. Кислорода судорожно не хватало. Девочка хоть и была маленькой, но от намокшей одежды казалась мне ужасно тяжелой. Сделав последнее усилие, я вытолкнула ее на поверхность, зацепившись при этом подолом своей юбки за что-то невидимое мне в воде. Девчушку сразу подхватил кто-то наверху и потянул к себе. Я же, теряя сознание пошла ко дну. Странное чувство, когда ты не можешь дышать и просто втягиваешь воду в свои легкие, пока тебя не накрывает темное забвение скользких лап смерти. Очнулась я от того, что меня разрывал мучительный кашель. Я села и откашливала наполнившую меня воду, делая судорожные вдохи. Боже мой, я была жива! Упав назад на землю и вдыхая такой необходимый мне воздух, я наконец увидела склонившегося надо мной Джастина.

– Слава богу, жива! – проговорила беспокойно стоящая рядом Гертруда, держащая на руках Викторию.

– Вы в порядке, Алиса? – мужчина убрал прядь мокрых волос с моего лица и помог мне сесть.

– По-видимому да, раз имею честь лицезреть вас! – сказала я с усмешкой.

Мужчина интуитивно прижал меня к своей груди, зарывшись носом в мои мокрые волосы и проговорил:

– Вы дочь мою спасли! Спасибо вам!

Боже мой, мне стало так хорошо. От него исходило такое тепло, что я невольно прильнула к нему. Я редко чувствовала энергетику людей, но с ним было иначе. Было так необычно и волнительно в этот момент, что я прильнула к нему и разревелась, осознавая, что всего мгновение назад была на волосок от гибели.

– Девочка, как она? – сквозь слезы спросила я.

– Все хорошо, напугана только. Вы вовремя подоспели, – ответила мне нянька и пошла с малышкой в сторону дома.

– Вам нужно обсохнуть и переодеться. Я отнесу вас к нам в дом, – сказал Джастин, видя, как я еле стою на трясущихся ногах.

– Не надо меня нести, здесь лошадь моя рядом.

Я свистнула и позвала Грека, который тут же выбежал из леса.

– Лошадь Эльзы. Вы у нее остановились? – помогая сесть мне в седло спросил он.

– Да, – прошептала я, едва переводя дыхание.

Взяв Грека за поводья, он повел лошадь по склону по направлению вверх к поместью.

Подойдя к дому, он остановил Грека и помог мне спуститься с него. Я просто без сил рухнула ему в объятья. Джастин был намного выше меня и мне пришлось запрокинуть голову, чтобы посмотреть на него. Всего какая-то доля секунды и я смогла за это время увидеть в нем нечто другое, то, что мне вчера не удалось рассмотреть в том надменном и жестоком дворянине, сидящем передо мной за столом в кабинете. Интерес, доброта, человечность, так бы я описала то мимолетное видение в его взгляде устремленных на меня небесно-голубых глаз. Но видение так же быстро улетучилось, как и появилось. Взгляд снова стал безразлично холодным, и я поспешила освободиться из его объятий.