Чтение онлайн

С другой стороны, рассказы ХР дополняются более важными, с точки зрения автора, сведениями. Так, "Скифская история" уточняет маршрут похода Батыя по русским землям, для чего автору понадобилось изучить вопрос об атрибуции летописного Козельска. На основе "Синопсиса" А. И. Лызлов расширяет описание штурма Киева. По Хронике М. Стрыйковского автор дополняет описание похода Батыя в Центральную Европу (л. 18об.-20об., с. 43). Для подтверждения рассказа ХР "О убиении Батыя" Лызлов ссылается на "Синопсис" и трактат А. Гваньини "О татарах" (л. 21-21об.).

Весь материал ХР, послуживший источником рассмотренного до сих пор текста Лызлова, присутствует также в Воскресенской летописи 40, однако текст "Скифской истории" отличается от нее более, чем от ХР. Еще заметнее различия между текстом "Скифской истории" и пространной редакции "Повести об убиении Батыя" 41; рассказ этот, впервые появившийся в Венгрии в XV в. и попавший в Московский летописный свод конца XV в. 42, был полностью легендарным но, судя по его распространенности, не вызывал сомнений у историографов XVI-XVII вв., в том числе и у А. Гваньини, когда тот писал о татарах. Однако А. И. Лызлов счел нужным проверить его, обратившись к специальной работе А. Гваньини по истории венгров, где сообщалось, вопреки "Повести об убиении Батыя", не о поражении татаро-монголов от легендарного короля Владислава, а об их победе над историческим коро-{413}лем Белой (л. 21об.); сам А. Гваньини не обратил внимания на противоречивость приведенных им версий 43.

Столь же вдумчивой и целесообразной обработке подвергнуты другие использованные в "Скифской истории" сообщения ХР: о названии Золотой Орды (л. 22); о восстании против баскаков (л. 23); о времени кончины князя Александра Невского, начала правления и смерти хана Ногая (л. 23об.); о ханах Азбяке и Жаннибеке (л. 24); об эпидемии в Орде, заселении татарами Крыма, взятии Тевриза и смерти Жаннибека (л. 24об.); о ханах Бердибеке, Кулпе, Нарусе, Хидыре, Темироссе, темнике Мамае, Килдибеке и Амурате (л. 25).

ХР стал основным источником "Скифской истории" в рассказе о нашествии хана Тохтамыша на Русь в 1382 г. Отбирая факты для этого рассказа, Лызлов опустил сообщения о небесном "знамении", малозначительные сведения о действиях суздальского князя Дмитрия и его сыновей, о распрях великого князя московского с князьями, подробности обороны и разорения Москвы, восстановил более верный хронологический порядок изложения. Заключение рассказа - о падении Тохтамыша и бегстве его к великому князю литовскому Витовту - было основано на другой главе ХР и подтверждено сообщением М. Стрыйковского (л. 27об.-28, с. 59-60).

Ряд сведений ХР А. И. Лызлов использовал в рассказе о Тимуре (л. 28, 29); оттуда он извлек основные сообщения (подтвержденные по СК) о ханах Жанибеке и Булат-Салтане (л. 30об.). В сочетании с материалами СК, рассказы ХР легли в основу текста "Скифской истории" о хане Улу-Махмете (как Лызлов, в соответствии с ЛЗЗ, называет Улуг-Мухаммада, именовавшегося в ХР и СК Махметом), о пленении его сыновьями Момотеком и Егупом великого князя Василия II Темного (об освобождении которого сообщается по Стрыйковскому). Любопытно, что, заимствуя часть сведений из СК, Лызлов отказался в целом использовать здесь ее обширное повествование, не дававшее указания на годы этих событий и сообщавшее явно недостоверные, особенно для военного человека, сведения вроде того, что тяжело раненный в голову и обе руки великий князь Василий сразил своей рукой 100 татарских воинов, и о прочих чудесах (л. 33, с. 83).

В сочетании с рассказами иностранных историков, ХР дал Лызлову важные сведения для истории турецких завоеваний. Здесь он нашел сообщения, легшие в основу текста "Скифской истории" о войнах султана Амурата во Фракии, Болгарии, Сербии и Македонии (л. 197об.- 199). С дополнениями по Хронике М. Стрыйковского ХР использован в рассказах о Лазаре, деспоте сербском, и битве на Косовом поле; с дополнениями по сочинению М. Бельского - о войнах султана Баозита в Македонии и Греции, его от-{414}ношениях со Стефаном Лазаревичем и осаде турками Константинополя (л. 200-200об.).

В свою очередь, сведения ХР послужили для расширения и уточнения рассказов Бельского, Кромера и Стрыйковского о войне султана Баозита с Тимуром, взаимоотношениях византийского императора с претендентами на султанский трон Мусолманом и Месией (л. 202-203). Большое значение сведениям ХР А. И. Лызлов придавал в рассмотрении вопросов о взаимоотношениях Стефана Сербского с детьми султана Махомета, о султанах Амурате и Мустафе (л. 204об.-205), о наследниках Стефана (л. 206об.).

Помимо основной, автор "Скифской истории" располагал и некоей особой редакцией ХР, но пользовался ею весьма ограниченно и осторожно. Так, изложив рассказ своего источника о походе Махмет-Гирея на Казань и взятии города, предшествовавшем воцарению там ханского брата Сафа-Гирея (л. 144-144об.) 44 Лызлов отметил, что это сообщение не подтверждается "большей частью летописцев" и потому не использовано им в изложении политической истории Казанского ханства; с другой стороны, оно могло представлять интерес для характеристики политики крымских ханов.

Особенности работы А. И. Лызлова с источниками хорошо подчеркиваются сделанными М. Н. Сперанским наблюдениями над использованием в "Скифской истории" "Повести о Царьграде" Нестора Искандера. Текст этой повести в ХР соответствовал задаче Лызлова, детально описывая заключительный этап борьбы османских завоевателей против Византийской империи. В данном случае автору не было необходимости извлекать из ХР отдельные сведения и, сопоставляя их с материалами других источников, создавать собственное повествование. Тем не менее, приводя в тексте "Скифской истории" хронографическую повесть, А. И. Лызлов не ограничился сокращениями и поновлением ее языка.

Прежде всего, автор последовательно очистил текст от благочестивых размышлений Нестора по поводу предрешенной свыше неминуемости гибели Царьграда, а также и от многочисленных молитв. Одновременно Лызлов усилил эмоциональную направленность повествования, подчеркнул наиболее драматические эпизоды вооруженной борьбы за город. Он дополнил текст множеством фактических подробностей из СК и иностранных источников, рассуждениями о роли флота и артиллерии в осаде города, о низкой боеспособности византийской армии, сведениями о казни турками перебежавшего к ним знатного византийского Гертука (Луки Нотары), имевшими явно назидательное значение, дидактическим замечанием А. Гваньини о "сокровищах", которые, не будучи потра-{415}чены на оборону, все равно достанутся врагу, и т. п. 45 "Повесть о Царьграде" в "Скифской истории" стала ярким и содержательным военно-политическим трактатом, органически включенным в оригинальный текст.

Популярнейший во времена А. И. Лызлова "Синопсис" занял среди источников "Скифской истории" незначительное место, очевидно, в связи с его сравнительно небольшой информативностью. В дополнение к другим источникам, автор извлек отсюда сведения о поразившем венгров князе Мстиславе Мстиславиче галицком (л. 10), о походах батыевых татар на Киев и политической ситуации в городе (л. 18-18об.), использовал некоторые факты главы "О княжении киевском под лютым игом татарским" в рассказе о венгерском походе Батыя (л. 21-21об.), наконец, на одном листе изложил важнейшие сведения из огромной главы "Синопсиса" о борьбе Дмитрия Донского с Мамаем и Куликовской битве (л. 27); здесь же он почерпнул указание на обстоятельства гибели Мамая в Кафе 46.

Одним из важнейших источников "Скифской истории" стала История о Казанском ханстве в редакции КЛ. Как и в случае с повестью Нестора Искандера, А. И. Лызлов имел возможность во многом следовать тексту КЛ, но использовал эту возможность весьма умеренно. Первое обращение автора к КЛ отразилось в обширном рассказе об изгнании ордынского хана Улу-Махмета Едигеем, сражении первого с русскими воеводами "в Белевских местех" и "обновлении" им г. Казани (л. 31об.- 32об.) 47. Сообщая далее близко к тексту КЛ о воцарении Ахмата, "Скифская история" утверждает, что его предшественником был Седахмат, а не Зелед-Салтан, которого КЛ называет отцом Ахмата, но вновь возвращается к тексту КЛ, сообщая об отказе Василия III от ордынской дани и казни татарских послов в Москве (л. 35об., с. 200).