Чтение онлайн

На сбор урожая разные сёла ходили совместно, так как во первых родичи, во вторых соседи, а урожай собрать нужно быстро. И естественно, что, то нас в соседние сёла возили, то соседские ребятишки приезжали с родителями к нам.

Ещё в августе упросил родителей купить на ярмарке в городе сахар. Так как ложек, поварёжек, лопаток и скакалок мы наделали много, жаль на продажу или обмен пока годились только мои, то эти поделки родители на пять кило колотого сахара и поменяли. Грабёж, в следующем году берёзового сиропа наделаю, если клён не найду. Но так или иначе, а мы с мамой наделали сахарных петушков и я упросил маму, чтобы она упросила отца, чтобы тот среди малышей объявил конкурс на самый быстрый бег, самый долгий бег, лазание по шесту и самый громкий свист.

Отец из-за хромоты на поле быстро уставал и его нередко оставляли старшим в селе, людишек разных ссылают за Урал, многие со своих лагерей бегут, некоторые удачно, забредают такие к нам очень не часто, но у соседей или ближе к Амуру случается, так что за порядком следить не синекура.

Вот таким образом все мои ученики смогли получить по конфетке, а некоторые и по нескольку. Соседи превзошли не однократно нас в забеге на короткие дистанции, но ни одного не пришло в тройке финалистов в забеге на длинную, в лазании по шесту успехи были переменные, но Мишка не смог выиграть ни разу. Ревел потом долго, но в итоге пришёл ко мне и попросился чтоб я его дальше учил. Взял его обратно, но с условием, что ещё раз уйдёт, забуду, как звать его и пусть меня забудет.

Старшие признали после сбора урожая, что у меня талант резчика, мол не каждый так и в зрелом возрасте может и способность учить других признали, это дало ожидаемый результат и ко мне пришли ещё семь ребятишек, от старших, то есть от семи и выше лет я отказался, обосновав это тем, что они не будут меня слушаться, но если захотят пусть приходят и слушают, секрета в обучении я не делаю, а будут мешать пусть не приходят.

Попросил у взрослых поставить нам сруб для школы, потому что в домах места под такую рать народа не было. Обещали придумать что ни будь.

Тяжело быть маленьким, да ещё и без своих нитей. Сам бы эту школу сложил, да так, что её бы теремом назвали... Ай ладно, какие наши годы, будет мне ещё школа. Со своими пацанами и срублю.

Сруб нам поставили, просторный и даже печь очень приличную сложили и не очень прожорливою. И окошко на четыре стеклышка, каждое с ладонь взрослого мужчины было. Я зная заранее, что школе быть, надавил масла из рапса, лёна, конопли и ещё десятка жирных растений, где содержание жиров ниже. Маслом естественно заправлял масленые светильники вместо стеклянного колпака на которых был цилиндр со стенкой толщиной около полутора миллимитра дерева. Очково конечно. Но японцы и китайцы же как-то живут со своими бумажными фонариками.

Ребятам во время работы я рассказывал много сказок и те, что мне Фадей рассказывал и те что мама и адаптированные фильмы и сказки трёх миров, где уже побывал, главным критерием рассказанных историй было, что герой умом, хитростью и находчивостью выходил из неприятностей. Но были и истории, где всё за героя делали, всё шло вроде хорошо, но заканчивалось это всегда плохо, то такой герой сопьётся, то от него в итоге любимая которой он добивался уйдёт, разочаровавшись в нём, то дети его бросят и умрёт он в итоге один никому не нужный.

Дважды после таких сказок приходили. Сперва мой дед по отцу Пётр, пришлось ему сдать волхва, сказать что не все эти сказки он мне рассказал, а что самые грустные я составил сам послушав рассказы односельчан и привёл примеры четырёх семей взятых за образец, с чего там всё начиналось и чем кончилось. На вопрос, кто же мне рассказал об этих событиях, сказал чистейшую правду, что слушал разных кумушек, а потом покривил душой, что взвешивал их слова смотря на остальные семьи.

Дед видно хотел попросить, чтоб я таких сказок больше не рассказывал, но я его опередил вопросом, что мол, лучше ходить неготовым к такому? А так предупреждён, значит вооружён!

На это заявление дед хмыкнул, спросил уверен ли я, что мне четыре, а не тридцать четыре. Я ответил, что уверен и выканючил у него три новые сказки.

Вторым был поп, которого натравила на меня старая мегера. Он хоть и алкаш, а сразу уловил ключик к возможности вырваться из этой дыры куда его спихнули разными интригами. У него я выклянчил библию почитать, ни разу не видел библию на кириллице, только на современном мне русском читал и на японском. Поп после этого немного поскучнел, а я теперь ребятам рассказывал ещё и библейские сказки.

Возвращая библию спросил у попа, что такое шахматы. Он увы этой игры не знал. Ко мне больше не ходил и запил сильнее. А мигера которая сворачивала кровь всему селу и от кого слова хорошего никто не слыхивал, и которой все должны, а она сама королева, померла. Бывают же совпадения. Я только готовил ей иголку хорошо смазанную ядом поганки, мухомора и борца, а она возьми и уколись об неё. Нет и надо же было об неё уколоться в своей шубе, в первый же день, я только только откопал баночку с ядом гадюки которым запасся летом, ну да ладно, ей и первых трёх хватило.

За что же у нас с ней такая взаимная нелюбовь, была? Ей не понравились мои сказки, точнее, то что мои ученики начали её дразнить. Дразнить людей я им естественно запретил и провинившиеся потом просидели весь день на горохе в углу слушая сказки про таких насмешливых, дети прониклись, но любви к этой самовлюблённой вредной бабе это им не прибавило, они не без основания посчитали, что это она их заложила. Однако дразнилки подхватили более старшие дети и вот они её как раз между собой обсуждали, та услышала, как её меж собой называют и взъярилась. А с занятий шёл Никита, вообще ни сном не духом, тут эта корова, не увидев никого кроме него, так как мальчишки убежали после её воя, в него и вцепилась и так отходила, что парнишка встать не мог два дня.

Нет, может за это она смерти и не заслужила, можно ей было устроить перелом обеих конечностей, но она ещё и девчушку лет четырнадцати до утопления довела, когда та залетела. Было это летом. Баба убедила её, что жених то её не приедет, так как сбежал. Та и так была вся в растрёпе, тут ещё и это подзуживает, я пытался сгладить, но возраст сильно не тот. Ну в общем утопилась дурёха, а парень осенью приехал руки просить у её родителей, он в город к сапожнику уехал в ученики просится, так как за раннюю любовь их односельчане могли сильно не поддержать, чтоб другим неповадно было. И не таких печальных, но не менее поучительных историй с участием этой бабы хватало. В общем яда гадюки для неё было совсем не жаль.

Как-то незаметно пришёл февраль и у мамы появился пищащий комочек в пелёнках с именем Матвей, а у меня брат. Деревянных колечек и дёсночасалок было заготовлена тьма, но они до поры лежали невостребованными. Брат, по уверениям мамы был крупнее меня и ес-но тяжелее. И на меня легла часть тех забот, что раньше делала мама. Еду нам пока готовила двоюродная мамина сестра, а отец плотно следил за очагом, чтоб не дай Бог, не застудить ни мать, ни ребёнка.

Мы в школе наделали санок, родители помогли нам накопать снега и мы катались с крыши нашей школы которая на время зимних морозов переквалифицировалась в горку. Так же делали иглу, потом связывали их в целую сеть, а потом играли там в прядки или "горячо -- холодно", да и игр развивающих память и позволяющих лучше ориентироваться в пространстве прибавилось. А в царь горы вообще командами играли, ребята быстро признали пользу тактики в игре и боталии изобиловали авантюрными, смелыми ходами, хитростью, трюками... Однажды даже подкоп устроили.