Чтение онлайн

— Думаете, повышенный фон там от мозговёртов, а не от «Плевка дракона»? — сгибая в руках указку, спросил у колдуна Илья.

— Уверен, — заявил тот и повернулся, услышав мои шаги. — Как самочувствие?

— Нормально. Долго в отрубе был?

— Часа два. — Колдун посмотрел на часы и заторопился. — Всё, мне бежать пора. До завтра.

— Я б вас подбросил, — предложил Илья.

— Да мне здесь пешком быстрее, — отказался колдун.

— До завтра, — бросив указку на стол, попрощался Линев.

— А что у нас завтра? — поинтересовался планами Ильи я.

— А завтра у нас выезд в Рудный. — Линев достал из кармана сложенный вдвое конверт и протянул мне.

— Зашибись. — Я поёжился от воспоминания о ледяных големах. — Это что?

— Документы о твоём переводе из Патруля в Дружину. Не забудь завтра с собой взять, а то на пропускном пункте проблемы будут.

— Хорошо. — Я убрал конверт в карман куртки.

— Про Ворона узнал что?

— Узнал. В декабре прошлого года он работал на Мухомора, и когда того застрелили, заныкал крупную партию «сапфирового инея», — упомянув про наркотики, я сделал паузу, но Илья промолчал. — Инеем он в Лудино после ранения от рейнджеров откупился и теперь его разыскивает Штоц…

— Штоц?

— Да. Ворон пытается выйти на производителей мозговёртов, зачем не знаю. — Я замолчал, выдав заранее заготовленную полуправду. По идее, всё это Илья и сам должен знать. Так что я и Ворона не сдал и у Штоца, глядишь, проблем прибавится.

— Самого его не нашёл?

— Нет, — даже не моргнув, соврал я.

— Хорошо. Завтра у юго-восточных ворот в десять. И не опаздывай. — Отвернулся от меня к карте Форта Илья.

Я вернулся к стулу и проверил винтовку. Порядок. Надо только перезарядить.

А операция, значит, в Рудном. Очень интересно. Выходит, я не ошибся, предположив, что нужен Илье в качестве проводника? Одно странно, до Рудного рукой подать и дорога хорошая. Могли бы и своими силами обойтись. Или что-то ещё намечается? В любом случае, надо делать ноги до того момента, как в моих услугах пропадёт необходимость. А вот ещё вопрос весьма серьёзный: когда срываться до операции или после? Ладно, по обстоятельствам определюсь.

Всё, надо пойти шмотки из арсенала забрать и валить отсюда. Мне ещё с ночлегом что-то решать придётся. И патронов неплохо подрезать бы, раз Григорий разрешил.

Я толкнул оказавшуюся открытой дверь арсенала, зашёл внутрь и спросил у заканчивавшей упаковывать внушительных размеров рюкзак Вероники:

— Не знаешь, где здесь патроны двенадцатого калибра?

— Держи. — Девушка кинула мне связку ключей. — Вон тот ящик в углу. Только Илья оттуда почти всё выгреб.

Поймав связку, я подобрал ключ и отпер ящик. И что у нас здесь имеется? Мда, не густо. Почесав затылок, переложил к себе в сумку последние пять зажигательных патронов и два патрона с посеребрённой дробью. Вот собственно и всё. Больше ничего интересного нет.

Не утерпев, я тут же распечатал полученный от Ильи конверт и начал просматривать вложенные в него бумаги. Разрешение на вынос оружия из Форта, приказ о моём временном откомандировании из патруля в Дружину…

Что?! Ах, ты так тебя раз эдак! Илья — подонок!

Глубоко вздохнув, я попытался успокоиться и медленно вложил документы обратно в конверт. Да, сделал он меня, технично сделал. Подъёмные, блин. Пятьсот рублей, ага как же! В приказе от двадцать девятого декабря чёрным по белому написано: «с сохранением жалования»! Да мне последние месяцы рублей по пятьдесят-шестьдесят закрывали! Плюс пайковые. То на то и выходит. Получается, этот нехороший человек мне моё же жалование под видом подъёмных и впарил.

Кое-как успокоившись, я решил, что все не так цинично, как мне показалось. Деньги-то мне выплатили. И какая разница, под каким соусом? Я ведь их взял. И уже, между прочим, потратил. И приказ, как ни крути, явно задним числом подписан. Чья заслуга? Ильи. Так что всё в порядке.

Если уж на то пошло, то без этого распоряжения быть мне дезертиром. Из рейда я вернулся, значит, вполне бы мог отделаться месячником на северной промзоне. А если б с Гельманом по человечески договориться, то и без отработки выпнули. Я это к чему: без этой бумажки меня на пропускном пункте будут мурыжить до тех пор, пока из Патруля не приедут. И вообще, мне, считай, крупно повезло: первый раз Смирнов отмазал, второй раз без проверки сектанты провели. А с бумажкой этой всё чин по чину: подписи, печать… Хорошо, что сегодня с утра из Форта рвануть не попытался, загремел бы, на фиг, в штрафняк.

Вера закончила сборы и с трудом закинула рюкзак на спину. И как она допрёт всё это?

— Живёшь далеко? Может, донести помочь? — предложил я.

— Если не сложно. — скинула на пол тяжеленный рюкзак девушка. — А то пока до Тополей допру — спину сорву.

— Бери мою сумку. — Я поднял рюкзак, просунул руки в лямки и чуть не крякнул.

Тяжеловастенько. Ничего, не переломлюсь. Тем более что до Тополей — двух девятиэтажных общаг Дружины — отсюда не так уж и далеко. Да и Костя там рядышком живёт. Глядишь, опять к нему на ночь забурюсь.

Илья зарыл за нами дверь склада, и мы пошли по улице, увешанные вещами, как два ишака. Под вечер распогодилось и меж рваных облаков на горизонте проглядывали лучи закатного солнца.

Фу-у-у. Так я скоро совсем спарюсь. Но тут уж ничего не поделаешь: назвался груздем, тяни санки. Усиленные патрули с улиц уже убрали, и всё равно, пока дошли до площади Павших, нас успели три раза тормознуть. Неужели так подозрительно выглядим? Каждый раз документы делали свой дело, и мы спокойно шли дальше. Что ни говори — с ксивой на кармане жить хорошо.

Пока шли до общаги разговорились, и хоть я особо не расспрашивал, узнал, что занималась Вера пулевой стрельбой ещё со школы, а в Приграничье угодила этой весной. При выборе между Сёстрами Холода и Дружиной она колебалась недолго и последние два месяца работала на Илью.

На подходе к «Тополям» меня уже пошатывало, по спине ручьём тёк пот, а в голове шумело. Похоже, от контузии я отойти ещё толком не успел. Мне б сейчас водички холодной. Ведра два…

— Этаж какой? — прохрипел я. Если выше третьего — сдохну.

— Второй, — несказанно обрадовала меня Вера.

Вахтёр с недоумением оглядел мою грязную одежду и измученную физиономию, но, узнав Веру, ничего говорить не стал. И это просто замечательно — сил на выяснение отношений у меня уже не осталось.

— Заходи, хоть чаем угощу, — предложила девушка, оценив мой измученный вид.

— Да ну, чего смеяться. Загажу тебе всё. — Я скинул рюкзак у самого порога и потянулся за сумкой.

— Куда ты пойдешь в таком виде? Иди переоденься в ванной, там халат висит. А я сейчас чай заварю. — Вера утащила мою сумку на кухню.