Скошенная трава
Шрифт:
Остальные не умели.
Степка встал и оперся кулаками в стол:
– И все-таки - это хорошая идея. Поэтому придется учиться всем. Понятно?
– Мне тоже?
– одновременно спросили Полли и Белка.
– А как же!
– Нахмурил брови парень.
– Вам в первую очередь!
Девчонки захлопали в ладошки: - Мы поедем на дачу!
Следующим утром Арсений, Артем и Кирилл отправились за велосипедами, а Степан с Глебом и Стасом - за крупой и макаронами. Перед дальней дорогой надо было пополнить припасы и приготовить еды на несколько дней. Айка с Надей пошли выгуливать Беллу и Полли, благо погода не пугала выкрутасами и жарой, а всего лишь обдувала легким летним ветерком.
Таня осталась в доме. Сегодня подземелья покинули все, поэтому она, чувствуя себя спокойно, с удовольствием прибиралась в комнатах и готовила на вечер.
Полинка опять прыгала с мячиком по площадке, распевая песенки, услышанные от Степана. Айка с Беллой на руках и Надя пристроились на шинах, валяющихся сбоку игровой площадки.
– Представляешь, если мы будем жить в доме на земле! С окнами! Я сошью занавески!
– улыбалась серому небу Надежда, потряхивая пепельными волосами.
– У нас будут светлые комнаты! А как мы повезем генератор? А бензин?
Ее мысли возбужденно скакали от радости к тревоге и обратно.
– Я хочу, чтобы под окнами цвели цветы! У бабушки росли такие пионы! Вот с такими цветками!
– она раздвинула ладони и показала нечто округлое, сантиметров двадцати в диаметре.
Белла тихонько рассмеялась:
– Надя, ты не о том мечтаешь!
– А о чем мечтать, Белочка?
– О море. Оно бескрайнее. То злое, то доброе. И с ним обязательно надо подружиться!
– Тебе о нем рассказывал папа?
– Нет.
– Девочка подняла закрытые глазки вверх, к небу.
– Я его видела. Оно ждет.
– Кого, Белочка?
Белла опустила подбородок и покрутила головой:
– Джек кого-то почуял.
– Идем!
– Айка подхватила Белку, а Надя - Полинку.
Они быстро спустились в люк.
– Бел, ты еще чувствуешь Джека?
– Да.
– Это чужие или наши?
– Чужие. Джек начал охоту.
Девчонки разделись и вошли в сверкающую чистотой столовую. Таня варила суп.
– Что так быстро вернулись? Погода испортилась?
– Джек почувствовал чужих людей на своей территории.
– Белочка, а как там наши мальчики?
Девочка, устраиваясь с медведем на кровати, важно ответила:
– Они заняты. Домой еще не скоро.
– С ними все хорошо?
– Конечно. У них долгая дорога.
– Они придут поздно?
– Как получится. Михася, у тебя такие большие глазки! Айка, а какого они цвета?
– Коричневые, как у меня. Ты кушать будешь?
– А у Нади какие?
– Серые, как небо.
– Небо не серое. Это тучи. А небо, оно - синее. Как папины глаза. И у меня глазки были синими. А теперь они закрыты. Таня, а у тебя какие глазки?
– Тоже серые.
– Улыбнулась Таня.
– А волосики у тебя какие?
– Я вся серая, Белочка.
– Нет, ты - светло-зеленая, как травка.
– А я какая?
– села рядом с ней Надя с тарелкой супа.
– Ты?
– Белочка задумалась, почесывая рукой кончик носа.
– Ты - желтая. Как подсолнух.
– Ну-ка, солнышко, открывай ротик, супчик ждет!
Белла проглотила ложку супа и продолжила:
– А Айка - черная, как звездная ночь!
– Придумщица!
– села с другой стороны Айка.
– Кушай, а то суп остынет!
Голодную Полинку посадили за стол. Она с завистью смотрела, как старшие болтают со слепой девочкой и кормят ее из ложки.
– А если я заболею, вы тоже меня кормить будете?
– она повозила ложкой в тарелке, вылавливая макароны.
– Закрой глаза!
– спокойно сказала Айка.
Полина послушно закрыла.
– А теперь, не открывая, попробуй съесть хоть что-нибудь.
Суп, расплеснувшись, упал в тарелку. Полли открыла глаз.
– Не подглядывай и ешь!
– приказала наблюдавшая за ней Айка.
Девочка вздохнула, пролив еще одну ложку.
– Я не хочу, чтобы меня кормили!
– Сделала она вывод.
– Вот и умница. Открой глазки и кушай!
– Таня подошла и села рядом.
– А Полли - серебряная!
– Да откуда ты знаешь?
– Всплеснула руками Надя.
– Разве ты чего-то помнишь, фантазерка?
– Я вижу. Здесь.
– она дотронулась до груди.
– И я знаю, кто о чем думает.
– И о чем я думаю?
– Улыбнулась от стола Таня.
– Ты думаешь, что ты - плохая. Гадкая. И что Степану ты не нравишься.
– Белка с самодовольным видом проглотила еще одну ложку.
Татьяна вскочила и, закрыв глаза рукой, ушла в спальню.
Айка задумчиво посмотрела ей вслед.
– Белочка, - начала подбирать она слова, чтобы не расстроить девочку, - ты понимаешь, есть такие мысли, о которых вслух говорить нельзя. Это - тайна самого человека. Ему, например, чего-то очень хочется, но он об этом не говорит, потому что так думать неправильно...
– Конечно, неправильно.
– Белла нащупала Айкину руку и погладила.
– Таня - очень хорошая. Просто о себе неправильно думает!
Айка рассмеялась и погладила ее по макушке, дергая за кончики волос.
– Давай мы с тобой договоримся. Ты больше никому не будешь говорить о чужих мыслях. Хорошо? Полли, тебя это тоже касается!
– Даже о твоих?
– уточнила Белла.
– А о моих тем более! Маленькая разбойница!
– Айка щелкнула ее по носу, а Надя заправила ей в рот последнюю ложку.
– Я пойду, поговорю с Таней.
– Айка встала и поспешила в спальню.
Таня лежала на своей постели, свернувшись клубочком. Айка, не включая света, подошла и села рядом, положив руку ей на плечо. Танино тело мелко тряслось.
– Тань, ты чего? Мало ли чего скажет больной ребенок! Не обращай внимания!
Та резко повернулась к Айке и села, глядя на ту заплаканными блестящими глазами:
– А если это правда? Меня никто никогда не жалел. Только пользовались и били. Мужчины, женщины... А потом бросили умирать. Степан меня спас, не прошел мимо. Он хороший и добрый! И мне хочется быть рядом с ним, помогать ему во всем. Я живу только из-за того, что он живет. Я люблю его, Айше.
– Она сглотнула вставший в горле ком.
– А он любит тебя. Почему он смотрит на меня, как на пустое место? Чем я хуже тебя? Я умею сделать так, что мужчине будет очень хорошо. Но ему это не надо. Ему нужна ты...