Скошенная трава
Шрифт:
Айка протянула вторую руку и крепко обняла вырывающуюся Татьяну:
– Тише, тише. За материком не видно моря... Он обязательно тебя заметит. Просто он еще совсем мальчишка и играет в благородство: считает себя обязанным мне в память о моих родителях. Это не любовь, Таня. Это - благодарность. Вот когда он это поймет, то увидит и оценит твою красоту и преданность.
Таня хлюпнула носом и уткнулась в Айкино плечо:
– Ты, правда, его не любишь?
– Люблю. Как брата и защитника. Но он - не мой возлюбленный. И никогда им не будет.
– Честно?
– Танины глаза засияли, словно звездочки.
– Только ты сама должна ему дать понять, что он тебе небезразличен.
– Айка вздохнула.
– Иначе, он никогда этого не узнает.
Посмотрев на решительное лицо девушки, Айка рассмеялась:
– Только не бросайся на него. Юные мужчины этого боятся.
– Спасибо, ты подарила мне надежду!
– Таня сама обняла Айку за шею.
"И что я делаю?" - грустно подумала Айка, вставая с кровати.
– Только на Белочку не обижайся, она не понимает взрослых заморочек и живет в своем, придуманном и сказочном мире. Там она видит маму, и ни у кого нет друг от друга секретов.
– Конечно!
– радостно сказала Таня, вытирая слезы.
Когда Айка вошла в столовую, Надежда внимательно посмотрела на подругу. Айка снова вздохнула и пошла в кладовку. Там достала пластилин и села к столу.
– Надя, бери Беллу. Полинка, садись рядом. Сейчас будем делать игрушки.
– Она с удовольствием сжала в теплой руке холодный кусок.
– Ну что, кого лепить будем?
Через пару часов их стол украшали разноцветные фигурки динозавриков, артистично сделанных Надеждой, и кособокие зайчики, вылепленные Айкой и Полинкой. А посередине стоял на зеленой ножке цветок с семью разноцветными лепестками, сотворенный Таней.
Глава десятая. Волки.
Первыми домой явились велосипедисты. Радостно гогоча, Кирилл с Темкой влезли в люк.
– Девчонки! Теперь у нас есть три классных новых велика!
– объявил Кирюха.
– Только у одного из них он погнул руль.
– Наябедничал вошедший последним Арсений.
– А насосы вы взяли? И запасные камеры?
– спросила дотошная Айка.
– Ну, так ручной автомобильный насос у нас есть! Его и возьмем!
– Эх, там столько великов еще под завалами! Красненькие, синенькие и даже трехколесные!
– посетовал Артем.
– Жаль, времени было мало.
– Там еще с аккумулятором были... Но они тяжелые. Чтобы вытащить, надо сначала разобрать.
– Вот и молодцы!
– похвалила их девушка.
– Сейчас вернутся остальные, и будем ужинать.
Мальчишки помыли руки и сели к столу, на котором стояли неубранные фигурки из пластилина.
– Вау-вау!
– Изрек Темка.
– Народное творчество в наши неотесанные и невосприимчивые к прекрасному массы! Признавайтесь, кто кого лепил?
Он цапнул ближайшего динозаврика за пузико и поинтересовался:
– Эта рептилия с крыльями - плод больного воображения или мутант из канализации?
– Сам ты плод!
– обиделась за животное Полинка.
– Это Надя лепила динозавриков. У них есть крылышки, и они летают по воздуху. А живут высоко в горах. В пещерах, где прячут сокровища.
– Короче, мутировавшие олигархи. Но сделано классно. Надя!
Девушка повернулась и улыбнулась Темке.
– Уважаю!
– Спасибо за оценку!
– Кивнула головой Надежда.
– А кто ваял этих косорыльчиков?
– Темка ткнул пальцем в заячье племя.
– И когда они успели так размножиться?
Айка сверкнула темными глазами и нависла над сидящим Артемом:
– Ты что-то имеешь против русского авангарда?
– Против русского не имею. Но ты, Аечка, вроде как...
– Продолжай...
– нехорошо усмехнулась смуглая Айка.
– Не в обиду будет сказано, но к русским тебя можно отнести с оч-чень большой натяжкой...Ай...
– захрипел он, схваченный за шею сильным захватом маленькой женской руки.
– Пусти, больно!
Айка ослабила хватку. Темка вывернулся и крепко прижал к себе спину Айки, перекрестив ей руки. Потом, сощурив глаза, скорбно объявил:
– А Крым все-таки наш!
Полинка подкралась сзади и треснула Темку ногой по суставу.
– Ай...
– Загребущие ручки схватились за ногу.
– Поля, больно!
– Ты Айку не трогай!
– погрозила девочка пальцем.
– А то придет Белкин папа и рассердится!
– Почему?
– сразу три пары любопытных глаз внимательно посмотрели на девочку.
– Потому что она всегда Белку лечит. И ее папу тоже вылечила! Вот!
– А кто вылепил цветочек?
– Перенаправил разговор Кирилл.
– Таня.
– Тут же объявила Полли.
Артем задумчиво выпрямился, подошел к столу и, взяв цветок в руки, медленно оторвал один лепесток.
– Ты лети, лети, лепесток, через запад на восток, через север, через юг...
– Темка, приговаривая считалочку, медленно подходил к Татьяне, стоявшей у плиты с ложкой.
– Лишь коснешься ты земли, быть по-моему вели...
Он близко подошел к Татьяне и, заглядывая ей в глаза, сказал:
– Хочу, чтобы Таня меня поцеловала!
– и нагнулся к ее лицу.
Сначала раздался глухой стук ложки, нашедшей лоб незадачливого кавалера. А потом Темка, влетев спиной вперед под стол от сильного тычка, сломал табуретку и расцарапал ногу. Таня опрометью бросилась в люк, ведущий наружу.
– Ну, ты и дурак, Артем!
– Сказал, доставая брата из-под стола, Кирилл.
– Нашел, к кому приставать.
– Согласен. Дебил.
– Прокряхтел, растирая ушибленные места, Артем.
– Я пошутить хотел.
– Лучше бы со мной шутил! Разве с ней так можно!
– Набросилась на него Надя.
Айка позвала Арсюху:
– Быстро неси гитару и займи малышек. Поиграй им. Большие разберутся сами.
– А ты куда? За Таней?
– тихо спросил Арсений.
– Да. Если ее сейчас не вернуть, она не придет назад никогда. Если появятся ребята, попроси Степку мне помочь. И больше никого. Понял?
– Да, Ай. Иди.
Айка быстро натянула комбез, ботинки и перчатки. Застегнула кобуру. И вот она уже на улице.