Скошенная трава
Шрифт:
– Танцую... Они такие милые!
– В гарем захотела? Идем.
– Он выдернул ее из круга и потащил к столику.
– Слющай... Эй, мы с ней танцуем...
– пара арабов, сверкая глазами, приблизилась к Хью.
– Что?
– Он приподнял бровь. Голубые глаза налились расплавленной ртутью, а изо рта вылетел пар. Температура в помещении резко упала до десяти по цельсию. Арабы смотрели на мистера Вейнера, но внезапно им показалось, что сам Косарь со своей ржавой косой стоит перед ними, и отсчет пошел на секунды. Парни развернулись и дали деру. Температура сразу поднялась.
– Проклятые китайские кондиционеры...
– прошипел, проходя мимо, метрдотель.
– Опять менять придется!
Лиин сидела, опустив глаза.
– Поехали домой.
– Сурово сказал брат.
– Нет.
– Ты не понимаешь...
– А зачем ты тогда меня сюда привез?
– Вообще-то это европейский ресторан. Я не знал, что тут сегодня гуляют братья шейха...
У Лиин зазвонил телефон. Она зачирикала в трубку, а потом завертела головой и замахала рукой. И скоро к их столику подошли девушка и парень.
– Мои сокурсники: Бен и Мей Римоут.
– Очень приятно.
– Искривил губы Хью, не поднимаясь и не предлагая присесть.
– Это мой брат - Хьюго Вейнер.
Бен и Мей с благоговейным восторгом уставились на Хью.
– Так ты та самая Вейнер?!
– прижала к губам ладошку Мей.
– А вы те самые Римоут - тихоокеанский шельф?
– откинувшись на спинку стула, небрежно поинтересовался Хью.
– Да-а.
– Зачарованно глядя в его лицо, протянула Мей.
Хью скользнул взглядом по Лиин.
– Садитесь.
– наконец, оттаял он.
Завязался ни к чему не обязывающий разговор о баррелях и котировках. Лиин молчала, в-основном, ковыряясь в салатике. Зато Мей строила глазки, выгодно показывала ручки и ножки. А потом томным голосом позвала Хью танцевать. Он, рассыпая в ее сторону голливудские улыбки, взял за ручку и повел на танцпол. Лиин осталась сидеть с Беном. Тот кидал взгляды на девушку, а потом не выдержал:
– Твой братец увлекся Мей.
– И что? У него есть невеста.
– Настроение Лиин резко упало.
– Хочешь, пока они любезничают, покатаемся по столице?
Девушка подумала. "Раз он так... Тоже мне - ждал, а сам..."
– Поехали!
– кивнула она.
Гоночный серебристый мазератти лихо лавировал по широким развязкам современного города.
– Тут есть погребок. Зайдем?
– Давай.
– Равнодушно сказала она.
Машина остановилась рядом с освещенным бегающими огоньками подъездом в окружении таких же дорогих машин.
Бен открыл дверцу и подал Лиин руку. Они вошли в зал. И, протискиваясь между танцующими и столиками, подошли к стойке.
– Пол!
– Бен! Какая у тебя девочка! Просто люкс!
Лиин, вертя головой по сторонам, пританцовывала ногами.
– Вам просто накатить или с улетом?
– продолжил бармен.
– Давай с улетом.
– Решился Бен. Ему, на самом деле, очень нравилась девушка еще с первого курса. Но вокруг нее всегда вертелись самые-самые. Бен в их число, даже с нефтяными вышками, не входил. А тут она рядом и никого...
Бармен поставил два бокала с разноцветной смесью на стойку.
– Лиин, выпей!
– Бен сунул девушке в руку один из них.
– Крепкое?
– Нет, коктейльчик. Для расслабона.
Девушка рассеяно улыбнулась и отпила глоток. Сладенько. Она отпила еще. Бен потащил ее танцевать. Немного закружилась голова. Она оттолкнула Бена и пошла, села на диванчик. Бен с хитрой улыбкой снова поднес к ее губам бокал:
– Пей, здесь жарко!
Она отпила еще глоток. Стулья кружились все сильнее. Она одной рукой вцепилась в стул, а другой - в Бена. Тот нагнулся к ее лицу и начал целовать ее губы слюнявым ртом. Она пыталась его отпихнуть. Люди вокруг смазались в одну пеструю ленту. И, уже теряя сознание, она выдохнула: - Хью!
Угасающим взором она увидела белую метель, неожиданно налетевшую на погребок, и почувствовала дикий холод. И отключилась.
Очнулась она днем. В арочные окна дома робко заглядывало теплое солнышко. Она лежала на своей кровати. Голова болела. Тело ощущалось деревянным. Скосив глаз, она увидела штатив капельницы, стоящий у ее кровати. Во рту было безумно сухо.
– Пить...
– прошептала она.
Открылась дверь, и вошел Хью со стаканом голубой жидкости. Приподнял ее голову и поднес к губам:
– Пей!
Она отхлебнула три глоточка, как вдруг слезы неудержимо покатились из глаз.
– Ну же, перестань. Ты жива, с тобой все в порядке.
– Хью ледяными глазами смотрел мимо нее на стакан.
– Зачем ты ушел с этой дурой Мей?
– Зачем ты поехала с этим придурком Беном? К тому же знаешь, что синтезированные алкогольные соединения внутрь тебе противопоказаны.
Лиин сделала попытку отвернуться. Но тут сильные руки зажали ее одеяло с обоих сторон:
– Хочешь еще куда-нибудь уехать? Хочешь?
– Хью навис над бледной девушкой, потряхивая ее кровать.
– Не хочу, братик. Давай побудем вместе.
– робко улыбнулась ему она.
Голубые глаза потеплели, а уголки губ поднялись, обнажая ровные белые зубы.
– Только ты меня поучишь летать. Хорошо?
Две с половиной недели пролетели, как один день, в полетах, катании на серфах и яхте. Как-то вечером в гостиной зазвонил спутниковый телефон. Хьюго, изломав в удивлении бровь, подошел:
– Да. Да. Да-а? Вот оно как? И срочно? Хорошо. Завтра вылетаю.
Лиин сидела на диване и смотрела на Хью. Он сел рядом, взяв в свои руки ее загоревшие ручки.
– Лиин. Мне надо улетать. Политики опять чего-то хотят, а правление решать этот вопрос без меня не желает. Ты хотела поехать в Альпы?
Девушка кивнула головой.
– Я сейчас закажу тебе билет на дневной рейс до Парижа. Утром доброшу до Могадишо, там сядешь в самолет. В Париже встретишься с ребятами, и поедете в Альпы. Лыжи новые подбери.