Чтение онлайн

– Ты уверен, что нам сюда? Темно, как в коллекторе!

– Не уверен. Но нам сюда. Здесь раньше был небольшой аэропорт. Частная авиация, спортивная... Полоса хорошая для небольших самолетов

– Глеб, ты решил полетать над Москвой?

– Степа, думай лучше. Они все разбомбили. Все большие аэропорты. Полосы завалены обломками. Так скажи мне, откуда тогда появляется пополнение с Востока и Европы?

– Прилетают?

– Вот! И мы должны с тобой найти аэропорт. У меня было два варианта. Жуковский и Дмитров. В Жуковский нам не пройти. Скорее всего, у них там главная база. И шли они с той стороны. А здесь может быть запасной аэродром.

– Ты хочешь захватить самолет?

– Если он там будет, Степа.

– А...

– Не знаю, мой мальчик.

– Надюш, веди Полинку спать. Мальчики, хватит тереть полусонные глаза. Наши приедут еще не скоро.

– Давай, я на гитаре поиграю? Белочка лучше уснет!

– Арсений! Не испытывай мое терпение. Если сейчас не пойдешь в кровать, я тебя вместе с гитарой отправлю наверх.

– Джеку песни петь?

– Круто! Арсюха играет, стая - воет! Давай билетики продавать?

– Кому, тупая башка? Волкам на выступление собак? И ждать, кто кого быстрее схарчит?

– Тёма и Кирилл! Я начала обратный отсчет.

– Потом кинешь гранату?

– Подниму рано. Нам хотя бы еще два велика нужно. С припасами и малышней на четырех восьмерым далеко не уехать.

– Семерым. Арсюху на плечи посадим!

– Акробатический номер! Слабонервным не смотреть! Степан крутит педали, на плечах - Арсений с гитарой, на нем - Полинка песни поет.

– А сейчас пока пою я. Тема, а где у нас веник?

– Бить будешь?
– состроил грустную мордаху Тёмка.

– Тебе дам. Ночь длинная, уборки много...

– Я - спать!

– И я.

– Вот оно - счастье!

– Глеб! В окнах свет!

– А теперь - заезжаем вот в эти симпатичные кустики и идем на разведку.

Это был корпус какой-то базы отдыха с большим холлом внизу. Глеб и Степан подошли и осторожно заглянули в освещенное окно. На обшарпанном паркете стояли когда-то дорогие кресла и круглый столик. В стене присутствовал незажженный камин. От красивой люстры остались осколки и две электрические лампы, светящие в полнакала. За углом гудел генератор. За столом сидело несколько человек в расстегнутой у ворота черной форме. Они играли в карты и изредка перебрасывались английскими словами. Створка окна по летнему времени была открыта, поскольку уровень радиации здесь был некритичным.

– Я пас. Что-нибудь раскопали?

– Пока нет. Я не думал, что столько крыс выживет после десятка ракет. А они не только выжили, но и активно сопротивляются.

– Да, Лис, когда привезут подкрепление?

– Хочешь сказать, пушечное мясо?

– Крыс тоже надо чем-то отвлекать. На днях делали фотосъемку и измеряли уровень радиации над центром.

– И?

– Только в высшей защите.

– Тогда привлечем энтузиастов, как в Вене?

– В Вене не стреляли.
– После паузы сказал один из игроков, выкладывая на стол свои карты.

Мужчины откинулись на спинки кресел.

– Винца?

– Нет, я тут ездил на зачистку, попался интересный дедок. Откупался "самогоном". Говорят, отличное русское пойло. Я взял бутыль. Попробуем?

Степка под окном потер руки. Слово "самогон" он знал с детства.

Через полчаса "пробований" разговор оживился. Карты были брошены в сторонку, и разговор плавно перетек на женщин. Степка скучал, не понимая ни слова. Зато Глеб слушал внимательно. Сдерживающий болтовню рассудок давно утонул в чистых волнах деревенского традиционного напитка.

– Слышали, скоро прилетает Сама.

– Да ты что? И когда же?

– Через два дня. Работы тормозятся, и ей это не нравится.

– Туда?

– Нет, говорят, к нам. Ин-спек-ти-ровать.
– С трудом выговорил один из мужчин.

– Все им мало! Весь мир ограбили и испоганили! Сидят себе, в своем Буэнос-Айресе, золото считают, да картинами любуются!

– И что за радость жить вот так, без чистого неба?

– Говорят, им без разницы.

– Теперь только на картинах и осталось.

– А еще говорят, - один нагнулся над столом, приблизив красное лицо ближе к собутыльникам, - она и другие из центра - не люди!

– А кто?

– Г-гуманоиды! Какими бы президенты и армейские дураками не были, все равно не смогли бы подстроить одновременный пуск ядерных ракет по всему миру!

– Компьютеры!

– А теперь их нет. Ничего нет.

– Вот увидите, соберет она все ценности, а нас - в расход.

Мужчины опять откинулись на кресла и задумались.

– Русские - молодцы. Даже дети и бабы стреляют.

– У них - метро глубокое. Хрен выковыряешь кого оттуда.

– А от нас она чего хочет?

– От тебя - ничего. Будет смотреть рабов, ну и брюлики свои заберет.

– Ты мечтал, чтобы она от тебя что-то захотела?
– один из сидящих расхохотался.
– Видел я ее. Издалека. Глаза страшные, черные. Словно колодцы. Смотрит, словно душу перетряхивает. И рабы после нее тихие-тихие.

Толстый мужчина налил себе самогона и выпил сразу стакан.

Все посмотрели с уважением.

– Сиди, я сейчас.
– Глеб метнулся за дом. Там легонько стукнула дверь.

Степка снова уставился сквозь ветки в окно.

В дверном проеме показался Глеб в шлеме, но с расстегнутым воротом. Он положил руки на косяк.

– Угу, - сказал он по-английски.
– Небось, на летающей тарелочке порхает? Как втянет пси-лучом - плакали наши цацки?

– Почему пси - лучом?
– Спросил того один из собутыльников.
– Нормально летает. На Боинге. У нас и цистерна с топливом стоит. И заправщик.

– Значит, через два дня? Посмотрим, что за баба. Может, я ей понравлюсь?

– Не дури, красавчик. Ты новенький доктор, что ли? Вон, сходи к рабыням, пока их не увезли. Такие конфетки попадаются! Шоколадку возьми, они оч-чень голодные!
– сказал один из сидящих и захохотал.

– Уговорил.
– Глеб развернулся и вышел из комнаты.

Когда он подошел к Степану, лицо у него было белое, а губы крепко сжаты.

– Поехали! У нас всего два дня!

С утра Артем с Кириллом и Арсюхой отправились за велосипедами. Надя с Таней выставили у стенки рюкзаки с крупами, одеждой, котелком и прочими необходимыми составляющими снаряжения. В отдельном мешке лежала упакованная палатка с надувным матрасом.