Чтение онлайн

— А теперь, леди и джентльмены, поприветствуем — болгарская национальная сборная по квиддичу! Пред­ставляю вам — Димитров!

Фигура в красных одеждах, на метле, двигающаяся с такой быстротой, что казалась размытой, вылетела на поле из дальнего нижнего входа под сумасшедшие апло­дисменты болгарских болельщиков.

— Иванова!

Подлетел второй игрок в красной мантии.

— Зогров! Левски! Волчанов! Волков! И-и-и-и-и-и — Крам!

Виктор Крам был худым, темноволосым, с лицом зем­листого цвета, внушительным крючковатым носом и гус­тыми черными бровями. Он походил на большую хищную птицу. С трудом верилось, что ему всего восемнадцать.

— А сейчас, прошу вас, встречаем ирландскую национальную сборную! — надсаживался Бэгмен. — Представ­ляю: Конолли! Райан! Трой! Маллет! Моран! Куигли! И-и-и-и-и — Линч!

— А также из самого Египта — наш судья, почетный председатель Международной ассоциации квиддича, Хасан Мустафа!

Маленький и тощий волшебник, совершенно лысый, но зато с усами, которым позавидовал бы даже дядя Вернон, одетый в мантию цвета чистого золота под стать ста­диону, вышел на поле. В одной руке он нес солидных раз­меров плетеную корзину, в другой — метлу, из-под усов торчал серебряный свисток. Гарри вернул скоростной регулятор омнинокля к норме и внимательно наблюдал, как Мустафа взобрался на метлу и откинул крышку кор­зины — в воздух взвились четыре шара: малиновый квоффл, два черных бладжера и — Гарри увидел его на краткий миг, прежде чем он скрылся из глаз — крошеч­ный крылатый золотой снитч. Пронзительно свистнув, Мустафа взлетел вслед за шарами.

— На-а-а-ачинаем! — взвыл Бэгмен.

…

На табло зажегся счет: БОЛГАРИЯ - СТО ШЕСТЬДЕ­СЯТ, ИРЛАНДИЯ - СТО СЕМЬДЕСЯТ. До зрителей не сра­зу дошла суть произошедшего. Но затем постепенно, буд­то неимоверной величины нарастающий поток, гул на трибунах ирландских болельщиков становился все гром­че, громче и взорвался громовым воплем ликования.

—ИРЛАНДИЯ ПОБЕДИЛА!
– надрывался Бэгмен, ко­торый, как и ирландцы, был захвачен врасплох неожи­данным окончанием матча.
– КРАМ ЛОВИТ СНИТЧ, НО ПОБЕЖДАЕТ ИРЛАНДИЯ! Бог ты мой, кто мог такое ожи­дать!

—На кой ему понадобилось ловить снитч? — кричал Рон, прыгая и хлопая в ладоши над головой. — Остано­вить матч, когда ирландцы были на сто шестьдесят оч­ков впереди, вот болван!

—Он знал, что им никогда не догнать Ирландию, — ответил Гарри сквозь шум, тоже аплодируя изо всех сил. — Ирландские охотники слишком хороши... он хотел за­кончить матч на своих условиях, вот и все...

— Ирландская сборная выполняет круг почета в со­провождении своих талисманов, а Кубок мира по квид­дичу вносят в верхнюю ложу! — объявил Бэгмен. — Давайте громко поаплодируем доблестным проиг­равшим — Болгарии!

Все начали потихоньку собираться на выход. Завершение Чемпионата прошло тихо, мирно и спокойно. Никаких чёрных меток, людей в чёрных масках и увольнений домовых эльфов. Ещё бы эти придурки решились вспомнить деньки, когда были ПСами. Наверняка до сих пор пугаются резни, которой подверглись их бывшие товарищи в Азкабане.

Кроме того, я наткнулся на представителей… Точнее представительниц (были только девушки) Шармбаттона. И Флёр, притворно возмущаясь тому, что до этого момента мы так и не пересеклись на Чемпионате, использовала это и то, что мы давно не виделись вживую, как предлог для того, чтобы утащить меня в свою компанию, чтобы пообщаться со мной. Я взглядом умолял своих помочь мне, но они лишь с понимающими ухмылками показывали мне большой палец (почти все парни, а также отец и Сириус) или неловко отводили взгляды (Герми, Джинни и Люпин). Одна только сетрёнка у меня молодец, порывалась мне помочь (либо увязаться за мной, такое тоже возможно), но её придерживали Гермиона и Джинни. Почти все они предатели, кроме Луночки. Ксенофилиус в квадрате, потому что отец!

Впрочем, ничего особого в общении с Флёр не было. Были приветственные и прощальные, когда я уже уходил, обнимашки, болтовня о жизни, что новенького было, и как мы предвкушаем начало Турнира Трёх Волшебников.

После мы вернулись домой. Тихо, спокойно и без суеты. Ну, если не считать того, что сестрёнка потребовала подробный отчёт о моём общении “с этой вульгарной женщиной, которая хочет увести у меня братика” по имени Флёр. Ревнивица маленькая, хех…

— Ребята, привет!
– приветственно помахал я рукой своим друзьям.

В это дождливое утро я вместе с сестрой и отцом был на вокзале Кингс-Кросс. И сейчас как раз прибыло семейство Уизли (все, кроме их отца и Перси), а также Гарри и Рон.

Я и сестра пошли вместе с золотой троицей первыми, болтая о всяком разном, парни в частности гадали о том, зачем могут понадобиться парадные мантии, которые были в списке обязательных предметов для школы в этом годы. Рон радостно рассказывал о том, что на имеющиеся сбережения смог купить нормальную парадную мантию, с содроганием вспоминая то, что предлагала взять его мать. Я покупать не стал, ибо могу сделать такую из своей плоти метаморфизмом. В очередной раз радуюсь тому, что стал осваивать этот навык.

«Хогвартс-Экспресс» — блестящий красный паровоз — выпускал клубы пара, в которых фигуры на плат­форме виделись смутными тенями. Короста у Рона в руках расшумелась, отвечая писком уханью множества сов через ту­ман. Луна убежала к своим подругам, заставив меня удручённо опустить плечи, а наш квартет пошёл искать свободные места и скоро мы погрузили свой багаж в купе в середине состава, потом вновь спрыгнули на платформу попро­щаться с миссис Уизли, Биллом, Чарли и моим отцом.

— Я, возможно, увижу вас раньше, чем вы думаете, — усмехнулся Чарли, обнимая Джинни на прощанье.

— Это как же? — мгновенно навострил уши Фред.

— Увидишь, — махнул рукой Чарли. — Только не го­вори Перси, что я упоминал об этом... Как-никак «закры­тая информация, пока Министерство не сочтёт нужным обнародовать её»... В конце концов...

— Да уж, хотел бы я вернуться в Хогвартс в этом году, — протянул Билл, засунув руки в карманы и с завистью погля­дывая на поезд.

— Почему? — в нетерпении закричал Джордж.

— У вас будет интересный год, — сказал Билл, сверк­нув глазами. — Прямо хоть бери отпуск да поезжай хоть чуть-чуть посмотреть...

— Посмотреть на что? — спросил Рон.

Глядя на это представление, папа таинственно усмехался, но, увидев мою понимающую улыбку, сделал непонимающий вид. В этот момент раздался свисток, и миссис Уизли подтолкнула нас к дверям вагона.

— Спасибо за то, что позволили нам погостить у вас, миссис Уизли, — сказала Гермиона, когда мы уже зашли внутрь, закрыли дверь и говорили, свесившись из окна.

— Да, спасибо вам за всё, миссис Уизли, — закивал Гарри. Да, кстати, как и в оригинале Гарри часть лета гостил у рыжиков. Сириусу нужно было подготовить какой-то сюрприз… Правда что за сюрприз мы всё ещё не в курсе, он либо не рассчитал сроки, либо вскроется этот сюрприз уже в Хогвартсе.

— О, я была только рада, мои дорогие, — ответила миссис Уизли. — Я бы пригласила вас и на Рождество... Но, думаю, вы все захотите остаться в Хогвартсе... По мно­гим причинам.

— Ма! — раздраженно воскликнул Рон. — Что такое вы втроём… - глянув на моего отца, он решил поправить себя.
– Вчетвером знаете, чего мы не знаем?
– на самом деле впятером, если считать ещё и меня.

— Полагаю, всё выяснится уже сегодня вечером, — улыбнулась миссис Уизли. — Это так интересно... И я рада, что они изменили правила...