Чтение онлайн

– Маленькая дрянь, если ты это слушаешь, я найду тебя. Я хочу получить своё. – Раздавшийся всхлип тотчас прервался. – Он порезал мне лицо. Он раскроил мне лицо из-за того, что ты сделала. Я собираюсь поступить так же с тобой.

– Это Тимоти, - выдавила Бейли.

– Я уже понял, - отозвался Кейд.

– Он не в себе, Кейд. Той ночью я в этом убедилась. Что-то в нём изменилось.

Кейд в этом и не сомневался, только не после того, что увидел в офисе Томаса Сальвини.

– Тебе нужно что-нибудь взять отсюда? – Когда Бейли невидящим взглядом оглядела всё вокруг, он взял её за руку. – Ладно, об этом мы позаботимся потом. Пошли.

– Куда?

– В тихое местечко, где ты сможешь присесть и рассказать мне всё остальное. А затем мы позвоним в полицию.

Тенистый парк утопал в зелени. Каким-то образом им удалось найти под разлапистыми деревьями маленькую скамейку, на которую, казалось, не подействовала угнетающая июльская жара.

Дождя не было уже давно, и влага висела в воздухе, словно облако из ос.

– Тебе нужно взять себя в руки, когда мы отправимся к копам, - заявил Кейд. – Твой разум должен быть ясным.

– Да, ты прав. И мне нужно всё тебе объяснить.

– Пока что я вполне успешно сам складываю кусочки этой головоломки. Да, так я и делаю.

– Ага.
– Бейли посмотрела вниз, на свои руки, и почувствовала собственную никчёмность. – Так ты и делаешь.

– В десять лет ты потеряла отца. Твоя мать старалась изо всех сил, но у неё не было предпринимательской жилки. Она тяжело трудилась, хлопоча по дому, воспитывая в одиночку дочь и управляя антикварной фирмой. Затем встретила мужчину, намного старше, успешного, знающего, платёжеспособного и привлекательного, который захотел её и был готов принять её дочь в свою семью.

Бейли умудрилась выдохнуть.

– Полагаю, в итоге всё так и есть.

– Ребёнок нуждается в семье, поэтому ты приняла отчима и сводных братьев в этом качестве. Это тоже так, не правда ли?

– Да. Я скучала по отцу. Чарльз не заменил его, но восполнил потребность в нём. Он был добр ко мне, Кейд.

– А братишки несколько расстроились, когда в их семье появилась маленькая сестричка. Прелестная, умная, обходительная маленькая сестричка.

Бейли открыла рот, чтобы запротестовать, но снова закрыла его. Пора уже было признать то, что она пыталась не замечать годами.

– Полагаю, да. Я старалась не мешать им. Мне не хотелось причинять им беспокойство. Братья учились в колледже, когда наши родители поженились, а когда вернулись и стали снова жить дома, уехала я. Не скажу, что мы были близки, но мне казалось… Я всегда чувствовала, что мы были смешанной семьёй. Они никогда не дразнили и не оскорбляли меня, никогда не заставляли меня чувствовать себя нежеланной.

– Но и желанной тоже?

Бейли покачала головой:

– Между нами не было никаких разногласий, пока не умерла мама. Когда Чарльз замкнулся в себе, так сильно отдалившись от реальной жизни, братья занялись делами фирмы. Это казалось совершенно логичным. Дело принадлежало им. Я чувствовала, что для меня всегда найдётся место в компании, но никогда не думала, что у меня будет какая-то доля. Вот это была сцена, когда Чарльз заявил, что я получу двадцать процентов! Он назначил каждому сыну сорок процентов, но, казалось, они были не в восторге.

– Они тебя донимали?

– Немного. – Бейли вздохнула. – Близнецы были в ярости, - признала она. – Они разозлились на отца, на меня. Однако Томас довольно быстро остыл. Его больше интересовали вопросы продаж и бухгалтерского учёта, чем творческая работа, и он знал, что в этой сфере я эксперт. Мы довольно неплохо ладили. Тимоти был меньше доволен таким разделением, но уверял, что я устану от рутины, найду себе богатого мужа и всё равно оставлю все дела им.

Бейли до сих пор было больно вспоминать, как Тимоти насмехался над ней.

– Деньги, которые оставил мне Чарльз, лежат в трастовом фонде. Я кое-что получаю оттуда, и так будет до тех пор, пока мне не исполнится тридцать. Выплаты небольшие, но их более чем достаточно. Даже больше, чем мне необходимо. Чарльз оплатил мне мою учебу, дал дом и работу, которую я люблю. А когда он отправил меня в колледж, то подарил мне встречу с Эм Джей и Грейс. Именно там мы и встретились. В первый семестр мы жили в одном студенческом общежитии, а к началу второго поселились в одной комнате. Мы словно знали друг друга всю жизнь. Они – лучшие подруги, которые у меня когда-либо были. О боже, что же я наделала?

– Расскажи мне о них.

Бейли попыталась успокоиться и продолжить рассказ:

– Эм Джей непоседа. Она меняла свою специализацию так часто, как некоторые женщины меняют причёски. Эм Джей посещала всевозможные непонятные курсы. Она проваливалась на экзаменах или сдавала их успешно, в зависимости от настроения. В хорошей форме, спортсменка, нетерпелива, щедра, забавна, практична. Ради шутки она пошла работать в бар на последнем курсе в колледже, уверяя, что настолько там освоилась, что собирается когда-нибудь открыть собственное дело. И она купила себе бар два года назад. «У Эм Джей». Это паб на Джорджия-авеню, недалеко от границы района.

– Я как-то это пропустил.

– Её паб – это нечто вроде бара по соседству. Завсегдатаи, ирландская музыка по выходным. Если дело доходит до драки, то Эм Джей в большинстве случаев справляется сама. Если ей не удаётся запугать или перекричать кого-либо, она может вышвырнуть их из бара так, что они перелетят через весь квартал. У неё чёрный пояс по каратэ.

– Напомни мне, чтобы я ей не перечил.

– Ты ей понравишься. Эм Джей может позаботиться о себе, именно это я продолжаю внушать сама себе. Никто не может позаботиться о себе лучше, чем Эм Джей О'Лири.

– А Грейс?

– Она красавица, ты сам видел набросок с её портретом. Вот что в ней видит большинство людей – и ничего другого. Когда ей хочется, она пользуется этим — презирает, но пользуется своей красотой.

Наблюдая за тем, как голуби расхаживают с важным видом мимо них, размахивая крыльями, Бейли вернулась к воспоминаниям.

– Она рано осталась без родителей, раньше, чем я, и росла у тётки в Вирджинии. От неё ожидали хорошего поведения, определённых поступков, определённых способностей. Вирджиния Фонтейн.

– Фонтейн? Сеть универмагов?

– Да, деньги, много-много денег, передающихся по наследству. По меньшей мере достаточных для того, чтобы купаться в роскоши лет сто или около того. Поскольку Грейс красива, богата и из хорошей семьи, от неё ожидали надлежащего образования, связей с правильными людьми и удачного замужества. У Грейс были свои планы.

– А это не она позировала для?.. – Кейд оборвал вопрос, прочищая горло.

Бейли просто подняла бровь.

– Для разворота журнала? Да, это было ещё в колледже. «Мисс Апрель Лиги Плюща». Грейс сделала это, не моргнув глазом, собираясь устроить скандал в своей семье и, как она это объяснила, поэксплуатировать эксплуататоров. Грейс получила свои деньги, когда ей исполнился двадцать один год, так что ей было наплевать, что подумает её правильная семейка.