Сквозь этажи
Шрифт:
ХЕРБЕРТ (смотрит по сторонам, жует бутерброд, спокойно). Спросить спроси, но он имеет право не отвечать, и тогда больше спрашивать не стоит.
ВОРР. С удовольствием поболтаю… Ведь я сюда пришел для разнообразия… Выходит, у вас с этим гражданином (Показывает на Маякаса.) и дачи рядом, и квартиры в одном доме?
ИВО (подавшись к Ворру, удивленно). Откуда вы знаете?
ВОРР (с легкой ухмылочкой). Теперь у меня все ваши адреса в кармане… Через пару лет ждите в гости.
МАЯКАС (обескураженно, себе под нос). Ах, ты, черт побери, да они ведь все при воре говорят!
ВОРР (слегка надменно). Моя фамилия Ворр — с двумя «р» на конце… И я здесь не за кражу, а за побег.
ИВО. Гостям всегда рад… К тому же через несколько лет я, очевидно, буду жить отдельно от родителей.
КАРЛ (нарочито четко). Ты, Иво, живи, где хочешь, а с этим парнем и я охотно поговорю. Заходи-заходи… И на работу устрою, если потребуется.
ВОРР (несколько мечтательно). В Таллине мне работать неохота. На Сааремаа тянет, на остров.
УЛЬВИ (ожесточенно). Неужели ты не мог подождать еще полгода?! (Смотрит на Ворра влажными глазами.)
ВОРР. Мой отец… мачеха подбила его отказаться от меня… мама… она умерла от рака 15 лет назад… Отец родился и жил в Раннакюла, я… у меня было детство… с отцом и матерью… Иногда вечером вспомнишь — слезы из глаз… А в лагере… ну, там закон джунглей: кто не с нами, тот… всякая шваль об тебя ноги вытирать станет, если расклеишься… (Более мужественно.) Да и общество там не на уровне. Пока работаешь — еще ничего, а вообще — шушера всякая.
МАЯКАС (демонстративно отсаживается на несколько рядов, брюзжит). Подлец! Еще на жалость бьет!
УЛЬВИ (вдруг громко плачет, сквозь всхлипы). Говори дальше!
ВОРР. Ульви, ты прости, что… (Вздыхает, продолжает с притворной легкостью.) Вообще-то досуг у нас проводится организованно. Соревнования всякие. По прыжкам в длину. Или по шашкам. Викторины по истории родины… Но тамошнее общество на все это свысока смотрит, да и то сказать — глуповато соревнования эти выглядят. А вот что эти кореши и в самом деле уважают — затяжные прыжки. Кто, значит, на сколько из лагеря улетит… Вот я и поспорил, что побью рекорд лагеря. Что меня будут искать дольше всех. Хотел доказать этим уркам, что я им сто очков вперед дам… Рекорд, между прочим, поставил… Я не знаю, наверное, слишком опостылело все, чтоб раздумывать — а как потом. До того дошло, что все казалось — смоюсь недели на две — а потом столько же лишку и отсижу. Хотя ребенку известно, что по 176-й дают до двух лет. Это, конечно, если без всяких взломов.
КАРЛ (сочувственно). Крепко, черт побери, крепко отваливают!
ВОРР. Мы на лесоповале работали, я им ни гу-гу, когда там или как. Валим деревья, а я, значит, — в сторонку, в сторонку, и прямиком через лес, пока не вынырнул аж возле Вяэна. Ну, спать-то надо. Прошелся по дачам, высмотрел такую, где давно не бывали. Влез, отыскал спальный мешок, а по ночам в лесу сидел, чтобы обзор пошире… Еду в киосках брал, но не бог весть сколько. На рубль консервов да хлеба с булкой. Ел по очереди — то в одной даче, то в другой. Посуду я использовал, но все мыл потом… Дельное средство придумали — «Нобе» называется — до блеска отдраивает!
КАРЛ (восхищенно). И на замке ни единой царапины. Ты что — новый вставил?
ВОРР (с усмешкой). Как же вы его старым-то ключом открыли?
КАРЛ. И верно!
ВОРР. Ключи-то найдутся. Чему-нибудь и там (Указывает головой.) научат… Я, когда уходил, полы подметал как следует, чтоб комар носа не подточил.
КАРЛ. А как все раскрылось? Нам же сообщили.
ВОРР. Да ведь я сам нарисовал свой маршрут. Раз уж поймали — чего таить?
МАЯКАС (громко, категорично). У меня пропала гостевая книга. В кожаном переплете. Восемь восемьдесят.
Ворр морщит брови, молчит, Ульви всхлипывает.
МАЯКАС. Я понимаю, если бы еще гость в кавычках занес в книгу свое имя — пускай. Но стащить такую дорогую вещь — да я бы за одно это добавил год тюрьмы по меньшей мере!
ВОРР (поднимает голову, его осенило). Послушайте, Парун!
КАРЛ. Да?
ВОРР. У вас в той стенке, что между кухней и уборной, есть простеночек, там еще бутылка «Дихлофоса» стояла…
МАЯКАС (иронически). «Дихлофос» товарищ от великой жажды, конечно, выкушал?
ВОРР (радостно). Я, когда уходил, в спешке дал маху — сунул эту гостевую книгу туда под потолок! Дома перепутал, вот что! Только сейчас вспомнил. (Победоносно смотрит на Херберта.) Там ее наверняка ни один гость не найдет.
КАРЛ. Вполне возможно, мне вроде ни к чему было туда заглядывать.
МАЯКАС (угрожающе). Ясно, ясно. Будь у него времечка побольше — все мое добро перекочевало бы к Парунам!
ИВО (возмущенно). Как можно подозревать честно… (Замолкает.)
ХЕРБЕРТ. Граждане, я вынужден…
МАЯКАС. Ничего, ничего, процесс продолжается. Справедливость восторжествует!
ИВО. Постойте, значит, в итоге абсолютно ничего не пропало? Ведь все, что при вас нашли, это ваши вещи?
ВОРР. Ну, пропало-то дай боже… Вы же слышали показания Сангпалуского сельпо? Что из киоска похищено на 231 рубль 50 копеек? Хотя лично я взял там только сыр да булку… Грибы и ягоды оскомину набили.
ИВО. Даже судья сказал, что признание подсудимого как будто не вызывает сомнений, но официально он должен учитывать протокол собрания правления кооператива.
КАРЛ (мечтательно). Знать бы наперед, сколько они на тебя свалят — взял бы хоть пару вина! Вместо рубля отвечать за 231 — бредятина.
ВОРР. Я вино не пью. И водку тоже. Иногда, правда, хочется, но сразу тошнит. (Пауза.)
УЛЬВИ (она взяла себя в руки, спокойно). Ты писал мне только затем, чтобы… в Таллине было к кому приехать?
ВОРР. Нет, Ульви. Поначалу я и правда писал шутки ради, как другие выбирают себе друзей по адресам в журнале… Но твое письмо задело меня за живое. Потому и писал так часто. Только получу письмо — сразу катаю ответ… Я бы и чаще писал, но посылать через бабушку — это лишнее время. А писать прямо смысла не было: кто же это будет зэку отвечать. Были такие — посылали письма со своим обратным адресом, ну, и что? — ни ответа, ни привета.
КАРЛ (мечтательно). Видел бы ты, что мы с женой на стол выставили! И сливки, и помидоры, и рыбу, даже жаркое в духовке стояло. (Смотрит на Маякаса.) Нет, я не хочу сказать, что вас там плохо кормят.