Чтение онлайн

Азариэль раз за разом прокручивал план обороны, который был утверждён в последние секунды перед началом развёртывания обороны. Но парень знал, что когда начнётся бой, все планы наверняка рухнут, и поэтому все, негласно конечно, решили перейти к гибкой обороне, без оглядки друг на друга.

Восточный остров было решено оставить и ничего там не организовывать. И он становился первой потерей в финальном аккорде многогодичной и ожесточённой партии за весь мир. Именно на этом острове будет развёрнут плацдарм для натиска на оставшуюся островную гряду.

Южная часть центрального острова была укреплена изначально, и там расположилось большое количество противокорабельной артиллерии, которую было очень трудно куда–либо перетащить. Именно на юге, шестнадцать Пустотных Кардиналов, оказавшихся по совместительству и искусными чародеями, сотворили заклятие барьеров, накрывших весь остров и не дающих разорвать реальность и тем самым позволить выйти из Обливиона войскам противника.

Горный хребет центрального острова был усеян лучниками, простреливающих практически весь остров, а посему не один враг не уйдёт от их карающей стрелы.

Западный остров был отдалён от всех боёв и представлял последний рубеж обороны. Его высокие, скалистые обрывы, ставшие берегами, надёжно защитили расположенную там крепость от вмешательства. Единственный способ туда поспасть – пройти через узкий мост...

Но сейчас, ни порт, ни восточный остров не были целью Азариэля. Он с отрядом в пятнадцать берсеркером бежал к той части центрального острова, что оказалась абсолютно без защиты и передавалась на удержание им.

От форта и до моста, ведущего на северную часть острова, отрезанную рекой, которая рассекла этот кусок суши, расположилась вся северо-восточная часть острова. Если северная часть острова была прикрыта старыми бастионами, то северо-восточный скалистый изрезанный берег был абсолютно наг. Но по нему проходила дорога, ведущая из южной части острова в северную, а поэтому этот бег нужно было удержать любой ценою.

Азариэль занял позицию на берегу и приказал окружавшим его воинам рассредоточиться. Высокие воители, облачённые в грубые, но мощные стальные доспехи, с воротниками, укрытыми мехом, и шлемами с бычьими рогами на головах, беспрекословно подчинились и растянулись в единую цепь. Каждый из них нёс либо огромный зазубренный клинок, либо большой зазубренный топор. Оружие этих берсеркеров предназначено только для одной цели – получше выпотрошить своего врага.

Бывший рыцарь посмотрел наверх и увидел еле заметное сияние барьера, накрывшего остров. Парень тут же достал трубку и посмотрел в морскую даль.

На водной глади, озарившейся потусторонними цветами, рвалось само пространство. Не менее двух десятков кораблей с северо-восточной выплывали из огромных сфер – разрывов реальности. Под каждым кораблём расплывалось темно-фиолетовое пятно – остаток вод Обливиона, попавших в этот мир. Каждый корабль был размером с сиродильский трёхмачтовый двухпалубный хольк и даже своими очертаниями напоминали таковые. Но каждый корабль, вверху каждого борта, был обит кусками металла, острыми шипами направленными вверх. Чёрные паруса кораблей наполняли холодные ветра, гнавшие суда вперёд. А на борту корабля была своя адская команда. Каждый борт судна был набит отрядами дремор.

Азариэль вгляделся ещё тщательней и не увидел никого кроме этих могучих воителей. И тут парень понял, что он был прав и Люций решил сокрушить их кулаком тяжёлой пехоты, молотом своего войска, ибо ему нужна быстрая и эффектная победа… которую он не получит.

Герольд пустоты перенёс подзорную трубу на восточный островок, который уже попал под власть даэдрических сил. Там, прямо из разрывов реальности, выходили стройные отряды дремор, занимавшие весь остров. И через несколько минут восточный остров пыл подчинён чёрной воле новых хозяев. На нём, дреморы–керл, подгоняемые своими хозяевами, скоротечно начали возводить небольшие полевые укрепления. Где-то появились стены из деревянных досок, где-то башни, а где-то и баррикады с осадными орудиями. И через пять минут весь остров был оборудован полевыми укреплениями, превратившись в один большой лагерь, где на небольшом скалистом возвышении, под стягами даэдрической коалиции – гравированное, в виде простого символа, око, стояли пятеро дремор-валкиназ, сошедших с корабля Люция. Именно эти дреморы взяли на себя командование наступлением.

Азариэль перенёс взор трубы дальше, за восточный остров, чтобы увидеть корабль архипредателя.

Огромный, трёхпалубный корабль галеон, по частям исторгавшийся из иного мира, словно огромный исполин посреди насекомых, в виде остальных кораблей, занял своё место. Его борта были выкрашены в чёрный цвет и разрисованы красными даэдрическими символами. Каждый борт был обит листами металла, и выстрелы хоть десятка баллист ему были как горох в бок мамонта. Черная парусина была свёрнута и все три мачты попросту оголились, что не сделало корабль менее внушительным. Нос корабля, был украшен фигурой дреморы, что держала меч в руках, направленный вперёд. Так же этот корабль имел огромный массивный таран под бортом, способный за раз раскрошить любой корабль. И на борту этого адского судна роились сотни дремор, обслуживающих и поддерживающих жизнеспособность этого судна. А на самом верху, гордо и устрашающе, ужаснее любого пиратского развивался флаг коалиции Даэдра, предназначенный для того, чтобы внушить страх в сердца защитников.

Парень отвернул трубу и обратил свой взор на южную часть, пристально наблюдая за обороной поселения. Порт был максимально укреплён. Баррикады и баллисты делали невозможным его штурм, а кровожадные и свирепые берсеркеры в своём безумии готовы рвать врага на части голыми руками.

Парень посмотрел пристальнее и увидел, что воины свои позиции уже занимают, хотя с их стороны наступления не шло. Баллисты были обращены к морю в ожидании появления новых кораблей противника. Внезапно, у часовни Ситиса разыгралось яркое свечение, озарившее и залившее светом весь центр поселения. Несколько берсеркеров, вознеся свои мечи, ринулись туда, приготовившись хладной сталью встретить врага. Свечение длилось несколько секунд, после появилось два кристаллических столба друг с другом. Азариэль уже подумал, что барьеры не сработали и враг прорвался, но он ошибся. Из свечения стали выходить высокие воины, облачённые в кристаллические сильно искажённые доспехи. Кристаллические сапоги, перчатки, нагрудники, шлема: всё было словно из кристаллов.

– Вот и порядок с нами. – Про себя произнёс герольд.

Рыцари порядка, слуги Джиггалага стройными рядами выходили из столбов, занимая позиции по собственному, никому не ведомому усмотрению. Берсеркеры их не атаковали, ибо знали, кому эти служат рыцари из кристаллов. Воины Ситиса их попытались поприветствовать, но те ответили лишь безмолвием и безразличиям, следуя лишь тому, что прикажет их единственный владыка.

Медленно, но верно они расползлись по всему поселению, занимая позиции от порта до форта, словно предчувствуя, где будет самый сильный удар. Даже отряд из десятка рыцарей порядка направился в сторону Азариэля и его берсеркеров. Теперь их шансы на победу немного возросли.

Внезапно, на море у порта появилось золотое свечение – ещё один разрыв реальности, из которого, на полном ходу, вырвались золотые однопалубные галеры. Сияние порталов и самих кораблей игриво озарило лазурью морскую поверхность. Борта этих кораблей были позолочены, а золотая парусина воссияла неестественным светом.

Бывший рыцарь направил подзорную трубу на эти судна и увидел гордо, с идеальной осанкой воинов. Каждый, выпрямив спину, удерживая в руках щиты и мечи, были облачён в прилегающие доспехи. Поножи, кирасы, перчатки, сапоги: всё это и ещё несколько элементов брони были словно отлиты из золота.

– Аврорианцы. – Также про себя сказал парень.

Азариэль поднял трубу выше и увидел, под каким флагом идут эти корабли. И повод радоваться исчез окончательно. Всё, то же злосчастное око, нарисованное в рунном стиле, трепеталось на холодном ветру. Флот Меридии готовился к штурму порта.

И тут баллисты стали плеваться стрелами в сторону золотых галер. У стрелков, стоящих за ними, не было сомнений, что за золотом кроется сущность зла. Длинные стрелы прошивали золотые борта или вязли в них. Через минуту обстрела одну из галер удалось отправить на дно холодного моря, но флот Меридии состоял не менее чем из тридцати галер и трёх огромных, с косыми парусами, галеасов, на которых расположилось командование. И вся эскадра, синхронно гребя вёслами, на всех скоростях устремилась в порт. И баллисты, даже если начнут стрелять в два раза быстрее не смогут потопить и половину галер, не говоря о монументальных галеасах.