Чтение онлайн

И служители порядка согласились в грядущей битве встать в один ряд вместе со слугами хаоса и дать бой общему злу, что собирается ввергнуть мир во мрак. Они дали своё согласие придти на совет, который будет в конце недели.

Азариэль оторвался от воспоминаний об острове. Он посмотрел на руку, где была чёрная метка, и взглянул на порт, прокручивая воспоминания о собственной жизни. И усмехнувшись, понял, что место для битвы всё это, все последние года, время было его собственное сердце и покорёженный разум, а сегодня наступит его финальный аккорд и всё решиться раз и навсегда.

Глава тридцать седьмая. Чёрное и белое

Спустя десять минут.

Азариэль вошёл на самый верх монументального форта, где и должен был состояться совет, на котором решаться все вопросы по обороне и её построения.

Последний, самый высокий, ярус предполагал небольшое помещение, представленное лишь полом и потолком, которые держало несколько серых мрачных колонн.

Это нельзя было назвать даже ярусом, уровнем, ибо скорее это была крыша, где решили провести совет.

Посреди, на холодном каменном полу, яруса стоял большой квадратный стол, на котором лежала бумажная, местами выцветшая и потрёпанная карта островов. Сквозь серые колонны открывался прекрасный и ни с чем несравнимый вид. Серые облака стали постепенно наливаться теменью, а ветер усилился настолько, что промораживал всех тех, кто поднялся на эту ярусную высоту, и чуть не уносило карту, чьи края прикреплены камушками, со стола.

Азариэль оглянул всех собравшихся. Тут он увидел представителей всех сторон, живших на острове. Пустотный Архикардинал, управляющей всей жизнью на центральном острове, стоял промеж колонн и пристально вглядывался в морские пучины. Воитель пустоты – главнокомандующий войсками Ситиса стоял возле карты и изучал её, прикидывая расположение воинов укрепление позиций. Рядом со столом, но не у карты, а скорее словно сторонясь её, стоял Патриарх Порядка, взявший на себя роль командира всеми теми, кто служит Джиггалагу.

Предводитель порядка и иерарх пустоты за столь долгое время видели друг друга впервые и не знали о себе ничего, что и настораживало Азариэля, ибо между ними, если пробежит искра, то она наверняка разожжёт огонь споров и конфликтов, которые могут подорвать всё оборону уже в битве.

– Слава пустоте, вот и ты. – Холодным как бездна и лишённым эмоций грубым голосом сказал Пустотный Архикардинал, облачённый в свою боевую броню.

Азариэль метнул взгляд в сторону главы поселения и пробежался глазами по его одежде, находя её очень изысканной, но странной. Грудь и торс укрывала большая толстая кожаная пластина, выкрашенная в чёрный цвет бездны. В кожу были вшиты эбонитовые доспешные пластинки, усиливающие ударостойкость. Кожаная пластина ложилась на чёрную рясу, доходившую до пола, и лишь слегка касалось его, сделанная из маленьких металлических колечек, став, по сути, кольчугой. Его плечи покрывали большие стальные чёрные наплечники, а лицо украла маска, сделанная в форме черепа. Но вся эта броня внушала странный неестественный страх из–за красных тканевых вплетений и выгравированной на наплечниках странных рун, смотря на которые начинаешь чувствовать потусторонний ужас.

– Аун’Биэль. – Начал глава войск острова, поклоняющийся Ситису. – Он избран Отцом Ужаса, отнесись с должным уважением к тому, на кого пала длань нашего владыки. – С благоговением закончил командир.

– Ох, постараюсь. – Исказив голо в недовольстве, кинул Аун’Биэль.

– Давайте перейдём к плану. – С требовательностью сказал высокий айлейд, один из последних представителей собственного рода.

Смотря на Архикардинала, на его манеры и формы поведения, бывший рыцарь вспомнил, как его встретил этот высокий нордлинг и вновь ушёл в мир собственных воспоминаний, который накрывал его слишком часто в последние дни.

Тогда Азариэль подплыл к порту, в котором собралось множество людей, по зову своего господина, готовых встретить того, кто поведёт их на битву. Но среди них выделялся один. Высокий, неподвижный, статичный и даже зловещий. Его взгляд был пристально прикован к той лодке, которая стремительно приближалась к порту.

И когда бывший рыцарь сошёл на берег, то первый, кто его встретил, это был Архикардинал, словно безмолвно салютуя ему своей статичностью. Азариэль видел его в такой же одежде, что и сейчас. Он говорил тем же, холодным и практически безжизненным, лишённым всякой эмоции, кроме потаённой злобы.

Аун’Биэль рассказал парню о том, что их предупредили о том, что «Придёт странник с юга, наречённый моей дланью и призванный мною для того, чтобы сразиться за могущество пустоты и её влияние в этом мире».

Архикардинал рассказывал о жизни на острове, как они тут выживали, неустанно вели свой быт, множество поколений и жертвовали тех недостойных, кто отказывался приклонить колени перед Отцом Ужаса и с ликованием принимали в свои ряды того, кто отринул клятвы прошлой жизни, принимая пустоту в свою душу.

Аун’Биэль, прежде чем заселить Азариэля в крепость, поведал парню обо всём острове и его устройстве. Раскрыл суть их жизни: как они утром приклоняют в храме колени на своих пустотных мессах, а весь остальной день трудятся во славу своего небольшого поселения. Кто–то выращивал овощи, кто–нибудь отправлялся в море на небольших кораблях за большим рыбным уловом, а были и те, кто старался обеспечить рыбой поселение и с небольшого островка на востоке. Ну а были и воители, получившие благословение войны от Отца Ужаса и наречённые Берсеркерами Пустоты. И парень видел этих страшных воителей на тренировках и что они вытворяли с соломенными и деревянными манекенами голыми руками. Их силы равнялись возможностям двадцати солдат легиона, а по своей ловкости и скорости они превосходили в несколько раз любого из катжитов, Цаэски, или даже Ка По’Тун. А возглавлял их предводитель, великий вождь или Гроссмейстер Рыцарей Пустоты – глава круга самых умелых бойцов. Но Азариэль не видел этого человека в деле и на тренеровках, но по слухам, которые он услышал от воинов, их прославленный командир смог голыми руками убить Ледяного Гиганта, который обитал на северо-западе островной гряды.

Но пока Аун’Биэль рассказывал Азариэлю про устройство их жизни, парню показалось, что рассказчик к нему пренебрежительно относиться, проявлявшееся в снисходительном тоне ответов на вопросы, которые задавал парень. Но потом сам Азариэль понял, что это мера поведения, выработанная Архикардиналом за долгие года его службы Хаосу и управления жречеством.

Именно рассказ о жречестве, главных служителях культа Ситиса, бывшему рыцарю показался наиболее интересным. Аун’Биэль поведал, что шестнадцать человек было избрано лично Ситисом, через него, чтобы они несли свет его тёмных наставлений. И шестнадцать человек приняли клятву о вечном и беззаветном служении своему новому господину, отринув любую страсть или влечение к чему–либо в прошлом. Теперь они дети Отца Ужаса и служат только ему.

Шестнадцать Пустотных Кардиналов – так их нарекли. Они были в мирской жизни теми, кто управлял жизнью поселения, распределяя ресурсы в нём и раздавая поручения, упорядочивая жизненные процессы. Но когда наступало время служения, то шестнадцать человек облачались в свои монотонные чёрные рясы и начинали распевать хвалебные литании и мантры своему покровителю, чтобы он ниспустил на них свою милость.

Но Азариэль не успел додумать в своих воспоминаниях образ Пустотных Кардиналов, ибо прозвучало воззвание к нему:

– Парень, ты что задумался, мы тебя, сколько должны ждать? – Прозвучал мягкий айлейдский голос.

Бывший рыцарь вышел из мысленного ступора, порождённого глубокими воспоминаниями. Он ощутил, как по его коже бежит лёгкий ветерок, вызывая морозные покалывания на щеках, и понял, что не следует слишком глубоко уходить в собственные воспоминания.

Азариэль быстрым шагом подошёл к столу и оказался вмести с тремя командирами, готовившимися взять непростую оборону.

– Что ж, какова ситуация по моей части. – Так же хладно и бесстрастно, но с еле уловимой, практически неуловимой толикой рассудительности начал Аун’Биэль, потирая подбородок. – Наш владыка Ситис предупредил меня о надвигающейся угрозе ещё неделю назад, и мы готовились к ней. На севере и северо-востоке были возведены дополнительные укрепления. На горном хребту были устроены специальные места для стрелков. В порту и на стенах форта были поставлены дополнительные баллисты.