Чтение онлайн

Вдруг, откинув щит, прорычав боевой клич, и с яростью в глазах ринулся в нетерпении почувствовать битву дремора-кайтиф. Он прыжками, забрался по камням, перелез через возвышение и в прыжке атаковал. В паллете он вознёс булаву над головой и готовился её обрушить на Азариэля, вставшего в стойку. Но тут случилось нежданное…

Один из рыцарей порядка, пребывая в безмолвии и статичности, сорвался с собственного места и перехватил дремору в полёте. Одним ударом он опрокинул его в сторону на землю и ещё трепыхающегося прикончил. Сначала он его придавил массивной ногой, а затем пронзил кристаллическим мечом одним мощным хирургическим ударом в сердце. Лезвие меча погрузилось настолько глубоко, что попросту пронзило дремору и вонзилось в землю. Издав несколько стенаний, дремора обмяк и помер.

От такой неожиданной реакции в ступор впали даже берсеркеры, элементарно не ожидая такого стремительного нападения от мирно стоящего воина порядка. Для них, кто переполняет дух свой яростью, это оказалось слишком неожиданно.

Но вот, отбросив щит, и с разбегу перейдя в высокий прыжок, дремора–кайтиф решил прикончить рыцаря порядка, думая, что он не сможет отреагировать. Но внезапно воин резко выдернул окровавленный меч и ловким движением направил его в бок врага. Клинок коснулся дремору в полёте и с силой отбросил в сторону, на землю. Прокатившись в пыли, с разбитым окровавленным боком, дремора встал на одно колено и обратил свой взгляд в сторону Азариэля. Но его смотрения были недолгими. Берсеркер, выше него на две головы, поднял за рога дремору, что тот завыл, одной рукой, другой одним ударом в ключицу располовинил врага своим мечом.

Бой за северо-восточную часть центрального острова наконец–то начался, и берсеркеры высвободили свою злобу. Ревущей волной они устремились прямо в ряды наступающих и заползающих на скалистое возвышение дремор. Рыча и неистово оглушительно крича, с массивными устрашающими клинками и грозными топорами они врезались в ряды врагов, начав их безжалостно потрошить. Сила пустоты и хаоса, а также самые лучшие эликсиры и умения от бесконечных тренировок наполнили этих воителей просто–напросто страшной силой. Их доспехи были настолько крепкими, что оружие дремор, которое доверили младшим кастам, попросту скользило по ним, оставляя лишь царапины.

За несколько минут боя Берсеркеры Пустоты окружили себя облаком из крови и шмотья разорванной плоти. Их зловещие топоры рвали дремор на части, а мечи с лёгкостью рассекали плоть противника. Но и кулаки этих воинов пустоты были смертельным оружием. Азариэль видел, как один из берсеркеров просто пробил череп дреморы, словно это хрупкая ваза.

В бой вступили также и флегматичные рыцари порядка, облачённые в свои сверкающие кристаллические доспехи. В своём безмолвии и наполненностью силой порядка они оказались не менее опасными врагами. С хладным разумом и моментальным мыслительным процессом они, используя законы порядка, предсказывали, как поведёт себя враг. Их клинки быстро обагрились кровью дремор, что вступили в бой с теми бесстрастными существами, знавшими каждый их удар, обращая законы логики, портив наступающих.

И дреморы, которые не должны чувствовать страх априори, ужаснулись до глубины души от того, что с ними сделали берсеркеры и рыцари порядка. Их осталось просто ничтожное количество, явно не способное дальше противостоять силам обороны. Двадцать пять воинов, при поддержке лучников, пребывая в багровом тумане и хладном спокойствии, вырезали практически двести пятьдесят дремор–керл и сотню дремор–кайтиф, брошенных в первую волну.

Первая штурмовая волна, должна была занять весь северо–восточный берег, но она захлебнулась. Командиры жестоко просчитались, решив отправить, как им казалось, на незащищённый берег отряд, состоявший из двух низших каст. Никто из них даже предположить не мог, что берсеркеры, у которых в сознании сдвиг, в груди настоящий ад, при самых изнурительных и жесточайших тренировках, благословлённых Ситисом, не смогут удержать берег… Но командование сил Люция намеревалось исправить эту ошибку и взять реванш.

Оставшиеся четыре десятка дремор побежали обратно к брегу, желая спасти собственные жизни, в бегстве. Но это их не спасло. Командир лучников отдал бесстрастный приказ, и стальная волна накрыла дремор, поразив их в спину. Оставшиеся сорок воинов, так гнусно поражённых в спину стрелами, были скошены в одно мгновение и чуть ли не синхронно упали на влажную землю, ещё сильнее увлажнив собственной горячей кровью.

Азариэль стоял в полном спокойствии и статичности. Он рвался вступить в бой, но стал свидетелем того, как неудержимая ярость, дарованная Отцом Ужаса копившаяся годами, вырвалась наружу и обрушилась на противника, перетерев его в кровавую пыль. Бывший рыцарь и помыслить не мог, что на краю света есть воители живущие свирепостью, ей думающие и ей руководствующейся. Этим бойцам ровню составили только бы паладины из погибшего Ордена…

Альтмер решил оценить ситуацию. Он снова достал подзорную трубу и стал осматривать окрестности. Весь берег был усеян трупами дремор и залит их кровью. Из кучи трупов иногда кто-то поднимался, но его сразу убивала стрела или рвал руками берсеркер.

Парень направил трубу в море и увидел, как в море вновь воссияли разрывы реальности и из врат исторгаются всё новые корабли. Это были однопалубные деревянные судна, мало похожие на настоящие корабли. Безумно разноцветные паруса, крепившиеся на двух мачтах перекошенный правый борт, сумасбродно задранный вверх. А на борту десятки прекрасных воительниц, одетых в золотые и тёмные доспехи и имевшую либо золотистую кожу, либо цвета ночи.

– Вот и дедушка Шеогорат посылает свою свиту. – Промолвил Азариэль.

Парень отчётливо понимал, что чем больше урону они наносят воинству Люция, то тем больше карт – боевых отрядов он будет посылать на бойню. И это станет его ошибкой, ибо об стены крепостей он сломает свои зубы… Так задумывалось.

Внезапно Азариэль увидел, как на восточном островке появились огромные ворота Обливиона, ведущие в Мёртвые Земли Мерунеса Дагона. Сначала оттуда подалась огромная нога, похожая на паучью, а затем и вышло всю устройство. Несколько метров в длину и похожие на насекомое, в самом переде сконцентрировавшие огромное магическое орудие, забиравшееся на удобную позицию.

– Осадный краулер. – Тихо сказал Азариэль и через трубу обратил внимание, как тяжёлый сапог дреморы-кинвал ступила на песок, где лежали его мёртвые собратья, а наверху разверзлись небеса, образовав огромный портал, откуда ринулись стайки Крылатых Сумраков – посланцев Азуры и вместе с ними крылатых бесов.

– Вот теперь будет сложнее. – Сказал Азариэль и убрал трубу, приготовившись к адскому натиску.

Глава тридцать девятая. Гамбит

Спустя пять часов.

Азариэль ушёл из-под удара мастерским кувырком влево, и небольшой слой грязи, перемешанной с противным липким снегом, покрыл его доспех, а широкий даэдрический меч впустую рассёк воздух, и прошёлся над головой парня.

Где-то на горном хребту прогремел взрыв, снёсший куски породы, но Герольд Пустоты был полностью поглощён битвой и не слышал этого. Он вышел из кувырка, оказавшись позади дреморы, и нанёс колющий удар в шею, самый верх позвоночника, но почувствовав угрозу, противник ментально развернулся, отбив удар.

С каждой стороны внимательно следили за боем каждая из сторон. Десятки дремор с одной, а с другой берсеркеры, стоящие на мосту ведущий в форт, удерживающие надвратное помещение. И никто не смел вмешаться в бой своих командиров.

Парень отпрыгнул и ушёл от удара, который должен был его располовинить и тут же нанёс свой рубящий удар в шею. Но дремора моментально поднял тяжёлый меч и клинком об клинок, выпустив сноп искр, встретил меч неприятеля.

Тут с неба на Азариэля ринулся один из последних Крылатый Сумрак. Издававшая истошные звуки женщина–птица с серым цветом кожи, словно ястреб пикетировала на парня, желая в него вцепиться собственными когтями и хоть как-то отомстить обороняющимся за смерть своих сестёр.