Чтение онлайн

И эти два листа, из-за которых и затеялся спор, вылетели из кармашка брони и понеслись по ветру, ничем не останавливаемые. Рихард, лишённый жизни обмяк и пал на землю, распластав конечности, а два листа угодили в жаровню, полностью там и сгорев.

И кровавая развязка всей великой охоты оказалась более чем печальна…

Часть шестая. Живые призраки прошлого Глава тридцать первая. Старая болезнь и новая чума

Спустя месяц. В деревне под Норт Поинтом.

Стояла прекрасная солнечная погода, что редко воцаряется в этих северных и весьма морозных местах. Прекрасный небосвод не укутывало ничего, и он сиял своей великолепной утреннею лазурью. Лёгкий ветерок всё же шалил, завывая и игриво щекоча кожный покров.

Деревня располагалась прямо посреди большого и прекрасного леса, что раскинулся на самом далёком севере великого Хай Рока. И к ней вела одна единственная дорога, которая некогда отпочковалась от длинного пути между Вейрестом и Норт Поинтом.

Неизвестный странник прошёл по этой дороге и практически подошёл к небольшой деревушке, ведущей свою мирную и ничем не обременённую жизнь. Он прошёл сквозь сдавливающие пространство лесные стенки и вышел прямо к большой полянке, в которой и расположилась тихая спокойная деревня северного Хай Рока.

Несколько домов, чей фасад абсолютно соответствовал стандартному бретонскому стилю – фахверку. Дома были одноэтажные и располагались неким полукругом, образуя своеобразную площадь. Да, пять домов, своим полукругом образовывали главную торговую и политическую площадь всей деревни. И у каждого дома был свой, достаточно обширный участок, который уходил наружу из полукруга.

Несколько других построек, окончательно замкнувших круг, были выполнены несколько в ином стиле. Слева от главного здания стояло здание намного крупнее остальных и походило на двухэтажную обычную северную нордскую таверну, сделанную в центральноскайримском стиле. Справа же стояла одноэтажная постройка очень схожая на, те здания, которые строят обычно рифтенские зодчие. Такая же бревенчатая постройка, от которой приятно веяло ароматами жжёной стали, плотницких материалов и самыми разными запахами кузнечных растворов.

И посредине стояло стандартное имперское сооружение. Оно представляло собой вечный союз серого камня и бетона, который был присущ для всех имперских административных зданий, в которых происходит сосредоточение местной власти и откуда происходит управление поселением. Двухэтажное, с небольшими узкими окнами оно чем-то отдалённо напоминало союз архитектуры Хаафингарского стиля при существенном влиянии коловианской культуры.

Сразу было понятно, что в этом здании расположилась резиденция органа управления небольшой деревенькой, затаившейся в глуши. Но что это за орган, с первого раза было не понятно.

Но помимо этих строений, образующих круг, было ещё множество хаотично расставленных бревенчатых и досочных хижин, которых было не меньше десяти. Они не стояли в определённом порядке, а были разбросаны по всей территории расчищенной от леса местности. И возле каждой такой хижины располагался не такой обширный, но и не маленький приусадебный участок.

Неизвестный странник прошёл в деревню и направился в первое место, где концентрируется вся информация о месте, так сказать главный информационный оплот деревни – таверну.

На страннике была длинная чёрная тканевая накидка с капюшоном, практически касающаяся пыльной, но подмороженной земли. Капюшон опускался практически до носа, и слегка наклонив голову, странник укутывал свой лик в кромешную тень. Под накидкой скрывался штопанный кожаный камзол. В несколько раз, самой крепкой ниткой его зашили там, где месяц назад его рассекло лезвие топора. На ногах были обычные кожаные штаны, уходившие под чёрные сапоги из кожи. Его левую ладонь покрывала плотная потёртая кожаная перчатка. Сзади, перекинувшись через спину, мирно покачивался длинный клинок, убранный в чёрные ножны.

Странник прошёл несколько метров по пыльной дороге, осматривая деревенские окрестности. Весь урожай практически был убран, ибо осень, взявшая свой права, особенно в этих северных местах, была очень холодной.

Чужак, пройдя по пыльной дороге, пройдя через своеобразный круг из самых приметных зданий, вошёл на главную площадь. На этом небольшом пяточке расположились немногочисленные торговые лавки, которых было от силы три. Там, в основном, продавали мелкую домашнюю утварь, домотканые вещи и кузнечные изделия. Но на третий лавке расположились различные книги, цветастые одежды, красочные ожерелья и ещё несколько манящих взгляд побрякушек.

Странник сразу понял, что на третий лавке товары никак не способные появится в этой деревни и одежды самого продавца были довольно насыщенными и колоритными, по сравнению с изношенными лоскутами ткани крестьян, здесь живущих.

– Странствующий купец. – Шёпотом сорвалось с губ странника.

Все те, кто были на своеобразном рынке, сразу обратили внимание на пришельца. Никто не пытался подать того, что уставился на незнакомца, продолжая вести беседу с соседями и друзьями или не переставая торговаться с купцами. Но даже сквозь капюшон, прикрывший глаза страннику, незнакомец чувствовал, как его буквально сверлят незнакомыми взглядами.

Своим правым ухом незнакомый странник уловил топот тяжёлых солдатских сапог, но оборачиваться не поспешил. Он остановился и ждал, когда его окликнут.

– Гражданин, обернитесь. – Прозвучал требовательный грубый мужской голос.

В ответ странник повернулся, но капюшона не убрал, оставив своё лицо под маской плотной тьмы. И сквозь тонкую ткань он увидел высокого нордлинга, облачённого в тяжёлые имперские доспехи северного типа. Его грудь укрывала широкая стальная пластина, к которой крепилась кожаная юбка, что было присуще для доспеха легиона этой местности. Ноги покрывали домотканые штаны, уходившие под имперские сапоги со стальным щитком. Руки также покрывали кожаные наручи со стальными щитками.

Но странника больше всего заинтересовало лицо легионера, который здесь нёс службу. В светло–серых, как серебро севера, сияла снежная суровость, строгость и душевный свет. Грубое мужественное лицо имело овальные черты, и несколько шрамов, отражавших, что этот человек – ветеран многих воин. И седые серебряные волосы блестящей вуалью покрывали голову мужчины.

– Далеко же ты забрался. – Размерено вымолвил странник.

В ответ последовало лишь негодование, промелькнувшее молнией на лице высокого нордлинга. Все, кто был на площади, окончательно прекратили разговоры между собой и с заворожением смотрели за тем, как беседу начинают незнакомый странник с легионером.