Чтение онлайн

В этот момент до меня донеслись обрывки разговора женщин.

— Кровище то сколько — прошептала одна, с оттенком брезгливости.

— Откуда только, голос второй был тише.

— Говорят, хозяин раненый пришёл, следы заметили в коридорах. А он сюда шёл, стража утром разболтала— добавила другая, и их смех, прозвучавший после этих слов, заставил меня за волноваться.

— К истинной пришёл. Святое дело, истинность и не то спасает.

Я сглотнула, продолжая слушать их разговор, стало даже как-то интересно. Но не выдаю себя, что подслушиваю, хотя самой так хочется у знать, найти ответы на всё вопросы.

Если бы мама была жива, я бы попросила совета, что делать с сердцем, когда его занял опасный мужчина.

— Девонька простудишься, итак Гаред тебя выхаживал, подошла ко мне одна из волчиц. Я смущённо потупила взгляд, ведь не ожидала от них трико доброты.

— Вы говорили про истинность, это правда с замиранием сердца смотрела в её глаза, когда она закрыла ставни. Её глаза удивлённо смотрели на меня.

— Сама истинной являешься и не знаешь ничего, я смущённо покачала головой.

— Я ничего не знаю о волках, ничего не знаю о том, что вы так чтите, прошептала, сжимая шею с непривычки, что могу говорить.

— Эх бедовая, знать надо, столько подле своего истинного уже находишься.

— Неужели ещё не тронул тебя, я медленно соображала о чем она говорила, но как только поняла, сразу покраснела от её слов. Она это заметила, ещё сильнее удивляясь.

— Ты смотри-ка ишь какой Хьюго оказывается, бережет до свадьбы что-ли. Волки же с ума сходят, когда встречают свою пару. Всё уволочить хотят в укромное местечко, они посмеялись, я зажмурилась.

— Я ведьма, напомнила им, когда они закатили глаза от моих слов.

— Хоть и его запах на тебе есть, — ее слова резали по сердцу, — но ты ещё не его окончательно. Но ничего, время — лучшее лекарство, со временем подобреет твой истинный.

Я слабо улыбнулась, не веря ни единому его слову. Он уже всё решил, мои слова для него ничего не значили.

Зачем навязываться, если он не видит во мне ничего.

Я думала, что мы понимаем друг друга, что уже стали ближе, но, видимо, это было лишь моей иллюзией.

Либо это просто моя наивность, моя неопытность, заставляющая верить в то, что невозможно.

— Ты не слышала, что ли? Захарий едет сюда, скоро будет. Эти слова, как гром среди ясного неба, заставили меня резко развернуться, замереть от ужаса.

— Кто едет? — переспросила я, видя их перепуганные лица, читая в их глазах страх, боль и предчувствие надвигающейся беды.

— Колдун клана Вальтера, тот, кто разорвёт вашу связь. — От этих слов по спине пробежал холодок, а сердце забилось в бешеном ритме, предчувствуя неизбежное.

Почему он не сказал мне про это? Ведь наверняка уже знал, почему не предупредил? Стало обидно, горько от того, что он не посвятил меня в это, если это касалось нас обоих.

— Не пугайся, девка, — меня обняли за плечи, пытаясь хоть как-то успокоить.

— Всё к лучшему будет. Он волк грозный, может, ещё и передумает, ведь тоже изменился волчонок-то наш.

Я зажмурилась, пытаясь отстраниться от этой жестокой реальности.

Не слышала её слов, всё мои мысли были о другом. О том, что нас ждёт.

Часто задышала, не понимая себя, не понимая происходящего. Я должна радоваться, ведь так этого хотела в самом начале. Избавиться от этих оков, от этой зависимости, от этих чувств.

Но проблема в том, что это было тогда, когда я его не знала. Когда моё сердце было холодно, равнодушно.

А сейчас. Сейчас.

Зажмурилась, хватаясь за грудь, словно пытаясь унять бешеное сердцебиение. Сейчас оно бьётся сильнее при виде него. Только при виде Хьюго.

Сейчас мы узнали друг друга, я увидела его другую сторону, его слабости, его боль, его страхи.

Он стал для меня ближе. Ближе всех на свете.

Как мне быть теперь, когда я не понимаю, что правильно, а что нет?

Хьюго стал дорог мне, безумно дорог, после всего пережитого нами.

А теперь он отстранился, и это пугало. Пугало до дрожи в коленях.

— Так, только напугали тебя, — заговорила старуха, насильно усаживая меня за стол.

— Садись, девонька, попей чайку.

— Всё наладится, — попыталась успокоить меня другая ведьма.

— Видим, что хорошая ведьма, да и сразу ты понравилась всем в замке.

— Разве можно разорвать истинные узы? — обратилась я к ним, видя недоумение в их глазах, в их лицах. Они переглянулись между собой.

— Этого знать никто не может, — ответили мне.

— Поэтому и едет Захарий, он колдун сильный, может, что-то и придумает. Да и одна ты не пропадёшь, ты красивая девочка, найдёшь кого-нибудь себе, замуж выйдешь, детей нарожаешь.

Я скривилась, чувствуя лишь отвращение.

Я даже представить себе этого не могла.

Вряд ли хоть один мужчина сможет занять мои мысли, мои чувства, как это сделал Хьюго.

Вряд ли хоть в ком-то другом я найду эту защиту, эту силу, которую даёт только он.

Вряд ли я смогу кому-нибудь ещё так открыться, довериться, как ему.

Вряд ли я вообще смогу допустить к себе кого-нибудь, кроме него. Эта мысль обвивала сердце, лишая меня воздуха.

Сильнее сжала чашку, до боли в пальцах, от этих мыслей, от этого осознания.

Глупая, какая же я глупая, раз думаю так. Но уже никак иначе. Если это правда, если я не смогу переступить через себя.

Нужно прекратить так думать, нужно выкинуть эти мысли из головы.

Он уже всё решил, и я не должна противиться, ведь обещала.

Нужно принять, смириться, только сделать это оказалось гораздо труднее, чем я предполагала.

С каждым вздохом, с каждой минутой это становилось всё сложнее и болезненнее.

Хьюго

Дни тянулись бесконечно долго. Не видел её, специально не видел, чтобы не будить то, что она пробуждает во мне, ту дикую, первобытную страсть, тот огонь, который грозился спалить всё вокруг.

Не будить зверя, который так хочет свою пару, жаждет её прикосновений, её взгляда, её дыхания.