Сладкая соль: пакистанские сказки
Шрифт:
Стало совсем темно, и, спотыкаясь о камни, она пошла дальше. Вот и сливовое дерево, а на нем еле заметно виднеются сливы. Мина потянулась за ними, исколола о колючки руки, да так и не смогла ничего достать. Одна слива упала на землю, да разве можно ее найти в темноте?
Голодная, уставшая, еле–еле волоча ноги, она добралась домой. Вина пришла в ужас от ее вида, уложила в постель, омыла ноги и принесла ей простокваши с большим куском пирога.
— Да, — пробормотала Мина, немного отогревшись, — пожалуй, я была не права. Ты действительно не воровка.
ТИГР И МЫГРЫ (перевод А. С. Сухочева)
Жили в одной деревне два брата. Старшего звали Хусне, младшего — Зире. Оба были отъявленными лентяями и бездельниками, оба всячески избегали любого труда и жили, палец о палец не ударив по собственной охоте.
Дед и отец оставили им богатое наследство — много денег, обширные земли. Но братья ничуть не преумножили эти богатства. Напротив, стали тратить налево и направо доставшееся им даром, дни и ночи проводили в гулянках. Ни разу они не подумали, что и большому богатству придет конец.
И вот наступил тот день, когда оставленное дедом и отцом наследство улетело, словно птица, и братья узнали, что такое горькая нужда. А вскоре дело дошло и до настоящего голода. И тогда вышедшая из себя жена Хусне заявила:
— Послушай, мой хороший, до каких пор будешь ты бездельничать? Будь мужчиной, возьми себя в руки и поищи себе занятие. чтобы хоть какой-нибудь кусок завелся в доме.
— Ты права, — ответил Хусне. — Беда в том, что я не владею никаким ремеслом или искусством. Не обучен я никакому делу, которое могло бы дать хоть небольшой заработок.
— Ты мастер отговорки придумывать, — пилила его жена. — Почему не скажешь прямо, что не лежит у тебя душа к труду. На всем готовом ты совсем обленился.
Каждый день жена Хусне продолжала пилить его, ругала и называла бездельником. Наконец Хусне устыдился и решил отправиться на поиски работы.
Дома у них валялся без пользы небольшой барабан. Совершенно не представляя еще, что он будет делать, Хусне взял тот барабан, повесил на шею и вышел из дому. Пришел он на торжище и стал яростно бить в барабан. «Горожане заметят, — подумал он, — что я бью в барабан, и поинтересуются, по какому поводу. Тут я и расскажу им о своей беде. Возможно, что так я и сумею добыть что-то на пропитание». Но вскоре он пришел в совершенное отчаяние, так как ни единая душа не обращала на него внимания.
Гнев охватил его. Продолжая по–прежнему колотить в барабан, он направился к ближайшему лесу. Придя в густой лес, он еще с большей силой стал бить в барабан.
А тот лес был обиталищем джиннов. Жило в нем несметное количество джиннов и их детей. Когда джинны увидели, что какой-то человек бесцеремонно бьет в барабан в их собственном лесу, они встревожились. Один подошел поближе, свирепо глянул на Хусне и приказал тут же прекратить шум. Но Хусне не обратил никакого внимания на его слова и продолжал с силой колотить в барабан. Барабан гремел так, что невозможно было ничего расслышать.
И когда джиннам стало совсем невмочь, они посоветовались между собой и решили откупиться от этого не лучшего сына рода человеческого. Ведь их дети от такого шума могли оглохнуть.
Предводитель джиннов прислал Хусне суму с золотыми монетами и велел ему передать: «Мы очень довольны твоей прекрасной игрой на барабане. За доставленное нам наслаждение жалуем тебя этой сумой с золотыми ашрафй [30] ».
Увидел суму Хусне, обрадовался, забросил подарок за плечи и, довольный, направился домой.
30
Ашрафи — старинная золотая монета в некоторых странах Востока.
Когда он вернулся домой, жена встретила его горькими упреками:
— Опять, бездельник, явился с пустыми руками? Чем возвращаться без гроша в кармане, лучше бы совсем не приходил.
Хусне беспечно глянул на жену и, бросив ей суму с золотыми монетами, небрежно сказал:
— Глупая женщина, возьми-ка вот это богатство и впредь не смей называть меня бездельником, не то вмиг укорочу твой поганый язык.
Увидела жена суму с золотыми монетами и окаменела от удивления. Ни за что не поверила бы она, что ее беспутный муж за такое короткое время сможет заработать такое богатство. И она принялась всячески ублажать мужа.
— Не я ли тебе говорила, что ты добьешься счастья, если постараешься. Тому, кто хочет трудиться, и Аллах помогает.
В прежние времена был обычай, по которому золотые монеты не считали, а определяли их стоимость по весу. Но в доме Хусне не было весов. Вот его жена и говорит:
— Весы есть у твоего братца. Сходи, попроси их на минутку, чтобы взвесить золото.
А у Зире была очень хитрая жена. Она знала, что в тот день Хусне отправился на поиски работы. Если он просит весы, значит, что-то добыл. И тогда она придумала уловку — капнула на одну чашу весов расплавленного воска. Теперь что бы на весах ни взвешивали, обязательно хоть немного прилипнет к чаше. После этого она дала весы Хусне. Муж с женой быстро взвесили золото и тут же вернули весы жене Зире.
Когда та внимательно осмотрела весы, то заметила прилипшую золотую монетку. Обнаружив золотой ашрафи, она так и закипела от зависти. Как только Зире вернулся домой, жена показала ему золотой ашрафи и стала его всячески ругать, поносить последними словами. Видишь, мол, каким богачом стал Хусне — уже не считает, а взвешивает золотые монеты. Только ты, отпетый бездельник, сидишь дома без толку.
Выслушав эту брань, Зире спокойно заметил:
— Вот и прекрасно, что богатство приплыло если не в мои руки, то хоть брату попало.
Придя в дом своего брата и поздравив его с удачей, Зире попросил:
— Брат, возьми меня с собой. Я тоже хочу потрудиться. Может, и мне хоть немного повезет.
Хусне согласился, и на следующее утро они оба отправились на поиски работы. Хусне снова повесил на шею барабан, Зире дал дудку, и оба пришли в тот самый лес.
Хусне принялся бить в барабан, а Зире изо всех сил дудел в дудку. С каждой минутой играли они все громче и громче. Увидели джинны, что вчера приходил один человек, а сегодня их уже двое, и поняли, что наступили для них худые времена.
Посоветовались они между собой и решили, что пришедшие, видимо, очень жадны. И поэтому сколько им ни давай, все будет мало. Значит, не надо обращать на них никакого внимания. Поиграют, поиграют, устанут и уберутся восвояси.
Братья выбились из сил, играя на барабане и дудке, но ни один из джиннов не подошел к ним. Тогда Хусне сказал:
— Похоже на то, братец, что сегодня они не собираются ничего нам давать. Пойдем испытаем судьбу где-нибудь в другом месте.
Только успели они выйти из джунглей, как встретили человека с обезьянкой. Братья спросили его, куда он путь держит. Тот рассказал, что идет в город, и, чтобы заработать на жизнь, будет показывать там, как пляшет его обезьянка.