Чтение онлайн

Муору не знал человека, которого описывала Мелия. Потому, закрыв глаза, он вообразил во тьме своих век девочку с красно-коричневыми волосами, пылающими в солнечном свете.

Не было никакой возможности проверить, насколько точно его воображение, однако в одном он точно не ошибся — это произошло именно здесь... на этой могиле... у его ног.

— Девушка, окутанная светом, испытывала жуткие, жуткие мучения. Но при этом она выглядела счастливой. Возможность умереть осчастливила её — вот что я поняла, наблюдая издалека.

Но потом Мария заплакала. Она плакала для меня, девочки, которую она оставила вместо себя. Видишь ли, она знала, что после разрушения её тела следующим хранителем могил стану я.

Девочка слегка потёрла край надгробия, продолжая говорить.

— Потом я похоронила её бездушный труп здесь.

Тишина.

Муору не мог подобрать никаких... никаких... вообще никаких слов. Его чувства сотряслись от услышанного настолько сильно, как никогда прежде за всю его жизнь.

— Прости, Муору, — неожиданно сказала она.

Зачем ей извиняться? Муору замешкался ещё сильнее. Извиняться тут нужно мне... но... но... я...

Девочка смотрела в его направлении, но взглядом она с ним не пересекалась.

— Ты пришёл сюда не по собственному желанию, и потому я не думаю, что тебе надо слушать эти вещи... — сказала девочка, но когда она продолжила, её голос зазвучал гораздо веселее. — С тех пор как я стала хранителем, я была совершенно одна и со мной не происходило ничего хорошего. Я не могла видеть солнце и... меня посещали очень болезненные мысли. Я не могла больше никуда податься и потому решила, что остаётся лишь защищать это кладбище.

Но я никогда не была счастлива.

Ещё сильнее закрыв лицо капюшоном, Мелия затем положила руку на рот.

— Так было до тех пор, пока ты не позволил мне стать твоим другом.

Заглянув ей под руку, Муору смутно разобрал, как её лицо смягчилось, и впервые он увидел... её улыбку.

У парня застучало в висках.

Я убегу. Опять он проговорил про себя эти слова. Я сблизился с ней лишь ради этого.

С целью заручиться помощью кого-то, кто хорошо знает кладбище, парень сперва должен был сблизиться с девкой. Таков был его план, и теперь он приносил свои плоды.

Она доверяла ему и понимала, что здесь ему не место.

Беглого взгляда на ситуацию хватало, чтобы увидеть здесь грандиозный успех. Но...

Если я добился успеха, почему у меня так пусто на душе?

Этим я лишь прикрываю ненависть к самому себе?

Чтобы достичь важной цели, у такого заключённого, как он, в наличии было не очень много вариантов. И всё пойдёт под откос, если его методы не увенчаются успехом. Потому Муору строго спросил у себя:

Что мне делать?

Как лучше всего убежать с этого кладбища?

Его должны были волновать лишь эти вопросы.

Он прекрасно понимал этот факт, но при этом не мог выкинуть из головы другой вопрос: может ли он сделать что-нибудь для Мелии.

Обмотав голову куском ткани в надежде спастись от полуденного летнего солнца, заключённый Муору Рид вооружился уже ставшей привычной лопатой и рыл яму.

Он втыкал её, черпал землю, поднимал и отбрасывал в сторону. Потом замахивался лопатой вновь. Последовательность движений никогда не прерывалась, словно он действовал с машинной точностью, уподобляясь методично двигающемуся дикому животному.

— Доооброе утро, Кротёнок.

Появился Ворон и влез в работу Муору, демонстрируя такую лучезарную улыбку, как будто счастье лилось у него из всех щелей.

— Кротёнок?..

Муору в ответ глянул на Ворона с презрением... но потом его взгляд приклеился к его голове. Если точнее, к здоровенному предмету поверх его обрезанных волос.

— Ты... чего, — простонал Муору.

— Агась, это штука, которую я тебе обещал. Гляди.

— Клёво... ты уж прости, я и не думал, что на самом деле принесёшь его.

— Ты о чём? Раз плюнуть же. Но правда, я не понимаю, зачем тебе это... Надень-ка его.

— Конечно, — ответил Муору, затягивая ремешок под подбородком. Кожа на его щеках тут же подтянулась кверху и зачесалась.

Отлично, то что надо. Разумеется, с одним лишь этим парень немного мог сделать. Но, по крайней мере, так он будет чувствовать себя на подъёме.

Ему даже захотелось поучаствовать в забеге на двадцать километров, чтобы выпустить избыток энергии. Правда, помимо шлема у него не было прочего обмундирования, как и не было дороги для забега. Так что он продолжил заниматься ямой.

Удивившись тому, как своими действиями он воодушевил Муору, Ворон недоверчиво вздохнул.

— Тебе правда он нравится? Для чего может понадобиться такая безделушка?

— Не волнуйся об этом. Тот, кто любит лишь блестящие вещи, не поймёт. 5

— Что? Откуда ты знаешь, что я люблю деньги? — спросил Ворон, наклонив голову вбок. Затем он рассмеялся. — Деньги это здорово! И собирать их весело! Если есть деньги, ты можешь делать что угодно! Конечно, они сверкают, но я всё равно обожаю их тратить. Пока не отправишься в следующую жизнь, деньги очень кстати.

В этот раз очередь удивляться дошла до Муору.

Ему показалось неприятным, что ребёнок с невинной, ангельской улыбкой говорит подобные вещи.

До этого мгновения Ворон вёл себя так, словно делал какое-то грандиозное заявление. Но потом он злобно улыбнулся и спросил: «Кстати, братец Крот, с дивчиной всё гладко?»

Муору попытался изобразить нерешительность, ступив в сторону от могилы, которую до сих пор копал. Потом он подозвал Ворона, словно приглашая его на секретный разговор.

Ворон подпрыгнул ближе, и парень тихо сказал:

— Ага, можешь считать, что всё хорошо.

— Правда... что произошло?

— Я попытался быть с ней честным. Вот и всё.

— Ах, вот как? А я думал, недружелюбный Муору придумает что-то повеселее. Ох, ну раз она от этого счастлива, то всё в порядке.

Юноша поднял руку, чтобы толкнуть Ворона.