Чтение онлайн

— Медлин! Я не слышала, как вы подъехали. Ей было стыдно, и она надеялась, что по ее лицу этого не заметно. Надо же так попасться! Женщине ее возраста неприлично строить глазки мужчинам.

Медлин Сойер, прекрасно выглядевшая для своих шестидесяти лет, оценивающе посмотрела на Джесси:

— Мне пришлось оставить машину на улице, потому что дорожка засыпана опилками. Кстати, если «БМВ» у дома принадлежит этому молодому человеку, вряд ли ты сможешь расплатиться с ним за услуги.

— Не беспокойтесь, мэм, я предложил Ренни свои услуги в обмен на ее. — Джесси воткнул лопату в гору опилок и помолчал, наслаждаясь замешательством Ренни. — У нее богатейший опыт. Она чрезвычайно помогла мне на распродаже конфет. Я просто возвращаю долг. Ее голова, мои руки, — закончил Джесси.

От его внимания не укрылся быстрый взгляд, который Ренни метнула в его сторону, но он сумел скрыть удовольствие от того, что ей понравилось увиденное.

Седовласая дама протянула руку и представилась:

— Меня зовут Медлин Сойер, я свекровь Ренни.

— Джесси Дэниельс. Вы, наверное, знаете моих племянниц, Лекси и Бриттани Дэниельс.

— Конечно, чудесные девочки. Несколько раз Бритни приезжала ко мне в гости. Они сейчас в доме?

— Нет, уехали к бабушке.

— Ренни, ты собираешься держать лимонад, пока он станетгорячим? — поинтересовалась Медлин. — Если нет, мистер Дэниельс с удовольствием возьмет один стакан, а я другой. Почему бы тебе не отдать их нам и не налить к один для себя? Заодно посмотри, готова ли Бекки.

Ренни совсем не понравились огоньки, блеснувшие в пах свекрови, но выбора не было. Чтобы не показаться вежливой, она передала им стаканы и оставила Джесси наедине с Медлин, которая постоянно ее сватала.

— Итак, мистер Дэниельс…

— Просто Джесси.

— Хорошо, Джесси, — кивнула Медлин, — вы давно знакомы с моей невесткой?

— Примерно неделю, — сказал он и, предваряя следующие вопросы, с улыбкой добавил: — Мне тридцать два года, я не женат и никогда не был, дурных привычек имею, у меня интересная работа.

— Простите ради Бога, — смутилась Медлин. — Но я знаю Ренни. Она обычно позволяет называть себя по имени только женатым мужчинам или моим ровесникам. Как же мне не волноваться?

— Я и сам волнуюсь, — заметил Джесси и сделал большой глоток. — Конечно, моя профессия тоже создает проблемы.

— О нет, только не говорите, что вы биржевой маклер! — с горечью воскликнула Медлин.

— Хуже, я адвокат.

— Да, это весьма прискорбно. Должна вам сказать, я твердо намерена присматривать за Ренни, и не хочу, чтобы ей стало плохо. Вы меня понимаете? — мягко сказала она, но в ее голосе чувствовался металл.

— Я не собираюсь ее обижать. Ренни не уговоришь даже съездить в пиццерию, если с нами нет девочек — компаньонок.

— Да, это на нее похоже. Я очень любила сына, однако я не слепая и видела, как он относился к Ренни и моей внучке. Из некоторых мужчин получаются никуда не годные мужья, а тем более отцы. — Она вздохнула, покачала головой и ушла в дом, не подозревая о впечатлении, которое произвела ее речь.

Джесси с застывшей улыбкой возобновил прерванную работу. «Да, некоторые мужчины совершенно не годятся для семейной жизни, и я как раз один из них», — думал он.

Ренни увидела, что он стоит в тени дома погруженный в мрачную печаль. Плечи у него поникли, руки бессильно опустились. Это не просто отдых.

Она подошла к нему осторожно, не слишком уверенная, что появилась вовремя.

— Джесс? — тихонько окликнула Ренни. — Что случилось?

Он не шелохнулся, и сначала ей показалось, что он не слышал ее. Потом сделал глубокий вздох, расправил плечи, словно подготовился.

— Ничего, все в порядке.

Но голос звучал не слишком бодро. Ренни вдруг ужасно захотелось обнять его, прижать к себе, защитить от того, что причинило ему такую боль.

— Вас расстроила Медлин? Она не со зла. Действует из лучших побуждений, а с людьми обходится немного грубовато.

Джесси наконец понял, что Ренни слишком обеспокоена.

— Нет, она весьма милая женщина, очень волнуется за вас. Даже спросила, каковы мои намерения.

— Она хотела сделать, как лучше. Идемте. — Ренни потянула его из зябкой тени на солнце. — Я не позволив вам увиливать от обязанностей главного разбрасывателя опилок. Если хотите, чтобы вечером я разделила с вами ужин и оплатила половину, нужно потрудиться днем. — Увидев, что хмурое выражение на его лице понемногу исчезает, Ренни поддразнила: — Хотя адвокаты никогда, видимо не занимаются тяжелым физическим трудом.

— Неправда, — засмеялся Джесси, — я прекрасно знаю, что такое физический труд. Иногда мне приходись точить карандаши, а однажды и вовсе без помощи секретарши донес до стола папку с документами.

— Отлично, могу сказать только одно: рада, что среди нас оказался человек, умеющий ловко обращаться с лопатой, ибо скоро начнет темнеть.

Онуспел схватить ее, и Ренни после символического сопротивления положила сначала руки ему на плечи, затем обняла за шею, запустила пальцы в волосы. Когда губы встретились, она с жадностью отдалась поцелую, надеясь, что этого ей будет достаточно.

— Так кому достанется последний кусок? — спросил веси, расправившись с остатками еды на своей тарелке.

— Полагаю, надо быть вежливой и оставить его вам, — ответила Ренни, — особенно после того, как вы не позволили мне заплатить за ужин.

— Прекрасно! — Джесси потянулся за единственным куском пиццы.

Но не успел. Ренни схватила тарелку и отодвинула подальше, чтобы он не смог достать.

— Одну минуту. Я сказала, что надо быть вежливой, я не говорила, что буду.

— Ну, Ренни, моему растущему организму требуется можно больше пищи. Я должен съедать все, что попадается на глаза.

— Тогда разрежем этот славный кусочек точно посередине, и я возьму ту часть, в которой больше грибов.

Он сделал вид, что обдумывает ее слова.

— Хорошо, но только резать буду я.

Поколебавшись, Ренни отдала ему тарелку и внимательно следила, как он примеряется, затем делит остаток пиццы на две равные части.

— Вот. Довольны?

— Вы отлично справились.

Она подождала, пока Джесси возьмет свою долю, потянулась за своей, но за это время он успел схватить нож, отрезать краешек от ее куска и сунуть в рот.

— Предатель, это же была моя пицца! — возмутилась Ренни. — Тогда отдайте мне другой кусок!

— Нет, леди. Вы договорились со мной, то есть наняли, чтобы я поделил оставшееся. Сделка была зарегистрирована мною, вашим личным адвокатом, выполнив работу, я взял свой гонорар; а также плату труды, — довольно улыбнулся Джесси.

— С какой стати?

— Все очень просто. Вот это, — указал он на свою тарелку, — мой гонорар. А кусочек от вашей доли компенсация за энергию, затраченную на проведение данной трансакции.