Чтение онлайн

– Из-за правил.
– Его голос понижается почти до шепота.
– К тому же, я не могу хотеть. Вы мой студент.

Не желая этого, тихий стон слетает с моих губ, потому что он хочет этого. Он хочет меня, даже погрязнув в работе и в милях от меня.

Каково, по настоящему быть его студенткой, или одной из девушек в метро, и наблюдать за ним, желать его? Что если бы он был действительно моим преподавателем, и каждый день мне бы приходилось сидеть и слушать его тихий, низкий голос, не имея шанса подойти, поймать его взгляд, пробежаться руками по груди и его густым волосам?

– Миа, вы же не занимаетесь ничем... неуместным в данный момент, не так ли?
– спрашивает он, возвращая строгость в свой голос. Это первый раз, когда я не вижу его лицо, пока мы играем, но я уже достаточно хорошо его знаю, чтобы понять, что он претворяется. В его голосе никогда не присутствует строгость со мной, даже, когда он расстроен. Всегда ровный, всегда спокойный.

Моя спина прогибается над матрасом, ощущения скручиваются и накаляются между моих бедер, глубоко в животе.

– Хотите услышать меня?
– спрашиваю.
– Хотите представить меня занимающейся этим в вашей постели?

– Вы в моей кровати?
– Шипит он, звуча разгневанно.
– Миа! Вы прикасаетесь к себе?

Острые ощущения от игры проходят через меня, заставляя мою голову кружиться, и почти достигнуть высоты. Я помню то, как он смотрел на меня этим утром, разрываясь между желанием взять меня, прежде чем уехать на работу. Помню, как его рот прикасался к моей шее, когда вчера вечером он забрался на кровать, притянув меня к своей груди, воркуя со мной каждую ночь. И затем, когда едва шепчу:

– Ооо, ох, Боже.
– До меня доносится его урчащий стон, и я окончательно распадаюсь на частички от своей руки, но представляя его на месте своей, зная, насколько будет лучше, когда позднее это будет делать именно он.

И он может это вообразить себе, так как уже наблюдал за этим.

Мои ноги сводит от освобождения, и громкий стон вырывается из моего рта прямо в трубку, горячая волна удовольствия прокатывается по моей коже. Выдыхаю его имя, еще какие-то вещи, в которых я не уверенна, есть ли смысл, но знать, что он все слушает, и это все, что он может делать - не способный лицезреть, касаться, чувствовать - продлевает мое наслаждение, пока я не выдыхаюсь, а моя рука не сползает с бедра на матрас.

Улыбаюсь, сонная и довольная... сейчас.

– Миа.

Моргаю, сглатывая, и шепчу:

– О, Боже. Не могу поверить, что я сделала это. Мне так жал...

– Никуда не уходи.
– Рычит он.
– Буду так скоро, как смогу, чтобы позаботится об этой... этой неблагоразумности.

***

Я задремала, ожидая его, и проснулась только тогда, когда дверь открылась, ударяясь ручкой о стену спальни. Пораженная, сажусь, поправляю задранную юбку, и протираю глаза, в то время как Ансель врывается в комнату.

– Какого хуя ты творишь?

Отползаю быстро к изголовью кровати, дезориентированная, и с колотящимся сердцем, пока мой мозг медленно разгоняет адреналин по моим венам.

– Я... Вы сказали мне никуда не уходить.

Он направляется ко мне, останавливаясь у края кровати и расслабляя узел галстука нетерпеливыми рывками.

– Ты вломилась в мой дом...

– Дверь была открыта...

– ...и забралась на мою кровать.

– Я...
– Смотрю на него широко раскрытыми глазами. Он выглядит действительно расстроенным, но затем тянется вперед, напоминая мне, что все это игра, нежным касанием к моей нижней губе.

– Миа, ты нарушила около сотни университетских правил и несколько законов сегодня. Я могу сделать так, что тебя арестуют.

Встаю на колени, скользя руками по его груди.

– Я не знала, как еще привлечь ваше внимание.

Он прикрывает глаза, двигаясь пальцами по моей челюсти, ниже по шее к моим оголенным плечам. На мне нет ничего кроме коротенькой юбки и трусиков. Его ладони прикасаются к моей груди, но он резко отстраняет их, сжимая их в кулаки.

– Ты не думала о том, что я заметил тебя на лекциях?
– Рычит он.
– На первом ряду, твои глаза на мне весь час, губы такие пухлые и красные, что мои мысли только о том, как они будут ощущаться на моем языке, шее, члене?

Облизываю губы, кусая нижнюю.

– Могу продемонстрировать Вам.

Он сомневается, сужая глаза.

– Меня уволят.

– Обещаю, никто не узнает.

Его сомнение такое подлинное: глаза закрыты, челюсть сжата. Когда он открывает глаза, он наклоняется и говорит.

– Если ты думала об этом, как об извинение за взлом дома...

– Я так не думала...
– Но он видит ложь на моем лице. Я получаю все, чего желаю, и моя скрытная улыбка заставляет его рычать и вновь сжимать мою грудь грубыми руками.

Моя кожа приветствует его прикосновения, а внутри, мои мышцы и органы сжимаются, будто их выжимают, тепло перетекает из моей груди в живот, и ниже, прямо между моих ног. Так хочу его, что чувствую тревогу и необходимость, эта элементарная нужда сдавливает горло. Запускаю свои пальцы в его волосы, притягивая его к себе и едва позволяя ему, отодвигаться от моей кожи меньше чем на вздох.

Но это все уловка. Он разжимает мою хватку легко, и, отстранившись, смотрит на меня с убедительным огнем в глазах.

– На моем столе было еще гора работы, когда ты позвонила и устроила свое небольшое представление до этого.

– Извините, - шепчу. Близость с ним делает меня податливой словно жидкость, а внутри меня все скользко и в расплавленном состоянии.

Его глаза сжимаются, а ноздри раздуваются.

– Как ты думаешь, что твое шоу сделало с моей концентрацией, зная, что ты здесь, думаешь обо мне, касаешься кожи, которая должна быть касаема только мной?
– Наши взгляды сцеплены между собой, свою грубою руку он проталкивает в мое белье, двумя пальцами погружаясь в меня и обнаруживая мою смазку.

– Кто заставил тебя стать влажной?

Не отвечаю. Просто закрываю глаза, толкая бедра к его руке, до того как сжимаю его запястье и насаживаюсь на пальцы, если он не собирается делать этого. Меня будто окутало пламя, повсюду и в особенности здесь, утопая в рвущейся нужде кончить, кончить от его руки.

Рывком он выводит из меня пальцы и проталкивает их мне в рот, надавливая ими на язык. Его рука удерживает меня за подбородок, пальцы давят на щеки, таким образом, удерживая мой рот открытым.