Сладкий запрет
Шрифт:
– Конечно.- Он улыбнулся, выпрямился и ушел. Мне пришлось прикусить губу, чтобы не выдать себя и сдержать радость и ликование. Я сделала глубокий вдох и попыталась напустить на себя обычный вид. В голове без конца крутилась одна мысль: ему понравилось мое письмо, ему понравилось мое письмо, о Боже, ему понравилось мое письмо!
Я мысленно начала перечитывать свое письмо, в попытке предугадать его возможную реакцию.
Март 13, 1993 (Не совсем уверена кому адресовать это письмо. Мистеру Стивенсу? Тренеру? Тому? Решать вам.), Я слегка удивилась, когда вы попросили меня написать вам письмо. Не знала, чего вы ждали, но потом поняла: вы хотели узнать о моих чувствах и есть ли мне о чем вам сказать, о чем я еще не сказала. Конечно, я о многом хотела рассказать вам. Вероятно, мне никогда бы не хватило духу произнести это вслух. Мне проще написать, чтобы выразить себя и открыться… так что спасибо за возможность. Что же, начну.
Решив написать письмо, я не знала как это сделать. В этом письме мне хотелось предстать скромной и сдержанной, быть почтительной, но какой в этом смысл? Вместо этого я решила быть честной, хотя это всего лишь первый шажок. Я впервые решилась на что-то… дерзкое и это пугает меня. Вы учитель, старше меня в два раза. Я знаю, что вы женаты и у вас двое детей, но меня сильно влечет к вам и с каждым днем влечет все больше.
Но, как говорится, назад дороги нет.
Это влечение, кажется, возникло ниоткуда, но оно вызывает во мне чувство счастья и защищенности. В вас есть что-то теплое и нежное, мне нравится как сверкают ваши глаза, когда вы улыбаетесь мне, как вы украдкой смотрите на меня. Да я заметила, как вы это делаете.
Я понимаю, что веду себя недопустимо, но вы хотели узнать правду и надеюсь, что вы готовы принять ее. Я уверена, что с вами не первый раз флиртует девчонка и поняла бы, если бы вы приняли письмо за признание влюбленной ученицы. Я бы не стала думать о вас хуже. Однако, каким-то странным образом, я чувствую искру, связь между нами. Для меня все это впервые и я никогда не испытывала такого раньше. И никогда бы не подумала, что кто-то может испытывать подобное ко мне. Мое сердце замирает каждый раз, когда вы улыбаетесь мне. Я сошла с ума, или вы чувствуете тоже самое? Наверное, вы как учитель должны скрывать свои чувства. Пожалуй, вам нельзя говорить о них, а жаль. Знаете, для вас я по-другому улыбаюсь, смеюсь, смотрю, все самое лучшее во мне только для вас. За последние несколько недель, я заметила, что вы стараетесь встретиться со мной в течение дня и поговорить на тренировках, я надеюсь, что ваши самые искренние улыбки вы также бережете для меня.
Уверена, вы заметили, что в грузовике я очень близко сижу к вам, когда вы подвозите нас домой, даже когда я остаюсь с вами наедине и освобождается место. И я постоянно думаю о том, как это будет - чувствовать ваши губы на своих.
Ну, вот и все. Не знаю, поймете ли вы меня или посмеетесь надо мной, но вы сами попросили о письме. Вы хотели правду, вот она. Письмо совсем нескромное, но искреннее. Надеюсь, я не слишком вышла за рамки приличий, и вы сможете все еще вытерпеть меня возле себя. Если ничего из этого не выйдет, пусть будет так. Надеюсь, по крайней мере, мы сможем остаться друзьями.
Обнимаю,
Изабель.
Я все еще плавала брассом, и размышляла. Кого я обманываю? Он мог воспринять мое письмо как угодно, но только не как наивное признание. Важнее была его реакция.
Когда проплывая последнюю дорожку, я вынырнула, чтобы набрать в легкие воздуха, я увидела, что Лиз стоит рядом мистером Стивенсом около скамейки. Она что-то говорила с серьезным видом и качала головой. Они оба смотрели в мою сторону.
Я вылезла из бассейна и пошла к ним, мое тело покрылось мурашками. Мне было плевать на озноб. Я хотела знать, что они говорили обо мне. Лиз взглянула на мои озябшие руки и, опередив мистера Стивенса, дотянулась до сумки. Смеясь, она кинула мне полотенце.
– Держи, милая,- пошутила она. – Оберни вокруг себя, а то простудишься.
Мистер Стивенс выразительно посмотрел на Лиз, подходя ближе ко мне, чтоб отдать мне украшение. Я поблагодарила его и продолжила смотреть в его глаза, завязывая полотенце на талии.
– Итак, как вы думаете, Мистер Стивенс, Изабель лучше выглядит мокрой или сухой?- Съязвила Лиз, от потрясения у меня отвисла челюсть. Я в ужасе перевела взгляд с Лиз на мистера Стивенса, но увидела, что он спокойно воспринял вопрос и рассмеялся.
– Ну, я не знаю,- отозвался он, оглядев меня снизу вверх.
– Не думаю, что мне стоит отвечать на вопрос. Мои щеки запылали румянцем и я уставилась на Лиз.
– Ну тогда, согласимся с тем, что она замечательно выглядит в купальнике, я права? Заулыбалась Лиз, глядя на меня.
К удивлению, мистер Стивенс снова засмеялась.
– Ты меня подловила, Лиз.
Лиз кивнула, одарив меня озорной улыбкой, и когда мы пошли к раздевалке, бросила напоследок.
– Если бы я так хорошо смотрелась в купальнике, у меня была бы куча ухажеров.
Я ударила ее по руке, чтобы заткнуть ей рот, затем потащила ее в здание, пока она не ляпнула что-то еще.
Через десять минут я, Лиз и Мистер Стивенс уже ехали в грузовике домой. Она и еще трое студентов сидели на заднем сиденье, я же сидела спереди между мистером Стивенсом и двумя студентами. Как обычно, мы сидели, прижавшись друг к другу руками и ногами. Я испытывала чувство близости к мистеру Стивенсу которое не испытывала ранее и не только потому что сидела рядом. Я и раньше сидела близко к нему. Сегодня близость была эмоциональной. Он знал, что я чувствовала и я догадывалась, что он чувствовал то же самое. Если сосредоточиться, я смогу ощутить по пульсу его правой руки биение его сердца. Я представила, что наши сердца бьются в унисон, и улыбнулась.
Мистер Стивенс заметил мою улыбку и тихонько подтолкнул меня локтем.
– Что смешного?- тихо спросил он.
Я молча покачала головой, побоявшись говорить вслух. Меня пугала и одновременно приводила в восторг наша новая эмоциональная связь, и я едва могла справиться с этим. Мне было трудно дышать от напряжения из-за того что в грузовике находилось столько народу, хотя не думала что готова остаться с ним наедине. Я мечтала об этом моменте месяцами. Теперь, когда он настал, я не знала готова ли я к нему. Не слишком ли далеко я зашла? Во что я ввязываюсь и захочу ли потом остановиться?
Мистер Стивенс, как обычно, высадил других студентов и вскоре в грузовике остались мы с Лиз. Я взлянула на нее через зеркало заднего вида, она округлила глаза и затем уставилась в окно. Она намерена оставить нас с мистером Стивенсом наедине, поэтому не пересядет на переднее сиденье.
– Мистер Стивенс, не могли бы вы включить радио? скромно спросила она, глядя на меня в зеркало.
Он потянулся через меня, чтобы включить радио и я улыбнулась. Лиз дала нам возможность заглушить разговор, если мы захотим поговорить. Я опустила взгляд на свои ноги и поняла что они почти голые там, где касались его. Его рука лежала у него на ноге, в сантиметрах от моей. Его рука медленно двинулась ближе ко мне, и замерла, чуть ли не касаясь моей голой ноги. Я посмотрела на его руку и поняла его немой вопрос. Он просил разрешения коснуться меня.
Я взяла его руку в свою и легонько притянула к себе на ногу. Его рука непроизвольно сжалась на моей руке и я судорожно сглотнула. Меня касались раньше парни, целовали и обнимали, но это было совсем другое. Это было не просто невинное сплетение рук, а что-то такое, чего я еще никогда испытывала раньше. Расплавленная лава хлынула в мои вены и живот и я изо всех сил старалась сдержать вздох.
Мистер Стивенс, должно быть, тоже почувствовал это, так как внезапно напрягся, будто только сейчас осознал что делает, и отдернул руку. Сначала это расстроило меня, но затем я увидела растерянность на его лице. Он выглядел потрясенным и смущенным, я никогда его не видела таким. Он взглянул на меня и молчаливо покачал головой. Его взгляд говорил, что он в смятении, и я кивнула. Он испытывал то же самое, что и я, боролся с этими чувствами, понимая, что мы не должны поддаваться им. У него была жена, дети и он был в худшем положении, чем я. Мне вдруг стало жаль его.