Чтение онлайн

— Я поняла, — перебиваю я.

— Ноа и так много пережил, и ему не нужно, чтобы ты втягивала его в еще большее дерьмо. — Ее тон смягчается, даже когда ее черты остаются стальными. — Если ты не хочешь быть с ним, отпусти его.

Арес прав. Я пыталась быть милой с Викторией, и это ни к чему не привело. Я покончила с попытками доказать ей что-то. Если я ей не нравлюсь, хорошо. Если она мне не доверяет, тем хуже. Но я покончила с тем, что она вмешивается в наши с Ноа отношения. Я покончила с тем, что она пытается вбить клин между нами, и я покончила с тем, что она обвиняет меня в том, кем я не являюсь.

— Я знаю, что ты исходишь из лучших побуждений, но все, что я могу тебе сказать, это то, что я не Наоми, и я бы никогда не стала обращаться с Ноа так, как она. Я ему не изменяю. Он мне небезразличен. Очень. И что бы ты ни делала или ни говорила, я никуда не уйду.

Проходит несколько мгновений тишины, и я ни на секунду не отвожу взгляда от Виктории. Я не отступлю. Я буду стоять здесь всю ночь, если потребуется.

Наконец, ее маска трескается, и она один раз кивает.

— Хорошо. Это то, чего заслуживает мой брат. Но я все равно буду за тобой следить.

Я пожимаю плечами.

— Делай что хочешь. Мне нечего скрывать.

— Надеюсь, это правда.

Виктория направляется к двери, но я перекрываю ей путь.

— Раз уж мы больше не притворяемся, почему ты плакала?

— Я не…

— Нет. Хватит лжи, помнишь?

Уголок рта Виктории приподнимается. Святые угодники. Виктория улыбается. Мне.

— Знаешь, мне нравится эта твоя сторона. Гораздо больше, чем притворство идеальной-милой-нежной женщины.

— Я многогранна.

Я не уверена, что она действительно сдастся, пока она не вздыхает и не падает обратно на кровать.

— Это просто... не так, как я себе представляла.

— Твой девичник? Я подумала, что он кажется... не совсем твоим. Там нет ни одного цветка.

— Точно? — Виктория оживает, как будто кто-то наконец подтверждает чувства, которые она держала в себе. — Это так нелепо и смешно. Ничто не идет по плану. Помолвка, девичник, планирование свадьбы. Карсону плевать, его мать пытается жить через меня и планирует свадьбу своей мечты, а не моей, и посмотри на это кольцо. Посмотри на это гребаное кольцо. — Виктория подносит его примерно на два дюйма к моему лицу. — Моей руке больно таскать эту штуку.

— Я имею в виду, это красивый бриллиант. — Мне не приходит в голову ничего более утешительного, и я не уверена, что Виктория ищет утешения, а не возможности выговориться.

— Это так. Это также кричаще, неудобно и не мое. Я все время ношу перчатки. Я постоянно сую пальцы в чей-то рот или закапываю их в грязь. Я даже не ношу эту штуку большую часть времени, потому что это опасно. И это не то чтобы Карсон сам его выбирал — его мать. Он сказал мне это. Во время предложения. Ему было все равно, что я подумаю о своем кольце.

Я морщусь. Ее жених даже не выбрал кольцо сам? Если бы он и собирался советоваться с какой-либо женщиной о том, какое кольцо купить, это должна была быть его девушка, а не его мать.

— Да, это…

— Но, конечно, я не могу этого сказать, потому что тогда я буду стервой, которая неблагодарна за кольцо, которое, вероятно, стоило моему жениху двадцать тысяч долларов. Прости, стоило его родителям двадцать тысяч долларов.

Карсон мне никогда не нравился, но эта ситуация гораздо хуже, чем я представляла. Я начинаю думать, что враждебность Виктории — хотя и вызвана искренней заботой о брате — может быть не полностью связана со мной или Ноа. Если бы я была на ее месте, я бы, вероятно, тоже срывалась.

Моя первая реакция — продолжать ходить вокруг нее на цыпочках, сдерживать честность и говорить то, что она, возможно, хочет услышать, но если общение с Викторией меня чему-то и научило, так это тому, что лучше говорить то, что думаешь, чем кусать язык из страха перед последствиями.

— Ненавижу спрашивать, но раз уж мы честны... ты думала о том, чтобы отменить помолвку?

Виктория наконец снова встречается со мной взглядом, отрывая взгляд от плюшевого ковра. Впервые с тех пор, как я встретила ее, в ее глазах нет того свирепого, огненного блеска. Она выглядит... побежденной. И это заставляет мой желудок сжиматься. Я бы лучше имела дело с непокорной, смелой, резкой версией Виктории, чем с разочарованной, сломленной.

— Только около пяти раз в день. Но до свадьбы остался буквально месяц, его родители уже вложили десятки тысяч долларов, и что я буду делать после разрыва? Жить одной вечно? Мне не нравится жить одной. Конечно, это мирно, но я хочу, чтобы кто-то другой выносил мусор. — Ее голос достигает пронзительной ноты.

Я в шоке, что Карсон вообще выносит мусор.

— Вы с Карсоном живете вместе? Я, кажется, случайно зашла в комнату, которая выглядела как его, и она казалась довольно обитаемой. У него есть брат?

Она качает головой.

— Он единственный ребенок. Он в основном делит свое время между моим домом и этим. Он говорит, что переедет с тех пор, как мы обручились, но постоянно откладывает.

Неуверенно я сокращаю расстояние между нами и обнимаю ее за плечи. Она хмурится на меня, как будто я только что посадила ей лягушку в волосы, и я быстро отступаю.

— Я знаю, мы знаем друг друга недолго, и мое мнение для тебя ничего не значит, но я правда думаю, что ты не должна основывать такое важное жизненное решение на том, будет ли это доставлять неудобства другим. Его родители решили потратить эти деньги, ты их не заставляла. Но разорвать помолвку будет намного легче, чем брак.

Виктория шмыгает носом, прежде чем встать и прочистить горло.

— Да. В любом случае. Я очень надеюсь, что ты была честна насчет того парня в баре.

Я бы хотела сказать ей, что была, но не могу. Потому что я солгала ей. Джон-Рон-Шон не был старым школьным другом. Но я не могу быть честной с ней сейчас. Если я буду, это даст ей еще один повод считать, что мои отношения с Ноа ненастоящие. Поэтому я ничего не говорю.

— Ноа действительно, кажется, заботится о тебе, и если ты остаешься, значит, ты чувствуешь то же самое. Просто... — К моему ужасу, глаза Виктории снова блестят от слез. — Просто, пожалуйста, не причиняй ему боль, хорошо? Он и так достаточно пережил.

Часть меня думает, что сейчас Виктория говорит не только о Ноа, но я не настаиваю.

— Причинить ему боль — это последнее, чего я хочу. Кроме того, Арес предупредил меня о твоем хуке справа.

Она издает удивленный смешок. Я никогда не слышала, чтобы она так смеялась. Громко, открыто, свободно.

— Не волнуйся, я никого не била со времен средней школы. Но я не против задушить кого-нибудь во сне.

— Это справедливо.

Когда дверь открывается, мы обе подпрыгиваем.