Следователи из отдела статистики
Шрифт:
– Так ты не знаешь– Коля обеспокоенно почесал всклокоченные волосы: –Всё равно приходи. Дядя тебе всё расскажет. В любом случае вы всё узнаете. Вопрос дней, может быть недель. Я так думаю.
Он отключился. Никаких объяснений и даже элементарного «до свидания» не сказал. Столь же заинтригованная, сколь и раздражённая, Таня сама позвонила Подводному и спросила: –Куда приходить-то?– К институту физики пространства. К главному входу, дядя проведёт через проходную.
И опять связь разорвалась. Чем он таким занят, что не может выкроить пять минут на нормальные объяснения? Уже вечер, но часов пять свободного времени есть. И письма родных и дневник капитана Позднякова могут подождать. Развернувшись, Таня пошла в обратную сторону. Росшие по обеим сторонам от аллеи деревья сбрасывали жёлтые листья. Те слетали, закрывая активное покрытие своим собственным, жёлто-красным ковром. Каждую ночь роботы уборщики сметали их, но уже к обеду изрядная часть активного покрытия снова оказывалась закрытой скоплениями опавшей листвы.– Возможно, назначение исповеди в том, чтобы исповедующийся человек несколько успокоил свою воспалённую совесть общественно-принятым способом без всяких последствий для себя самого– предположил Эдуард Владимирович: –Что-то вроде заглушающих душевную боль таблеток. Конечно, это неправильно. Если «согрешил» – исправляй. А не можешь исправить – держи ответ. Какая польза людям от твоего индивидуального духовного «катарсиса». Впрочем хватит об этом.
Вам, Таня, доводилось слышать о гипотезе «слоеного пирога» в физике пространства? Таня помотала головой.– А о трёх научно-исследовательских станциях нуль-транспортировки на лунной орбите?
Таня принялась вспоминать. Принципиальную возможность нуль-транспортировки доказали ещё до её рождения. Когда сделали официальное объявление, весь Союз охватил внезапный, сумбурный праздник и остальной мир не остался равнодушным. Ещё бы! Описанные фантастами ещё чёрт знает когда искусственные червоточины, прыжки через гиперпространство (что бы под этим термином не понимали фантасты прошлого), нуль-транспортировка. Названий много, а смысл один – мгновенное перемещение корабля со всем экипажам от солнца к далёким звёздам. Казалось, что вот-вот, прямо сейчас, космос становится доступным человеку. И не надо ни долгого сна в анабиозе, ни полётов в один конец, ни огромных кораблей-транспортов стремительно истощающих ресурсы построившей их цивилизации. Не когда-нибудь в будущем, а прямо сейчас, может быть уже в этом году! Не надо ни подвигов, ни миллиардов часов человеческого труда, ни крови, ни жизней отважных исследователей. Казалось, будто весь безграничный космос, как спелое яблоко, упал в руки человечеству. Неудивительно, что после известия весь мир охватили стихийные празднества. Но, к сожалению, за праздниками пришло похмелье. Ладно, если бы дело было в одной энергии. Неудержимо рвущееся в бездонные космические глубины человечество застроило бы электростанциями всю Луну и, если понадобилось бы, и Венеру. Мы аккумулировали бы лучистую энергию солнца, термояд, искусственные чёрные дыры и антивещество – люди сумели бы найти выход. Если бы загвоздка заключалась в существовании предела передаваемой массы. Даже если бы он заключался в нескольких граммах – всё равно космос бы при жизни текущего поколения стал нашим. Была бы перемещена нано-пыль и когда с той стороны крохотные помощники человека собрали бы принимающие камеры, было бы перемещено человеческое сознание. Если бы понадобилось, то нейрон за нейроном, в виде информационного потока перетекало бы оно сквозь щель. Но проблема заключалась в другом! Да, нуль-т требовало чудовищного расхода энергии. Чудовищного, но вполне подъёмного для любой из трёх сверхдержав, даже по отдельности, без кооперации с остальными. Нельзя переправлять сотни тонн – просто не хватает энергии, но тысячи килограммов вполне посильная ноша. Только вот нельзя изменять расстояние перехода. Оно всегда одинаково. Эдакая огромная сфера с солнечной системой в центра. Есть ли на границе сферы пригодные для существования жизни планеты? Такие, до которых можно долететь на предназначенных для внутрисистемных перелётах кораблях потому, что других кораблей у человечества пока нет. Предел скорости света и все связанные с ним удовольствия вроде замедления времени никто не отменял. Кроме того на данный момент ещё нет материалов способных выдержать бомбардировку потоком фотонов на скорости близкой к световой. Такие материалы обязательно появятся в будущем, но только мы живём не в светлом завтра, а в самом обычном настоящем. И две населённые человеком планеты и начавшееся терраформирование третьей всё, что у нас есть. А также трёхполярное разделение мира, политическая напряжённость и невозможность одной сверхдержавы тратить слишком много ресурсов на амбициозные проекты потому, что две другие её обгонят и тогда… Нет, большая война, будем надеяться, не начнётся до тех пор пока у каждой имеется в запасе оружие способное уничтожить Землю. Оружие и хотя бы немного здравого смысла, чтобы никогда и ни за что не пустить его в ход. В начальных классах школы, на уроках программирования, дети решают задачку о «прыгающем сверчке». Есть линия из вкопанных на одном уровне (в простом варианте задачи) брёвнышек. Сверчок может прыгать только на одно и то же количество брёвнышек в обе стороны (иногда это не линия, а плоскость. Или он может совершать большие и маленькие прыжки, скажем на десять брёвнышек и на три). Нужно написать программную сущность, которая управляя виртуальным сверчком приведёт его из начальной позиции в конечную или скажет, что это невозможно сделать на данном поле и при заданной длине прыжков. Детская задачка. В трёхмерном космосе управлять «прыгающим сверчком» проще чем на двухмерной плоскости или одномерной линии. В простом случае достаточно два прыжка описываемых правилом равнобедренного треугольника. На пути прыжка не должно быть объектов с значимым гравитационным полем: звёзд и крупных планет. Немного сложнее, но совсем немного. Прыгаешь один раз, а как же второй? На том конце, для второго прыжка должно быть не только море накопленной в аккумуляторах энергии, но и сама нуль-установка и вся сопутствующая инфраструктура, а это далеко за сотни тонн полезной высокотехнологичной массы. И даже если напрячься и построить за несколько световых лет от земли такую пересадочную станцию. То одной станции мало. И двух мало и трёх. Если конечно человек не хочет вечно прыгать по одному и тому же маршруту. И ещё, пока не окажешься на другом конце, мало узнаешь о том, что на самом деле находится там. Ну звезда, ну планетарная система. Спектр излучения центрального светила, примерный (очень примерный) вес и состав планет. Можно ли на них жить? Есть ли там что-то интересное? Не известно пока не придёшь и не посмотришь вблизи. Вот только чтобы сходить надо потратить очень много ресурсов и труда и, соответственно, времени. И всё равно нуль-транспортировка потрясающее воображение открытие, значительно облегчающее в перспективе освоение человечеством чужих планет у далёких звёзд. Но только мы ожидали, что космос уже у нас в руках, что он как яблоко – упал в протянутые ладони. Разочарование во всемирном масштабе. Правнуки, в лучшем случае внуки. Но не мы и даже не наши дети. Надо радоваться, а люди чувствуют будто ловкий мошенник надул их, выманив отложенные на обед деньги. Такое странное существо человек. Что-то Таня вспомнила самостоятельно. Что-то рассказал Эдуард Владимирович. Но не успел он окончить рассказ, как всё сильнее ёрзавшая девушка воскликнула: –Так вы изобрели супер нуль-т?– Во первых, что за термин такой «супер нуль-т»?– недовольно поднял бровь Эдуард Владимирович.
– Нуль-транспортировка без всяких ограничений– взволнованно расшифровала Таня.
– В каком-то смысле…
Не успел учёный закончить, как с громким криком «ура!» Таня бросилась ему на шею и начала горячо целовать растерявшегося Эдуарда Владимировича. Учёный совершенно опешил. На помощь пришёл племянник, осторожно подняв девушку на руки и оторвав от залившегося краской смущения дяди.– Простите пожалуйста– пробормотала Таня вися в руках у Коли: –Но ведь и в самом деле «ура»!
– Не всё так гладко– охладил её пыл Коля: –Тебя можно ставить на пол? Не будешь больше кидаться с поцелуями?
– Извините.
Вытерев лоб платком, Эдуард Владимирович озорно подмигнул красной как рак сваренный в свекольном соусе, девушке: –Спасибо за столь искренне проявление эмоций. Я бы тоже кричал «ура» если бы моё небольшое открытие позволило бы человеку выйти в большой космос. К сожалению это не так.– Объясните нормально!– вскипела Таня, забыв об элементарной вежливости и об уважении к возрасту и заслугам сидящего перед ней человека.
– Дядя открыл возможность мгновенного перемещения в пределах планеты, может быть в пределах солнечной системы, но не дальше– ответил Коля: –Немного энергии – институтских накопителей более чем достаточно. Свободно изменяемая дальность прыжка, правда расход энергии резко возрастает с расстоянием. Но это всё. Космос по-прежнему далёк, зато понятие «расстояния» в пределах планеты больше недействительно. Из Новосибирска в Москву можно добраться за пятнадцать минут требуемых на диагностику и запуск установки мгновенного перемещения и столько же понадобится, чтобы попасть в Марсоград или Поздняков-город и не нужно шесть недель мариноваться в банке рейсового корабля. Главное точно выставить координаты точки назначения не забыв учесть взаимное движение и вращение двух планет. Ну так ура или нет?
– Ура– проворчала Таня нащупывая рукой стул и падая на него. Резкий эмоциональный импульс словно забрал у девушки все силы.
Немного оправившийся от внезапной Таниной атаки, Эдуард Владимирович смог продолжить свою «исповедь» перед племянником и почти незнакомой ему девушкой. Глава11 За годы наблюдений исследователи зарегистрировали сотни эпизодов употребления разных орудий, но умом и сообразительностью отличались только три гориллы. Остальные ничему у них не учились. Разница в способностях между представителями одного вида огромна. Когда специалисты говорят, что для высших обезьян характерны мышление и орудийная деятельность как проявление мышления, речь идет не о виде в целом, а об отдельных особях. Это справедливо и для других видов. Зорина Зоя Александровна. Лекция в государственном дарвиновском музее «Учёные в поисках разума» Эдуард Владимирович Подводный был физиком-теоретиком. Его епархия головоломные математические расчёты, дерзкие теории, преподавание. Когда он понял, что ему вполне по силам (вместе со своими учениками) сконструировать и запитать от институтских энергонакопителей устройство в металле (точнее в пластике и электронике) воплощающее чистые математические расчёты в рамках теории нуль-транспортировки разработанной ещё лет тридцать назад, тоже не без его участия. Он просто не смог удержаться от того, чтобы не собрать установку и не проверить её действие. Это было немного безответственно. Недаром эксперименты с нуль-транспортировкой Советский Союз вынес на орбиту луны, а Империя и Американская «Star Teleport Corporation» и вовсе разместили свои нуль-транспорт станции в открытом космосе подальше от любых крупных объектов. Однако Эдуард Владимирович принял все разумные предосторожности. Во-первых, для работы его установки требовалось несравнимо меньшее количество энергии. Во вторых автоматический контроллер отрубал питание в случае если любой из показателей отклониться от расчётного значения или если длительность эксперимента превысит одну секунду. Словом он предусмотрел действительно всё. Потом было открытие «окна» из одной комнаты в другую. Переброска материальных предметов, точнее сначала карандаша, а потом обыкновенного стула. Как раз того, на котором Таня сейчас сидит. Она осторожно пощупала экспериментальный стул. Тот был на ощупь совсем как обыкновенный. Эдуард Владимирович продолжил: –Мышь, свинка, человек.– Это был я– вставил Коля: –Я был тем самым первым человеком.
Тане оставалось только покачать головой. Пожалуй, на этом этапе уже следовало обратиться к институтскому совету, тем более, что сам Эдуард Владимирович входил в него на правах почётного члена. Сложно объяснить стороннему человеку почему он этого не сделал. Учёный виновато улыбнулся: –Как известно при всём желании невозможно верно и точно отыскать причины тех или иных собственных поступков. Этим должен заниматься кто-то посторонний. Другими словами он захотел сначала открыть портал в Африку. Почему туда? С детства Эдуард Владимирович зачитывался книгами о чёрном континенте – прародине человечества. Об алмазных копиях. О борьбе аборигенов за освобождение сначала от рабского, потом от не слишком отличающегося от него колониального гнёта и наконец самого коварного – закабаления долларом. К великому сожалению Эдуарда Владимировича: он сам, его разум и его генетический код считались всесоюзным достоянием, имеющим отличное от нуля оборонное значение. То есть он до своей смерти был «невыездным». Конечно, к услугам учёного были все курорты и вообще, вся территория, Союза. Марсианские каньоны, плато и пики – удивительно высоко вздымающиеся при слабом тяготении красной планеты. Город Антарск, полотнища северного сияния и музей ледяных фигур под открытым небом на советской части Антарктиды. Но таков человек, что всегда хочет недоступное ему. И Эдуард Владимирович с детства мечтал о зелени и духоте джунглей и скрываемых ими полуразрушенных каменных пирамид. О роющихся в мусоре обезьянах. О белых улыбках на чёрных лицах под разноцветными тюрбанами. И он подумал: наверное, не случится ничего плохого, если открыть «окно» в Африку и несколько часов погулять под её жарким солнцем. На всякий случай он собрал расчёты и схему установки и все свои комментарии в инфокристал и передал его племяннику, чтобы открытие не пропало, если с ним что-нибудь случится на стонущей под гнётом кровососущих корпораций прародине современного человечества. Эдуард Владимирович сознавал, что поступает безответственно, но, казалось, он предусмотрел всё. Как выяснилось: всё, кроме одного.– Татьяна– спросил помрачневший учёный: –Вам доводилось видеть умирающего от голода человека? Хотя, что я говорю – конечно, нет!
Удивляясь столь внезапной переменны темы, Таня оглянулась на Колю. Парень сидел мрачный и нахохлившийся.– Не от ран и не от болезней, а… от голода– как будто в растерянности Эдуард Владимирович развёл руками: –Нам всю жизнь твердят об ужасах безграничного капитализма или фашизма и мы привычно соглашаемся со знакомыми словами испытывая лишь самый малый душевный отклик. Я бы никому не пожелал увидеть подобное своими глазами.
– Что вы сделали?– робко спросила Таня почти физически ощущая как сгущается атмосфера в кабинете нагнетаемая ужасными воспоминаниями.
– А что я мог сделать?– устало спросил Эдуард Владимирович: –Через открытое окно шагнул обратно в Новосибирск. Побежал в столовую и попросил автоповара выдать мне три буханки хлеба, какого-нибудь мяса и так и не смог получить от него желаемого. Автоповар упорно выдавал бутерброды. И я набрал этих бутербродов два мешка и молока и чая и едва пролез со всем этим в портал. Из приключенческих книг я знал, что нельзя голодному человеку сразу давать много сытной еды. Разрезая один бутерброд на десять частей, я плакал. Простите меня.