Следователи из отдела статистики
Шрифт:
– Не понимаю– Эдуард Владимирович отступил на шаг.
– Здесь нечего понимать уважаемый– кусты расступились впуская в круг света от продолжающего парить над головой учёного туристического фонаря нового человека. Он был одет совсем не так как аборигены. Вместо дёшёвой синтетики – штаны и куртка из нормальной морфирующей ткани. Обувь на толстой подошве ядовито жёлтого цвета будто он наступил на что-то плоское и оно прилипло. На голове странная кепка с сетчатым козырьком не защищающая ни от солнца, ни от дождя. Кожа у незнакомца белая, хотя и покрытая слоем застарелого загара. В руках он держал пистолет незнакомой модели. Судя по раздувшейся рукояти, в которой наверняка помещалась магнитная ловушка, пистолет относился к классу плазмобоев стреляющих шариками низкотемпературной плазмы.
Остановившись на границе круга света, незнакомец продолжил: –Эндрю Нгао`мма поступил как лояльный гражданин и верный служащий «African trade corporation» известив своего менеджера о проникновениях посторонних на территорию принадлежащую корпорации. Он, конечно, немного слукавил, не поставив меня в известность с самого начала, но лучше поздно, чем никогда. Поэтому, думаю, мы с Эндрю забудем это досадное недоразумение. Таня почувствовала, как Колина ладонь выскальзывает. Её запястья схватили сильные и грубые, покрытые мозолями руки заламывая назад. Растерянно оглянувшись, она увидела, что с Эдуардом Владимировичем поступают также, а Колю держат сразу двое негров, приставив выщербленное мачете к горлу. Девушка перевела взгляд на незнакомца представившегося менеджером «African trade corporation». Тот продолжал говорить на чистом английском. После исковеркованного диалекта африканцев было почти приятно услышать правильный английский. На секунду Тане показалось, будто она в школе, на уроке иностранных языков. Но вывернутые назад руки, влажная духота вливающаяся в лёгкие вместо воздуха, чавканье и хлюпанье долетающее из-за границы освещённого пространства убедили девушку в реальности происходящего. Всего лишь час назад она была дома, в Новосибирске, в институте изучения физики пространства. У неё завтра соревнование, третий тур гонок на автоциклах. Как же так получилось, что её крепко держит молодой чернокожий парень где-то посреди африканских джунглей? Менеджер не спускал глаз с гостей из Советского Союза. Видимо он не слишком поверил россказням «лояльного гражданина и верного служащего» Нгао`мма и пришёл один. Держа наготове ручной плазмобой, менеджер приказал одному из негров вытащить из волокуш верёвки, чтобы связать пленных. Выслушав доклад другого, он немного расслабился: –Похоже вы здесь и вправду одни. В городской одежде. Без оружия. Как вы сюда попали, а? Эдуард Владимирович отвернулся не став отвечать. Менеджер озадаченно хмыкнул, разглядывая «гуманитарный груз», но продолжая держать на прицеле всех троих.– Еда, палатки и… книги– представляющий интересы корпорации в крупной деревне менеджер покачал головой: –Какой странный набор.
«Пока говорил капитан Сугимото, складка на лбу биолога становилась всё тяжелее. Когда он закончил, слово взял Кирпичников опередив на секунды онемевших и растерявшихся товарищей: –Прости капитан, говоришь: высокие и низкие расы? Ещё не совсем люди? Наверное, я должен поблагодарить, что мой народ, так же как и свой, ты относишь к «высоким»? Но это не стоит благодарности. Ты верно сказал, что нации, так же как и люди, не равны. Но из этого следует только то, что вместе мы будем сильнее ибо сила моего друга станет и моей силой тоже. Его сила закроет мою слабость, так же как моя сила перекроит его слабости.– Слова– вполголоса фыркнул Асакава.
Кирпичников услышал и кивнул: –Просто слова. Хотите отсылку к историческим фактам? Моя бабушка была служанкой у так называемых «новых русских» во время «тёмных десятилетий». Вам знакомы эти термины? Она проучилась в школе всего шесть классов. Хозяин считал, что прислуге излишнее образование вредит. У бабушки была возможность получить образование после смуты. Но она сказала, что лучше потратит оставшееся ей время на работу, чем на учёбу. Ей было тогда за шестьдесят. Моя прабабушка в начале «тёмных десятилетий» пыталась стать «коммерсантом» прежде чем полностью разорилась. Она закончила институт, тогда это было модно, но ни дня не работала по полученной специальности. Да и получила ли она её в так называемом «институте» – вопрос. А я сижу здесь, в комнате имени Валентины (Валя, не хмурься) на Марсе. Из «низкого» выросло «высокое», так получается по вашей терминологии товарищ Сугимото? Я скажу больше: если мои прабабушка и бабушка виноваты, то только отчасти. Они не учились потому, что не могли учиться. Они не работали потому, что не было работы. У нашего народа существует выражение «не твоя вина, а твоя беда». Это было именно их бедой и лишь в небольшой степени их виной. Знаю, что вы скажите– биолог жестом попросил вскинувшегося Асакаву дать ему закончить: –Другие в это же время и учились и работали, подняли восстание и сделали нашу страну такой какой она есть сейчас. Всё это верно. Но я твёрдо верю, что нельзя необразованного упрекать в недостатке знаний если он не имел возможности обучаться. Дай ему знания, он с благодарностью возьмёт их и со временем встанет вровень с тобой. Подлый человек совершает преступление по причине ошибочного воспитания. Его нужно наказать, но не в качестве мести или какого-то там наказания, а только чтобы защитить общество от вреда, который он мог бы дополнительно нанести в будущем. Если взяться за него с детства. Если найти правильный подход, я уверен, что преступник мог бы стать честным человеком. Не бывает подлых с рождения людей. Так же как не бывает «низких» народов от природы склонных к обману и предательству.»– Почему?– стараясь не делать резких движений спросил Коля у держащих его негров.
Менеджер покосился в его сторону, но промолчал, продолжая одной рукой держать плазмобой, а другой возиться с электронной книгой просматривая, что за агитацию привезли советико во владения корпорации. Менеджер не понимал, как они незамеченными пробрались в сердце чёрного континента. Эти трое похожи скорее на случайных людей, чем на профессиональных диверсантов. Вначале он боялся их, проклиная себя за то, что не воспринял всерьёз слова серва и не взял охрану. Увидев вживую страшных советико, менеджер немного расслабился. Девчонка и старик не опасны, а парня держат сразу двое и рядом с горлом блестит выщербленное лезвие ножа для прорубания дороги в джунглях. Он уже прикидывал какие плюшки получит за поимку троицы странных диверсантов и какие карьерные перспективы эта ситуация открывает для него в будущем.– Наши лекарства вылечили твою дочь, Балога`мма.
– Это правда– подтвердил негр сутуливщейся сейчас больше обычного.
– Тогда почему?!
Чёрное лицо напротив белого. Налитые яростью глаза против непонимающий: –Я просил вас взять дочь к себе, в тот мир о котором ты, добрых дух, говорил. Чудесный мир. Много просил, но ты отказал. Сегодня я отвёл её в бордель к мамаше Кли`амми. Коля охнул: –Зачем ты это сделал?– Во время болезни она ослабла. Её не возьмут на фабрику. А чтобы жить надо работать. Руки!
Балога`мма сильно скрутил верёвку так, чтобы она посильнее врезалась в кожу.– Ты ненавидишь меня, Балога`мма?
– Я ненавижу тебя, большой добрый человек.
Вёрёвка сделала ещё оборот. К Тане подходил другой чернокожий с сомнением переводя взгляд с толстой верёвки из грубых синтетических волокон на тонкие Танины запястья. «-Я верю в братство народов– продолжал Кирпичников: –Верю, что надо искоренять несправедливость не только для себя самого или своих близких или в пределах своего народа. Несправедливость должна быть побеждена повсюду и нет пределов, в которых следует ограничиться борьбой с ней. Обманывая другого, ты обманываешь отца или деда верного друга твоих детей или внуков. Не делясь едой с другими, пусть у самого почти него есть, ты сильно уменьшаешь вашу общую силу и чуть-чуть увеличиваешься свою собственную. Неравноценный обмен. Всё равно как сменять булку хлеба на засохшие крошки. Это и есть интернационализм. Люди – братья. Всё, что им надо для осознания этого, чтобы кто-то сделал первый шаг. Не так уж и сложно, правда?» Бегло просмотрев содержимое электронной книги, менеджер брезгливо бросил её прямо в грязь, как будто это было что-то отвратительное. Повернувшись к Эдуарду Владимировичу он с усмешкой спросил: –Вы и правда собрались просвещать этих дикарей? Бесполезное занятие! Знания, записанные в книгах не для них. Ленивые отродья! Они бы вообще не стали учиться читать, если бы корпорация не заставляла их, так как это необходимо для работы на фабриках. А это, это вы зря. Менеджер с силой наступил на электронную книгу ногой. Та чуть глубже утопла в грязи, но не треснула и не сломалась. Чертыхнувшись, служащий «African trade corporation» отправил её пинком в ближайшие заросли: –Сложно поверить, что кое-кого из моих предков когда-то вывезли отсюда в благословенную Америку. Не медлите, вяжите их и освободите волокуши – отвезём прямо в офис регионального представительства. За этим хламом вернётесь позднее. Если боитесь, что его растащат, оставьте одного своего. Хотя нет, лучше оставьте двоих. Эту гадость нужно будет собрать и уничтожить– менеджер указал носком ботинка на книги: –Чего уставились? Консервы, так и быть, разделите между собой. Корпорации до них дела нет. Но всё остальное нуждается в пристальном осмотре. «-Если я ошибусь и моё доверие предадут– продолжал Кирпичников: –Тогда я понесу потерю. Но если не сделать даже попытки помочь стоящему на коленях, озлобленному и глубоко несчастному, человеку подняться на ноги – я потеряю гораздо больше…– Что именно?– поинтересовался Сугимото с вежливым выражением лица выслушавший ответную проповедь главного биолога.
До этого разглядывающий поверхность стола, как будто отыскивая там что-то важное, Кирпичников поднял глаза на спокойного, как море в тихий полдень, японца: –Рискую потерять самого себя.» Балога`мма собирался связать концы неудобной и сколькой верёвки, когда почувствовал, что пленник решил оказать сопротивление. Менеджер отвлёкся на доклад начальству. Локоть Коли с силой ударил в лицо того, кто держал его за левую руку. Слишком сильно и быстро, чтобы тот успел среагировать. Одновременно он отклонился назад, не давая возможности воспользоваться мачете. Толчок связанных вместе рук опрокинул Балога`мма. Несколько секунд чтобы справиться с тем, кто стоял справа, безуспешно пытаясь одновременно удержать разбушевавшегося великана и воспользоваться старым, но ещё крепким ножом в полтора локтя длинной. Ни то ни другое у него не получилось, а сам он отправился в недолгий полет, свалив сразу двоих бросившихся на помощь негров. Тем временем Таня ударила назад ногой. Попала, но хватка на запястьях не разжалась. Тогда она ударила ещё раз и ещё. Потом головой, ломая и без того слишком плоский нос собственным затылком как учили на физкультуре в школе. У неё получилось – чужие пальцы разжались. Но и у самой, не слишком опытной в искусстве боя, девушки загудело в голове. На миг она потеряла ориентацию и этого хватило, чтобы на неё навалился тот, что стоял спереди, пытаясь разобраться со снятой с волокуши верёвкой. Коля освободил дядю мощными ударами сдув пытавшегося сопротивляться Эндрю Нгао`мма, как ветер срывает и мигом уносит с ветки сухой листок. Пришедший в себя Балога`мма бросил в спину Коли нож. Он был опытным охотником и умел метать ножи, хотя и не считал это за серьёзное умение. Отточенный до бритвенной остроты клинок проколол одежду и на половину сантиметра вошёл в затвердевшую от прилива адреналина, словно естественный доспех, кожу. Мигом развернувшись, Коля отправил растерявшегося охотника в недолгий полёт и куда более продолжительное забытье. От резкого движения чуть держащийся в ране нож вылетел, упав под ноги. Раздалось шипение выстрела. Земля под ногами у Коли брызнула мгновенно вскипевшей жидкой грязью.– Руки за голову. Немедленно– потребовал менеджер: –Иначе стреляю!
«-Думаю нет смысла продолжать этот разговор– Дайке Сугимото встал, а за ним встали и остальные члены его команды: –Религиозные споры, а вопрос веры или сомнения в возможности вечного и искреннего «братства» народов, несомненно, относится к сфере религии. Такие споры невозможно разрешить словами. Возможно, нам не следовало начинать данную беседу, но иного выхода я не видел и не вижу сейчас. Лучше уж так, чем… Мне остаётся только надеяться, что данный инцидент не повлияет на возможность дальнейшей совместной работы во благо обоих наших великих народов. Здесь, на планете названной в честь бога войны, нет иного выхода кроме как сотрудничать, забыв о личных симпатиях и антипатиях. Предлагаю всем вернуться к своим обязанностям. Подавая пример Дайке первым встал и, поклонившись, пошёл к выходу. За ним в полном молчании, совершая глубокий поклон предназначенный для выказывания уважения постоянному или временному союзнику, потянулись остальные японцы. Советская часть экспедиции продолжала сидеть на своих местах и молчать. Когда за последним японцем, Нагасавой, закрылась герметичная междукомнатная дверь-шлюз, Кирпичников бессильно уронил лицо в ладони. Капитан Евгений Сергеевич Поздняков оглядел свой экипраж. Валентина Можайко сидела нахмуренная, злая и какая-то всклоченная, как будто только выбравшаяся из драки или собирающаяся со всей яростью туда окунуться. Остальные мрачно переглядывались, словно спрашивая друг друга: –А ты, что думаешь по этому поводу ты, товарищ? Сергей-роботехник глубоко вздохнул, выдыхая воздух с шипящим звуком похожим на свист плазмы если выстрелить ею из плазмобой в кислородосодержащей атмосфере. Иван Носиков, один из двух инженеров отвечающих за герметичность и техническое состояние базы, а также за строительство двух больших бронекуполов для экспедиций, которые прилетят после них. Носиков тихо, как будто самого себя, спросил: –Как же так, товарищи. Эх, товарищи…»– Убить меня с одного выстрела не сможешь– произнёс Коля глядя в дуло нацеленное в него плазмобоя: –Если выстрелишь в девчонку или профессора, я тебе сначала руки оторву, а потом ноги.
Менеджер судорожно сглотнул. То, как легко этот великан разбросал негров, впечатляло: –Не двигаться. Руки за голову! Не отрывая взгляда от сжимающихся на рукояти, побелевших от напряжения пальцах, Коля тихо сказал: –Таня, помоги дяде. И отходите.– Не двигаться!
Поединок воли продолжался. Эдуард Владимирович и Таня крохотными шагами отходили назад. У девушки болело всё тело, а на руках остались синяки в том месте, куда вцепился негр. Четверо африканцев сбились в кучу, но что-либо предпринимать не спешили. Ещё двое или трое стонали лёжа на земле, баюкая сломанные руки и рёбра. Нгао`мма и Балога`мма лежали тихо и молча, потеряв сознание.– Стоять!– в очередной раз потребовал менеджер. Глаза у него бешенные. Губы белые, без единой кровинки. Но видно, что он не осмелится стрелять пока в пяти метрах от него стоит Коля Подводный и не отрываясь следит взглядом, будто гипнотизируя.
Поделиться с друзьями: