Чтение онлайн

Дмитрий Евграфович взял бумаги: картинка начинала складываться. Он не обратил никакого внимания на несколько фамильярное обращение подчинённого. Инициалы Д.Е.Д. ещё с курсантской скамьи прилипли к нему, как второе имя. Сокурсники вообще перевели «с английского» и панибратски называли его «курсант Смерть». Да, и сейчас нет-нет, да услышишь за спиной: «майор Смерть». Убойный отдел – что поделать…. Тут свои законы общений и взаимоотношений. Свой юмор.

– Ну, и на десерт ещё один подарочек от техотдела, – не прекращая гордо улыбаться, сверху вниз глянул на начальника летёха. – Вот распечатка с телефона Коньковой. Несколько звонков, в том числе – последний, было сделано на телефон, зарегистрированный в Москве на имя некого Сергея Андреевича Попова, 1936 года рождения. Но геолокация показывает, что в данный момент этот телефон находится…(он сделал паузу)… в Челябинске. В Ленинском районе. Примерно в районе гостиницы «Уралочка».

******

Огромные пролёты трубного завода поражали масштабами индустриальной мощи. Двигались валки прокатных станов, по ним шли тяжёлые трубы, рядом работали многосильные краны. Людей в белых халатах и спецовках трудно даже было назвать рабочими, а зелёную лужайку посреди цеха – рабочим местом. И только запах горячего металла выдавал металлургическую суть этого места. Демарина позабавил стенд по технике безопасности, где под табличкой: «Этот человек несёт персональную ответственность за вашу безопасность» висело… зеркало.

«Доходчиво, – хмыкнул про себя следователь. – Да, «белая металлургия», культивировавшаяся на трубопрокатном, совершенно преобразила некогда грязное производство. Вот, почему командированные не боятся приезжать сюда в светлых костюмах».

Докшина он нашёл в отделе технического контроля, в кабинете начальника. Тот деловито подписывал кипу документов.

– Что привело сыщика на завод? – удивлённо спросил тот, увидев входящего Демарина.

– Здравствуйте, Николай Александрович, мы с вами, и с Сергеем Ивановичем должны срочно прибыть в гостиницу для следственного мероприятия, – ответил майор.

– Да, здравствуйте, – несколько стушевался Докшин, – но Корнеева я отпустил, он уже должен быть по дороге в Магнитогорск. Срочное дело. Обнаружили наш брак в техпроцессе при использовании нового типа присадки, нужно срочно внести поправки, иначе комбинат понесёт огромные убытки. Я тоже собирался вечером ехать домой, вот, подписываю все документы и, в общем-то, на этом командировка заканчивается. Просто собирались с коллегами посетить какой-нибудь из ваших новых ресторанов.

– То, что Корнеев уехал – плохо. Я ведь просил не уезжать из Челябинска, не поставив меня в известность. Что ж, давайте проследуем в гостиницу.

– Я тогда поеду с Антоном, с водителем Мареевым, на своей машине, он стоит у проходной, – предложил Докшин и тут же мрачновато поинтересовался: – Или надо ехать с вами, под конвоем?

– Конвой вам всем не помешал бы, – шуткой на шутку ответил Демарин, а по существу добавил. – Хорошо, едем на вашей. Вместе.

*******

Старший лейтенант Метелин уже ждал прибывших в гостиницу «Уралочка» возле номера Докшина. Вместе с ним находились администратор Градова и горничная Спирина. Когда Демарин, Докшин и Мареев вышли из лифта, он скомандовал открыть номер.

Спирина зазвенела ключами.

Прежде, чем войти майор Демарин объявил: «Проводятся оперативные мероприятия по осмотру номера 317, в котором временно проживает Николай Александрович Докшин. Цель – сбор улик по делу об убийстве Елизаветы Николаевны Коньковой».

И все вошли.

Первым делом майор вынул из кармана сотовый телефон, набрал какой-то номер.

– Попрошу тишины! – скомандовал он.

Тишину ничто не нарушило.

Тогда Демарин повернулся к Докшину:

– Николай Александрович, есть ли у вас второй сотовый телефон?

Тот равнодушно пожал плечами: «Нет». И добавил: «Можете обыскать номер, я не возражаю».

Майор повернулся к Метелину:

– Старший лейтенант, осмотрите всё вокруг и… возьмите на экспертизу пепел из пепельницы.

Потом он повернулся к Градовой:

– Любовь Никитична, проводите нас, пожалуйста, в номер к отбывшему Корнееву.

– Ой, а я там уже начала уборку, – растеряно произнесла Спирина.

– Ничего, пройдёмте. Вы ведь там ничего не обнаружили?

– Не-е-е-т, – протянула та.

– Хорошо, пройдёмте.

Вся эта небольшая группа, выйдя из номера, остановилась тут же, у двери другого – почти напротив, на двери которого красовалась табличка 314. Он был не заперт, ключ торчал в замочной скважине.

Войдя, майор снова нажал кнопку вызова на своём сотовом.

– Прошу тишины! – также скомандовал он.– Где-то должен зазвонить второй телефон.

Звонка не последовало.

– Кажется, на балконе звонит, – робея, произнесла Спирина, кивнув на открытую дверь.

Майор повторил вызов и вышел на балкон.

Простенькие звуки миниатюры Бетховена «К Элизе» раздавались… из кроны дерева под балконом.

Никто из присутствующих аппарат, снятый с дерева, своей собственностью не признал.

– Николай Александрович Докшин, Антон Игоревич Мареев, прошу вас проследовать за мной в следственное управление для дачи официальных показаний, – голос Демарина стал официально строг.

– Извините, Дмитрий Евграфович, – неуверенно начал Докшин, – мы пока не знаем дороги в ваше управление, адрес….

– Наш водитель знает. Вы задержаны.

********

Руководитель следственного комитета по Челябинской области генерал-майор юстиции Степан Игнатьевич Шульгин, сидя под портретом Президента, внимательно смотрел на своего подчинённого. Старший следователь первого отдела по расследованию особо важных дел, майор Демарин докладывал:

– Орудия убийства пока не обнаружено, убийца унёс его с собой. Мотив преступления также пока не ясен.

Известно, что убитая приехала из Архангельска, где работала на комбинате по добыче алмазов. Её непосредственный руководитель – сокурсник подозреваемого Докшина. Однако теоретически, с ним мог быть знаком и Корнеев, хотя он младше Докшина, но студенты одного вуза в Магнитогорске вполне могли пересекаться. Убитая, либо как-то связана с деловыми интересами своего шефа и была своего рода курьером, либо здесь какая-то личная история. Например, её отчество совпадает с именем Докшина.

Все они на момент убийства находились в гостинице. Только Кореннев выходил в магазин за коньяком.

Водитель Мареев утверждает, что во время совершения преступления находился в антикварном магазине, покупал подарок на юбилей жены. Убитую не знал и не видел.

Из персонала гостиницы все были друг у друга на виду, связи с убитой не прослеживается.

Единственное указание на убийцу – горничной Спириной – как на тёмную фигуру. Докшин и Корнеев носят светлую одежду. Но световой контраст в дверном проёме мог дать цветовое искажение, светлое показаться могло и тёмным.