Чтение онлайн

– Доллар сейчас вырос.

– Не важно. Мелочь. Ещё лучше.

– Дежурный, увести арестованного.

Следователь Демарин поднял трубку внутреннего телефона, ткнул пальцем три кнопки:

– Акулов, у нас во дворе стоит автомобиль, что по делу Мареева проходит, пойдите со Свиридовым, вскройте запасное колесо. Всё тщательно запротоколируйте. Да, с пронятыми!

*************

Антон Мареев был приговорён по ст.105 УК РФ к 20 годам лишения свободы. В судебном процессе об алмазах не упоминалось.

Николай Докшин переведён на зарубежное предприятие металлургического холдинга в той же должности.

Он чувствовал себя королём в просторном зале с высокими потолками, дорогими шторами и люстрами, свисающими, будто в театре. Вокруг белого круглого стола – резные белые стулья. В полумраке дома он всё видел отчётливо, мог ориентироваться здесь даже с закрытыми глазами. Мягкие диванчики, пуфики, банкетки, расставленные здесь и там, не создавали препятствия. Они были, словно притихшие напуганные зверьки. А он – их повелитель. Он – победитель.

На миг показалось, что один белоснежный пуфик даже чуть отклонился, спасаясь от капли тёмно-красной крови, капнувшей с манжета его рубахи. В правой руке его был длинный, чуть изогнутый нож, на левом плече – короткий автомат, без приклада и большой свёрток, прижатый к груди.

За спиной, за закрытой дверью ещё не улёгся дух кровавого «праздника».

Ещё полчаса назад здесь всё было иначе. Было тихо, но по-другому.

Хотя в спальной работал телевизор, хозяева ещё не спали.

Он вошёл без стука, резко, дерзко. Направил автомат на лежащих в постели. Они были голыми, укрыты лёгким покрывалом с огромными красными цветами. Никогда бы не подумал, что в таком возрасте мужики с бабами спят голыми. Они разом потянули одеяло на себя и заорали.

«Ты, что творишь!», «Ну-ка выйди!» и прочую ерунду. Но он был твёрд:

– Отдай, что взял! – приказал он дядьке. – Живо!

– Пошёл вон! Завтра всё получишь! – крикнул тот и тут же, подскочив, схватил ствол автомата, потянул на себя.

Палец на курке непроизвольно сжался, ударный механизм сработал чётко: прозвучал одиночный выстрел. Тётка завизжала, как резанная. Дядька, брызгая кровью, страшно зарычал и почти выдернул автомат из руки, но тут же получил удар ножом. Потом – ещё, ещё, ещё.

– Где мои головы!? Отдай мои головы! – сквозь шум убийства услышал он свой крик.

Тётка попыталась мешать, выла, цепляясь за его руки. Тогда он развернулся к ней:

– Где мои головы?! Он взял у меня три головы! Говори! Убью!

Он полоснул ножом по женскому плечу: – Говори! Где? Убью!

Ударил ещё, потом – в одеяло, которым она прикрывалась. Огромные цветы словно ожили: лепестки налились бардовым, зацвели, раскрылись. Она завыла.

Он схватил её за волосы, приставил нож к горлу: – Куда спрятали головы?

Она захрипела, изо рта пошла окровавленная пена.

С досады он ещё несколько раз ударил её, куда пришлось. Всё равно надо добить. Свидетели ему не нужны.

Двое на жуткой постели стихли. Он заглянул под кровать: нет. Открыл огромный плательный шкаф, разворошил, раскидал одежду. Пусто. В резном комоде – нет ничего.

Он ухмыльнулся. Открыл небольшую дверь, за которой был трон.

Небольшой трон из красного дерева, резной, с завитушками, с затейливым узором. На самом деле это был стилизованный унитаз. Он поднял деревянную крышку, расстегнул ширинку и помочился. Унитаз несколько раз пикнул, моргнул какими-то разноцветными огоньками. Автоматический смыв прозвучал в мёртвой тишине, как Ниагарский водопад.

Убийца застегнулся и… ухмыльнулся. Он уже увидел за высокой деревянной, в стиль трона, ширмой – стеллаж. На стеллаже лежали три его головы.

***

– Товарищ майор, Дмитрий Евграфович,– услышал Демарин в трубке голос старшего лейтенанта Метелина. – У нас двойное убийство. В элитном посёлке, в Каштакском бору, в своём коттедже, в спальне зверски убиты супруги Крайновы. Я с опергруппой на месте, криминалистов оповестил, подъедут. Ждём только вас.

– Хорошо, аккуратно осмотрите пока окрестности коттеджа. Да не затопчите там всё! Буду через сорок минут.

Никогда не получается выспаться. Хотел взять полдня отгула, поваляться в постели с книжкой, не спеша попить кофейку, а тут опять убийство. Ранние побудки по такому поводу – обычное дело для ветерана уголовного розыска. Большинство тяжких преступлений совершается ночью. Сейчас было 8.30 утра, так что – ещё по-божески. Почти выспался. Голова уже вовсю работала, массируемая жгучими струями из душевой лейки.

«Супруги Крайновы, – думал Демарин. – Это серьёзно. Депутат Крайнов, генеральный директор «Челябэнергопродукта», был человеком влиятельным, богатым. Входил в сотню самых богатых людей Челябинской области. Но, в отличие от коллег-богатеев, по характеру не вредный, покладистый, меценат. Всего добился своим умом, профессионализмом. Его любили, уважали. Грабёж? Разборки в стиле 90-х? Рейдерский захват? Или – бытовуха?».

Дмитрий Евграфович Демарин (а для многих в отделе просто – ДЕД) знал, и ценил эту особенность своего мозга: думать как бы в двух плоскостях. Он наливал себе чай, резал бутерброды, собирался, спустился к машине ехал почти через весь Челябинск, а голова думала, перебирая все факты, когда-либо слышанные о Крайновых.

«Жаль, что тополя посрезали, – отмечал майор, оценивая в автомобильное окно шоссе Металлургов, улицу Румянцева, Богдана Хмельницкого, пересекающие Металлургический район, – раньше было много зелени, улицы казались уютнее. И, что за мода у нынешних городских властей кромсать зелень? Большие деревья – это всегда красиво, а в челябинской экологии ещё и необходимо. Жизненно необходимо».

И в это же время где-то на подкорке перелистывались страницы биографии Крайновых: «оба во втором браке. У неё – сын, у него – дочь. Общих детей нет. Нынешняя супруга – Тамара Крайнова – тоже не бедная женщина, не чучундра с надутыми губами, а владелица салонов красоты, магазинов. Оба – акционеры крупных предприятий. Конечно, в доме могли быть солидные суммы денег, драгоценности. Но и бизнес-убийство со счетов сбрасывать нельзя. Сфера энергетики криминально наэлектризована, чуть что…».

Запах согревающейся хвои окутал остановившийся автомобиль. Сквозь высокие зелёные кроны корабельных сосен уже уверенно били яркие лучи солнца. Они не были ещё горячими, но день обещал быть жарким.

Следователь обратил внимание на то, что при въезде в элитный посёлок, на высоком заборе и воротах коттеджа, на самом доме были установлены видеокамеры. «Надеюсь, они нам помогут», – отметил он про себя.

Старший лейтенант Метелин спустился со ступеней навстречу. Они пожали друг другу руки и, молча, пошли в дом.

****

Место убийства было ещё тёплым. Казалось, кровавая резня произошла только что, не больше часа назад. Утренний ветер, залетая в окно спальни, чуть шевелил волосы на головах убитых.