Чтение онлайн

– Но вы не сразу пошли к ней?

– А, да! Я положил вещи и побежал в магазин. Взял там коньяк, лимончик, конфетки, ещё чего-то…. Короче, пришёл к ней, она обрадовалась встрече. Разглядывала мои подарки её шефу, оказывается, он любитель антиквариата, у него весь дом холодным оружием увешан. Ну, выпили по рюмочке, долькой лимона закусил (тем же штыком его порезал), чтобы запаху спиртного не было и, как накаркал: только приобнял Лизавету, шеф звонит, мол, забирай нас с трубного. Что делать? Мы – народ подневольный, ещё конфетку съел, лимоном зажевал и побежал вниз, к машине, поехал на завод.

– А, как вы узнали про алмазы?

– Так она мне сама их показала, дура. Но, не тогда, когда днём с ней встретился, а уже, когда шефа привёз – сразу к ней. Она говорит: погоди, мне сперва надо с Николаем Александровичем дела сделать, потом с тобой посидим. А ночью ей улетать. Я, как бы шутя, пристал, спрашиваю: какие дела у тебя с этим стариком? Охмуряешь его? Она засмеялась, обозвала меня Отелло, и достаёт плотный такой конверт, жёлтый. Открыла и высыпала на стол горсть камней. Аж дух захватило от такой красоты. Потом у неё зазвонил телефон, она сказала: «Иду». Всё собрала обратно в конверт, провела сверху пальцами, он и запечатался. Пошли, говорит, покажи, в каком номере Докшин остановился. Сейчас ему всё отдам, и уж потом посидим до моего отъезда.

Когда мы вышли из её номера, встретили Корнеева, он в магазин побежал, спросил: не купить ли чего, подмигнул мне и пошёл. Я Лизе показал номер шефа и остался в коридоре. Те алмазы у меня прямо в глазах стояли!

– Вышла она от Докшина уже с другим пакетом…?

– Да, я сразу догадался, что там деньги. Ну, мы вернулись к ней, ещё маленько выпили. Я, конечно, пристал: сколько же стоят те алмазы? Интересно же. Она маленько пожеманилась, а потом говорит: двадцать два миллиона рублей. Я аж поперхнулся! И чё, говорю, вот в этом небольшом пакете целых двадцать два миллиона рублей? Она смеётся, мол, не сотенными же купюрами. Толщина банковской пачки 5-тысячных в 100 купюр – всего 12 миллиметров, а вес – 100 грамм. То есть, один миллион весит 200 грамм, а толщиной – где-то два с половиной сантиметра, 10 миллионов – 25 сантиметров. Так что, её сумочка в два с небольшим кг – вполне идёт, как ручная кладь.

– Это она вам все габариты так подробно рассказывала?

– Да, прямо распалила меня! Вот сама виновата. Нет, я не хотел её убивать, говорю: давай лучше с такими деньгами смоемся. Сперва в Казахстан уедем, а оттуда – в любую страну, не отследят. Она смеётся, говорит: если не перестанешь, Докшину расскажу, с какими предложениями ты ко мне подкатываешь. Он тебя пинком под зад с комбината. Ну, меня аж затрясло от такого. А кинжал-то тут же лежал, на столе, я им лимон резал же…. Ну, схватил его, ударил. Она упала. Смотрю – замертво. Хороший штык попался, умелый, видать, много народу на своём веку переколол. Ну, стёр я отпечатки свои с фужера, деньги забрал, блюдо старинное со штыком и тихонько ушёл. Ни в коридоре, нигде меня никто не видел. Думаю: Докшин её не хватится, номер у неё вперёд оплачен, а мы завтра в Магнитку уедем, когда её найдут, уже всё шито-крыто будет. Но не хотел я её убивать, гражданин следователь, не преднамеренно….

– Всё понятно, Мареев, подпишите протокол допроса, по второму убийству продолжим позднее.

************

– Итак, – продолжил допрос после обеденного перерыва Дмитрий Демарин. От утреннего допроса он вымотался психологически, каждый раз говоря себе: «лучше бы вагоны разгружал». Но, отдохнув, съездив домой, перекусив, восстановился. Да и понимал уже, что подследственный А.И. Мареев раскололся, теперь пойдёт, как по маслу. Потому сразу, по-деловому, преступил к делу. – Вы показали, что вам стало известно о преступной группе, участниками которой являются Н.А. Докшин и Е.Н. Конькова, которые занимались незаконным оборотом драгоценных камней в особо крупном размере. Так?

– Так, так точно, – Мареев охотно закивал, понимая, что сокращает себе срок.

– Вы готовы выступить свидетелем в суде по этому делу?

– Готов.

– Хорошо. Это будет отмечено в протоколе отдельно. Теперь вернёмся к убийству гражданина Корнеева. Подследственный Докшин показал, что вы должны были проводить его до такси. Корнеев вышел из проходной, что было дальше?

– Мы решили не вызывать случайное такси, а поехать на автовокзал к «Юности», там всегда стоят рэксы, ну, таксисты, приглядеться, договориться подешевле. У Корнеева зарплата, конечно, поболее моей, но копеечку тоже прижать не дурак. Ну, поехали, мне-то всё веселей, чем у проходной торчать. Он на переднее пассажирское сидение сел и «дипломат» свой открыл, давай чего-то там бумаги перебирать, а я вижу – конверт знакомый, жёлтый. «Чего это за конвертик такой?», – спрашиваю. А он: «Докшин дал. Там документы только для служебного пользования, велел в секретный отдел передать». Но я-то понял, что Докшин решил улику от себя убрать. Смекнул про себя и молчу, дальше еду.

Потом говорю Корнееву, мол, звонил тут приятель с нашего автопарка он сейчас в Пласте, тоже какие-то бумаги на «Южуралзолото» привёз. Часа через полтора-два назад в Магнитку покатит. Давай, говорю, я тебя до Пласта домчу. Докшину я пока не нужен, бензин казённый, прокатимся с ветерком. А Серёга, ну, водитель наш, тебя на комбинат прямиком и отвезёт. И деньги сэкономишь, и человек свой, надёжный, комбинатовский. Корнеев, ясное дело, согласился.

– То есть, к вокзалу вы не поехали, а сразу развернулись и поехали в сторону Пласта? Но почему не по трассе М36, через Южноуральск? Как вы оказались возле Полетаево?

– Так я ж и не собирался туда ехать, выдумал я про звонок-то, да про Серёгу….

– Ну, это я понял….

– Вот, а тут когда сидел в машине перед проходной, прочитал в телефоне, в интернете, что под Челябинском, как раз по М5, недалеко от Полетаево есть какой-то развлекательный комплекс, что ли…. Короче, лаек там держит местный предприниматель, страусов каких-то, и в интернете, кажется, в Фейсбуке его ругали, что он трупы умерших животных прямо в лесу в этом бросает. А он отвечает, что лисам и енотам тоже что-то жрать надо. Вот я и подумал, что коли у него дикий зверь прикормлен на трупы, так с Корнеевым мне и возни меньше. Первым делом ведь лицо сгрызут, руки – поди опознай. Да и район другой, по другим сводкам труп прошёл бы – враз не сыскали бы. Вот и сказал Корнееву, что по М5 поедем, через Варламово его подброшу. Он на радостях баночку пивка взял, едет, попивает, радуется, что шесть тысяч сэкономил. Дурак.

– Недолюбливали вы Корнеева?

– А, чего мне его любить? Он – образованный, важный. Говорил, что Докшин скоро на пенсию уйдёт, а он на его место встанет, что я к нему по наследству перейду. Он ещё и насмехался, что видел меня с Лизаветой, намекал: не я ли её убил? Хотя и шутейно, но грозился донести. Смеялся, что я ему теперь век отрабатывать должен, потому что он меня не сдал. Нашёл себе крепостного. А сам-то такой же человек, как все. Пива напился, запросил притормозить, в лесок заскочить. А мне только этого и надо было. Свернул я на лесную дорожку, остановился на полянке за деревьями. Он выскочил, в кусты побежал, я пошёл за ним…. Кинжал, понятно, прихватил.

– Сколько ножевых ранений вы нанесли?

– Одно. Один раз всего и ударил. С маху так, в горло – бац! Он глаза выпучил, пробулькал что-то и рухнул. Я ж говорю: штык – молодец. От автоматической винтовки Спиридонова, 1936 года. Думаю, в 1937-м немало врагов народа от него полегло.

– Не отвлекайтесь, Мареев. Рассказывайте дальше.

– А, что рассказывать? Ну, снял я с него часики, деньги из бумажника вынул, его самого в овражек спихнул, а неподалёку дёрн вскрыл, штык туда спрятал и часы, а, чтобы место приметнее было, костерок из его же бумаг и всяких сучьев развёл. Жёлтый конверт с алмазами, ясное дело, вынул, пошёл к машине. Это вы правильно догадались: в армии на скоростной шиномонтаж нас гоняли нещадно. Разбортовал я запаску, положил туда и деньги Лизкины, и брюлики, забортовал, положил на место. Всё честь по чести. Костерок тот уже догорал, я его притоптал. И назад поехал, к проходной. А! «Дипломат» корнеевский с лопатником по дороге в мусорку выкинул.

– Скажите, Мареев, а не жалко вам было и Конькову, и Корнеева…?

– Так они ж сами меня довели. Я ж в состоянии аффект был. Довели меня….

– Ну, эта ваша позиция мне понятна. Убийца не вы, убийство совершил штык АВС.

– Вот-вот! Точно!

– Скажите, Мареев, так, не для протокола. А Докшина вы тоже намеревались убить?

– Ну, да. Ехать-то пришлось бы ночью, после ресторана. Туда же и заехал бы, к Корнееву. Мне же его часы и штык антикварный забрать надо было. Грохнул бы Докшина – и в Казахстан. К чему мне лишний свидетель, да, похоже, он тоже догадывался про меня и Конькову. Ну, и у него на кармане тоже всегда тыщь 50 лежит, это мне на мелкие расходы. А границу переехал бы, тачку комбинатовскую где-нибудь в ауле скинул бы, документики новые выправил бы и – поминай, как звали. Когда 22 лимона в рублях, да столько же в алмазах – везде гость желанный. Я тут в машине сидел, шефа ждал, на калькуляторе прикинул, что в долларах 22 миллиона рублей будет – 366 666, 66666666. Ну, я это грубо на 60 поделил. Хороший дом в Штатах купить можно.