Чтение онлайн

Аж вздрагиваю от такого обращения и улыбочки новенькой.

– Я тебя с твоей сотрудницей хочу познакомить, а то с первого раза у вас не задалось. Элина эколог, у нее куча патентов и всякой такой ерунды, в которой ты сам шаришь. От себя могу добавить, что Элина милая и красивая.

– Это она «оргазмическая»? – Москва кивает на Акулёныша. – Выглядит так, будто вот-вот развалится. Простите.

Милая? Приподнимаю бровь.

– Платон Игоревич, – поправляю. – Егор, я на работе.

Сегодня жутко опаздывал забрать посылку у курьера, а эта дурочка демонстративно вытирала пальцы салфетками и бросала высокомерные взгляды. Курьер прилетел из Японии и через три часа должен был выехать в Новосиб. Едва на ногах стоял.

Брат пожимает плечами:

– А давай сегодня и проверим: развалится или нет. Как насчет парного заезда?

– Я еще подвеску не докрутил.

– Лучше бы докрутить, – встревает Элина.

Прищуриваюсь и усилием воли перевожу глаза на Акулёныша. Приятно смотреть на приятное, это успокаивает. Парни выходят из кафе и направляются трудиться. Я прихожу в себя. Время.

Москва стоит рядом и слушает. Слепая зона, которая появилась в моей жизни.

Непростительная ошибка. Знал бы, что столица так рьяно влезет, – нашел бы четверых спецов по защите окружающей среды. Но своих, знакомых.

– А ты зачем приехал? – спрашиваю Егора.

– Ты забрал? Ну, посылку.

– Точно. Еле успел сегодня. Рубанов бегом-бегом, сам знаешь его туры. – Я поворачиваюсь к Москве: – Можно пообедать и выпить кофе, – киваю на «Упавшие шишки», неплохое кафе с бизнес-ланчами. – Не спешите.

– Я не голодна, – улыбается Одинцова. С места не двигается, наблюдает.

Капец какая наглая.

– Покажи, твою мать. Прости, Элин, – сокрушается Егор. – Терпения нет никакого. Я ждал этот день два месяца.

Открываю багажник. Брат подходит и заглядывает, восторженно застывает.

– Я щас заплачу, – шепчет.

– Давай, – разрешаю я. – Погромче.

– Это… руль? – спрашивает Москва. – В-вау.

Надеюсь, это она заикается. Мало того что дурочка, еще и болезная.

Егор быстро поясняет, что точно такой же руль в прошлом году был у чемпиона мира, называет имя, машину. Запчасть крайне редкая, и на то, чтобы вытащить ее из Японии, ушло много времени, сил и нервов.

– Дорогая, наверное? – интересуется Элина. Стреляет глазами в меня.

Егор достает руль, рассматривает.

– Не то слово. Я заберу? Не терпится примерить.

Киваю.

– Мне пора, сегодня день битком. Позже обсудим.

– Ты опять ночевал в гараже, что ли? – хмурится брат. – Выглядишь помятым.

– Потом, – повторяю я.

– Я так понимаю, вы разбираетесь в транспорте, – громко говорит Москва. – Не поможете машину выбрать? Можно с обычным рулем и подушкой безопасности.

Фразы «На это нет времени» и «С радостью» проговариваем хором. Угадайте, кто какую.

Вот она – слепая зона. Я реагирую мгновенно и в упор смотрю на Егора.

Эля

«Доброе утро, енотик».

«Ты проснулась или нет?»

«Эля, я ненавижу разницу во времени, хватит дрыхнуть, имей совесть!»

Прочитав гору сообщений от Киры, сладко потягиваюсь. Третья ночь в географическом центре страны – полет нормальный. Вчера я ложилась спать с мыслью, что ни за что не усну до рассвета, всплакнула от одиночества и отрубилась через две секунды.

Начинаю отвечать, и Кира перезванивает.

– Ну как ты? – торопит. – У меня пять минут на кофе-брейк.

– В кровати пока что, – улыбаюсь. – У нас шесть утра, малышка.

– Шесть утра?! А у нас не пять часов разницы? Прости! Ты не могла переехать куда-нибудь в Ростов? Я путаюсь.

– Взаимно. То же самое.

С Кирой мы дружим со школы, и ничто на свете не способно нас разлучить, хотя общих тем должно быть немного: я ударилась в науку, Кира – врач-гинеколог. Еще в нашем чате есть дизайнер Василиса, и вместе мы – «Худеющие еноты». Еноты, потому что полоскуны, то есть чистюли и сплетницы, в зависимости от контекста, а худеющие – потому что женщины.

– Рассказывай, как первый рабочий день. С кем познакомилась? Как руководство, коллеги?

Морщусь при мысли о Смолине. Я терпеть не могу нервных мужиков, родился с членом – уж будь добр, веди себя адекватно. А вот брат у него хороший, сразу видно, что младший и любовью не обделенный. Мы пообедали, поболтали. Егор был ужасно мил, когда согласился помочь с покупкой авто, затребовав за это свидание.

Пересказывая Кире новости, поднимаюсь с кровати и подхожу к окну. Сибирское солнышко скромно печет, превращая серый снег в черную грязь и моря-лужи. Стоит поспешить с приобретением личного транспорта.

– Та-а-ак. Свидание? Ты два дня в городе! Мне уже нравятся красноярские мужики. Он, поди, за тебя и в ресторане заплатит. Сам.

Я усмехаюсь. Ох уж этот неунывающий патриархат – чем глубже в страну, тем его больше.

– У Смолиных здесь бизнес. Несколько автосервисов, магазинов автозапчастей, плюс они довольно серьезно занимаются гонками, – продолжаю рассказывать. – Это я уже вчера нагуглила сама. Они даже в Японию ездили на соревнования, представляешь? Местные звезды.

Не пойму, правда, никак, зачем в науку лезут. Что-то тут нечисто. Но эти мысли Кире не озвучиваю.

– Слушай, я за тебя рада, конечно. Но точно ли уместно встречаться с братом босса? Не ту мач?

– Пф, разумеется, я не планирую спать с Егором! Если мы пару раз поужинаем, ничего не случится. Мне же нужно обрасти хоть какими-то знакомыми! И расспросить про старшего братца. Остальная публика не спешит дружить, знаешь ли.

– Расспросить про старшего братца? Который с тобой даже не поздоровался? Элин… – Кира делает паузу. – Поклянись, что ты не принялась за старое.

Щеки вспыхивают от возмущения. И прежде чем я успеваю высказаться, она продолжает:

– Спортсмен и босс с болезненным эго и нарциссическими чертами, который тебя ни во что не ставит и откровенно грубит. Ничего не напоминает?

– Кира, ты с ума сошла? Это в прошлом. Смолин-старший мне не понравился совсем, но с этим грантом реально что-то не то. Это важная в масштабах страны разработка, понимаешь?

– Прости. Не хотела обидеть. Просто…

– Да ты не обидела.

Была у меня, так скажем, проблемка, которую я решала на сессиях с психологом. Выцепить из толпы самого высокомерного мужика с тревожным типом привязанности, не способного на настоящие отношения, и втрескаться по уши. Из кожи вон вылезти, стараясь ему понравиться, а потом страдать: ну почему не полюбил, я же такая умничка! Тимур. Бр-р-р. Ни за что больше. Именно Кира была рядом, когда я приходила в себя после разрыва, так что ее страхи понятны.