Чтение онлайн

— Аркадий, тебя прапор зовёт. Подробностей не знаю. И, будь добр, приведи форму в порядок, а то он опять орать начнёт!

Белов вышел из комнаты, бросив недовольный взгляд на Петю. Как только они остались наедине, Самсонов сел рядом с Васей и сказал:

— Так, мне надо переброситься с вами парой слов. Рита, как состояние?

Она кивнула с улыбкой на лице. Этот поединок неплохо поднял ей настроение, и от тоски, мучившей её до этого не осталось и следа.

— Рад что ты потихоньку приходишь в норму. Знаете, я заметил, что тот ваш друг-трутень не заходил к вам уже две недели и хотел обсудить этот вопрос. Чтоб вы знали, я тоже прошел через это: в детстве у меня был лучший друг, который стал трутнем. Помню я очень сильно обрадовался, когда узнал: мы думали, что это никак не повлияет на нашу дружбу, и что он будет мне всячески помогать и выручать «сверху». Однако жизнь сильно отличается от грёз. Меня забрали на службу, у него появились свои дела и вот мы не общаемся уже около двух лет. И этот случай не единственный. Как только человек становиться трутнем, то он попадает на новый уровень, оставляя все, что было до этого позади. Трутни общаются и дружат друг с другом, а до нас, простых рабочих, им нет никакого дела — мы ведь все тупые ничего не понимаем… — он сделал многозначительную паузу, — вот и я предлагаю оставить вашего друга в прошлом. У него впереди своя жизнь, а у вас своя.

Ребятам не хотелось соглашаться со словами Самсонова, но, похоже, он всё-таки был прав. Да и смотря правде в глаза: на данный момент с Беловым, Самсоновым и другими сослуживцами они провели гораздо больше времени, чем с Ваней.

— Мне хочется надеется на лучшее, — сказал Вася, — но в твоих словах есть доля истины. Во время нашей последней встречи он сказал, что пробрался «на самый верх», а его глаза светились от счастья. Возможно, там он нашёл общество получше, чем наша компания.

— Ха, на самый верх, значит… — в голосе Самсонова читалось недовольство и презрение, — а знаете, как трутни управляют городом?

Все замотали головой.

— Именно, никто из простых рабочих, таких как мы, не знает, — он перешёл на шёпот, — надеюсь то, что я сейчас скажу останется строго между нами! Нам с детства навязывают, что трутни умные и им всё виднее, но знаете кто разрабатывает учебную программу? Трутни! Они говорят нам подчиняться, но сами все свои дела проворачивают втихаря! Рабочие для них — это лишь безмолвная масса, которая должна выполнять приказы и подчиняться. Но надежда есть: буквально две недели назад в интернете появился один очень амбициозный человек, который решил в открытую бросить вызов трутням! Он запустил проект «Новый рой» и с каждым днём его поддержка растёт. Вы — люди надежные, поэтому, если хотите, я могу посвятить вас в детали, но знайте, что назад дороги уже не будет. Можете подойти ко мне в любой момент, а пока, думайте. И, ещё раз, ни слова офицерам! А то я попаду под трибунал, а вместе со мной на дно пойдёте и вы. Ясно?

Они могли только кивнуть в ответ, но этого было достаточно. Самсонов поднялся и поспешно вышел из комнаты, оставив ребят размышлять над услышанным.

Прямо во двор его небольшого участка приземлилось такси специального назначения: «в ноль» затонированные стёкла, пуленепробиваемые листы в обшивке и ещё целый ворох разнообразных систем безопасности. Всё это было сделано для того, чтобы защитить ценного пассажира и оставить его личность анонимной. Ваня поправил свой черный галстук, надел черную маску с белой цифрой «8» на лбу и сел на заднее сидение машины. Беспилотный автомобиль взлетел в воздух и поднялся на четвертый, служебный уровень, воздушного движения.

Иметь личный автотранспорт в Городе Чести было запрещено — такой запрет был продиктован высочайшем уровнем опасности на дороге, в связи с широким распространением летающих автомобилей, и стремительно увеличивающимися скоростями. Всеми машинами управляла автоматика, а в случае её внезапного отказа контроль над автомобилем мог взять таксист — опытный водитель, обученный выбираться из любых, даже безвыходных ситуаций. Всего в городе было пять уровней дорожного движения: один наземный, для подзарядки аккумуляторов, и четыре воздушных. Самый верхний уровень был предназначен только для служебного и экстренного транспорта, дабы городские службы могли без задержек добраться в любую точку города.

Ваню привезли прямо во двор большого двухэтажного особняка, окруженного небольшим садиком. Поднявшись по ступенькам к двери, он обернулся и с грустью посмотрел на лабиринт из живой изгороди, в сердце которого тихо журчал маленький фонтан. Лакей в такой же, но абсолютно белой маске, открыл ему тяжелую парадную дверь.

В большом мраморном зале с мозаичным черно-белым полом Ваня пересёкся с девушкой, на лбу которой красовалась цифра «4».

— Восьмой! — сказала она, — ждём только тебя. Приходи в зал, как будешь готов, там уже все собрались.

Четвертая поднялась по лестнице и скрылась за одной из дверей. Ване же потребовалась ещё пара минут, чтобы привести мысли в порядок и разложить их по полочкам у себя в голове. Медленно, погружаясь в глубокие раздумья на каждой ступеньке, он поднялся по лестнице и вошёл в ту же дверь, куда пять минут назад нырнула девушка.

Посреди небольшого зала стоял огромный круглый стол, окруженный восемью креслами, шесть из которых уже были заняты людьми в чёрных масках. Под их пронзающими взглядами Ваня занял одно из свободных мест, и теперь не хватало лишь Седьмого номера. Молодой мужчина в золотой маске, стоявший до этого момента в тени, подошёл к большому окну, задернул тяжелые красные шторы и обратился к присутствующим:

— По традиции, прежде, чем начнётся заседание городского совета я хочу напомнить вам кредо Масок. Первое — жизнь Города важнее жизни отдельного человека. Второе — друг для друга вы — лишь маска. Никаких имён, никакой личной информации — всё для того, чтобы личные чувства друг к другу не оказали влияния на ваши решения. Третье, единственное правило, действующие во всех городах на Марсе — помните о трагедии Старого Мира. Земля исчезла по вине людей и их «Великого технологического чуда», поэтому Марс не должен повторить её судьбу. Улучшайте качество жизни людей, развивайте систему обороны, но дальше Города смотреть не стоит. И последнее — слова, сказанные в этом особняке не должны выходить за его пределы. Нарушение любого из этих четырёх правил карается немедленным исключением из Масок. Совет объявляется открытым.

Он поклонился и вышел из зала, плотно закрыв за собой дверь. Все семеро соблюдали строгий дресс код: классический костюм с чёрным галстуком, поэтому посмотрев на них, можно было определить лишь пол: городской совет состоял из пятерых мужчин и двух дам.

— Уже две недели в неполном составе… — сказал Третий номер.

— Да… — ответил ему Пятый, — Если среди рабочих желающих управлять городом найдется с лихвой, то вот среди трутней таких смельчаков мало. Очень мало, в основном амбициозная молодежь. Но ничего, рано или поздно, но кто-нибудь да найдётся.

— Предлагаю начинать, — сказал Ваня.

— Согласна, — поддержала его Четвёртая, — Как всегда, давайте начнём с новостей. За три дня с момента нашей последней встречи произошло всего-лишь одно событие, достойное нашего внимания: вчерашний полицейский рейд на бар «Красный Трепет» в районе Жертвенников. После начала движения «Новый рой», там довольно сильно возросли революционные настроения. Вскоре до полиции дошли слухи о том, что Жертвенники организовали террористическую ячейку, которая стоит за недавним налётом на метро и готовит ряд нападений на других трутней. За три дня, полиции, во главе с молодым следователем, удалось собрать все нужные доказательства и полностью её ликвидировать.

— Как эту новость преподнесли рабочим?

— Сообщили, что уничтожили группу террористов-анархистов, но о их связи с «Новым Роем» было решено умолчать. В результате, общественное настроение осталось на том же уровне. Нас устраивает этот результат?

Все члены совета подняли руки.

— Я так понимаю, мы плавно перетекаем к основной повестке сегодняшнего дня, — сказал Шестой, — проект «Новый Рой». У кого-нибудь есть новые идеи по этому поводу?

— Я по-прежнему считаю верным решение игнорировать его и не давать никаких комментариев со стороны трутней, — сказал Ваня, — за эти две недели нам удалось получить чёткую картину тех, кто поддерживает этот проект в интернете: в основном это либо обиженная молодежь, которая рассчитывала стать трутнями, а потерпев неудачу и загремев в армию обиделась на систему; либо же Жертвенники и другие отбросы общества. Все остальные взрослые люди реагируют на это движение, как правило, нейтрально.