Слишком необузданные
Шрифт:
Ее дом стал убежищем, в то время как мой превратился в сущий ад. Даже Роуди в те редкие моменты, когда он бывал дома, поддерживал меня и был терпеливее, чем мой собственный отец.
Роуди. Робин. Ривер. Рейвен.
В последние два года учебы в старшей школе я бы убил за другое имя. Любое, лишь бы начиналось на «Р». Только чтобы я мог сбежать из своего дома и принадлежать им.
— Еще одно объятие. — Робин помахала мне рукой, поднимаясь с кровати, на которой я сидел, и притянула к себе. — Береги себя.
— Держись подальше от неприятностей.
— Эй, это моя фраза. — Она отпустила меня. — Я принесу документы о выписке. Подожди немного.
Я наклонился и поцеловал ее в щеку, затем подождал, пока она выйдет из комнаты.
Марианна, нахмурившись, смотрела на мою повязку.
— Позже. — Мы разберемся с последствиями этой травмы позже.
В тот момент я надеялся, что мое тело справится само, и через несколько дней я буду как новенький. Такое случалось и раньше. Конечно, я был моложе, но был шанс, что это пройдет.
Мы подождали, пока Робин не вернулась с несколькими распечатками и инструкциями по уходу. Затем я попрощался в последний раз и вышел из отделения неотложной помощи, Марианна последовала за мной.
Пока мы шли, она достала из кармана свой телефон.
Экран заполнился уведомлениями.
— Что происходит?
— Это во всех социальных сетях.
— Супер. — Ад. Шумиха в социальных сетях — это именно то, в чем мы не нуждались. Это означает интервью. Без сомнения, Сидни захочет извлечь выгоду из этой ситуации — при условии, что она будет хорошей.
Я протиснулся через двери в зал ожидания.
— Крю, — голос Уэстона замедлил мои шаги. Он, вместе с папой и Ридом, все поднялись со стульев у окон зала ожидания.
— Привет. Вам, ребята, не нужно было приходить сюда.
— А где же нам еще быть? — Уэстон дернул подбородком в сторону повязки. — Что сказал доктор?
После моего краткого рассказа Рид глубоко вздохнул.
— Значит, ничего серьезного. Это отличная новость.
Марианна напряглась, но промолчала. Она была со мной достаточно долго, чтобы понимать, что я не собираюсь делиться подробностями о своем плече и прошлых травмах ни с кем, включая мою семью. Это было известно только узкому кругу лиц.
— Мне жаль. — Рука отца легла на мое здоровое плечо. — Из-за растяжения. И всего остального.
— Не беспокойся об этом. — Я стряхнул его прикосновение и направился к дверям.
Но не успел я сделать и шага по парковке, как щелкнула камера, и ко мне подбежал мужчина.
— Мистер Мэдиган, как у вас дела? Как обстоят дела с вашей травмой?
Репортер. Ситуация становилась все хуже.
— Отойди. — Уэстон встал между мной и репортером, но тот просто отодвинулся, перегнувшись через моего брата.
— Вы сможете участвовать в соревнованиях в этом году? — спросил он.
— С плечом все в порядке, — солгал я. — Отдохну денек-другой, а потом вернусь.
— Что случилось на том подъемнике?
Он мог бы посмотреть видео на Ютубе, чтобы узнать ответ на этот вопрос.
— Пошли, — сказал я Марианне, ускоряя шаг и направляясь к своему «Мерседесу».
— Крю, подожди. — Рид подбежал ко мне. — Если здесь есть репортеры, то и в холле отеля они вероятно тоже есть. Ты помнишь, что вход для сотрудников через заднюю дверь? В прошлом году мы установили там клавиатуру. Я пришлю тебе код.
— Спасибо.
Марианна нажала кнопку, чтобы мы могли забраться внутрь.
Репортер появился прямо перед моим окном, подняв камеру. Мудак.
— Поезжай, — приказал я.
Марианна повиновалась и быстро выехала со стоянки.
Мы молча ехали по извилистой дороге в гору, она была сосредоточена на дороге, а я дышал, превозмогая боль в плече. Врач не выписал мне никаких обезболивающих в отделении неотложной помощи, а мой пузырек ибупрофена в отеле был почти пуст.
Марианна последовала моим указаниям и направилась к служебному входу, припарковавшись поближе к двери. Солнце уже начало клониться к закату, и повсюду были люди. Скорее всего, они собрались здесь на сегодняшнюю церемонию открытия.
— Ты слишком упрямый, — сказала она, нарушив молчание.
Чтобы быть лучшим, нужно быть упрямым. Так что да, я упрям.
И я не собирался останавливаться, как бы моя ассистентка ни уговаривала меня сбавить обороты.
— Увидимся утром, — сказал я, открывая дверь. — Во сколько ты хочешь встретиться?
— В восемь.
— Спокойной ночи, — пожелал я, вылезая из машины. Затем направился к двери, набирая код, который прислал мне Рид.
Когда я поднялся на третий этаж, на лестнице было тихо и пусто. Так ли Рейвен попадала в здание? Придет ли она сегодня вечером?
Я пожалел, что мы расстались раньше. Возможно, она как и Марианна разозлилась на мою выходку. Но я не знал, что еще можно было сделать. Все произошло так быстро, и я просто… среагировал.
Все кричали, чтобы я прыгал. Лыжный патруль пытался собрать подушку. Но я знал эту гору. Я знал, что происходит, когда ты падаешь с высоты 9 метров на относительно пологий склон.
Кости ломаются.
Поэтому я решил рискнуть, надеясь, что моя хватка выдержит, пока подъемник не окажется там, где, как я знал, склон круче, а спуск короче.
Когда я поднялся на третий этаж, у меня в кармане зазвонил телефон. Я открыл дверь на лестничную клетку, чтобы убедиться, что за дверью моего номера никого нет, и, обнаружив, что коридор пуст, ответил на звонок своего менеджера.
— Льюис.
— О чем, черт возьми, ты думал?
Я вздохнул, доставая ключ-карту и открывая свою дверь.
— Я думал: «Лучше я, чем этот парень».
— Кому какое дело до какого-то парня?
Сердце Льюиса было немного меньше, чем у Сидни.
— Я не собираюсь это обсуждать. Дело сделано. Проехали.
— Есть травмы?
— Ничего серьезного, — солгал я.
— Черт возьми, Крю. — Он фыркнул. — Я должен был быть там. Я сказал Марианне, что прилечу и буду там, но она сказала, что это просто фотосессия. Что с тобой Сидни. Но я должен был быть там.
Чтобы держать меня на поводке.
Льюис занимался деловыми аспектами моей карьеры. Его обязанности часто совмещались с обязанностями Марианны, иногда с обязанностями Сидни, поэтому один из них часто предпочитал пропускать определенные мероприятия, если рядом были двое других. Льюис переложил промоушен и спонсорские мероприятия на Сид. Она приходила только на соревнования, которые показывали по «Эй-Эс-Пи-Эн», в то время как Льюис посещал их все. И Марианна всегда была со мной, в основном потому, что Льюис считал ее достойной нянькой.