Чтение онлайн

Без сомнения, после того, как он повесит трубку, он позвонит ей и прочитает нотацию. Если он заденет ее чувства или возложит вину на нее, мы поругаемся.

— Это было мое решение, — сказал я. — Моё. И это не конец света, так что мы можем просто забыть об этом и расслабиться?

— Забыть об этом? Расслабься? Ты становишься вирусным. Эти видео с тобой повсюду. В СМИ. В наших новостях. В общенациональных новостях.

Нет. Я подавил стон.

— И что?

— Мы должны отреагировать.

— Тогда позвони Эрин и сделай заявление. — Именно для этого у меня был публицист, не так ли? Чтобы делать заявления? Эрин также время от времени давала Марианне указания в социальных сетях, но по большей части работа Эрин заключалась в том, чтобы продвигать хорошую прессу и преуменьшать значение плохой. Я еще не был уверен, к какой категории относится эта ситуация. К хорошей же, да? Я спас этого ребенка от падения.

— Мы знаем, собирается ли парень подавать в суд? — спросил Льюис.

— За что, черт возьми, он может подать на меня в суд? — Я опустился на диван в номере, жалея, что не проигнорировал этот звонок.

— За что угодно.

— Ну, тогда, я думаю, хорошо, что большая часть этого происшествия есть на Ютубе, учитывая, что я усадил того парня в кабинку.

— А как же курорт? Ты что-нибудь слышал от них?

— Ты беспокоишься, что моя семья подаст на меня в суд?

— Да.

— Невероятно. — Зажав телефон между ухом и плечом, я наклонился, чтобы здоровой рукой развязать шнурки на ботинках. Я сбросил каждый с глухим стуком.

Мне было слишком жарко, так как я был одет для катания. Я не стал снимать свои зимние штаны в больнице, потому что под ними на мне был только базовый слой, который был довольно плотным, особенно на заднице и бедрах. Но теперь я был один, так что я встал и расстегнул свои лыжные штаны, сбросив их на пол к ботинкам. Затем я снял шерстяные носки.

— Я напишу Эрин. Нам нужно действовать на опережение. Я позвоню твоему адвокату.

— Как скажешь. Я заканчиваю этот разговор, — сказал я. — Сделай заявление. Или не делай. На самом деле мне наплевать. Я поговорю с тобой, когда вернусь домой.

— Крю…

Я закончил разговор и снова опустился на диван, отбросив телефон в сторону. Он завибрировал от входящего звонка.

Это был не первый раз, когда я вешал трубку разговаривая с Льюисом. Это был не первый раз, когда он сразу же перезванивал.

Вздохнув, я откинул голову на спинку дивана.

— Черт возьми.

Как там парнишка? Кто-нибудь его осматривал? Я забыл спросить папу в больнице.

Я уже собирался взять телефон, когда раздался стук в дверь, поэтому я вскочил на ноги и пошел открывать Риду.

— Мой менеджер уверен, что ты собираешься подать в суд, — сказал я ему, когда он вошел внутрь.

Рид усмехнулся, усаживаясь на тот же стул, на котором он сидел на прошлой неделе, когда посещал мой номер.

— Он ведь знает, что мы братья, верно?

— Льюис никому не доверяет, особенно родным братьям и сестрам. — Я снова устроился на диване, сдерживая дрожь. Проявление какой-либо боли означало вопросы. А я был не в настроении отвечать на них. — Как себя чувствует парнишка из кабинки?

— С ним все в порядке. Перед тем как приехать в больницу, я встретился с ним и его родителями. Они также беспокоятся, что мы подадим на них в суд. Может, дело во мне? Я что, излучаю вибрации «Судебные разбирательства»?

Я ухмыльнулся.

— Держу пари, это его последняя попытка встать на лыжи.

— Что ж, если он попытается снова, будем надеяться, что он отправится в Аспен или Вейл.

— Тебе не нужно было заходить. Я в порядке. Я знаю, что у тебя сегодня много дел по подготовке к церемонии открытия. — В четверг за ужином у Уэстона Рид и Ава целый час обсуждали свои планы на это мероприятие.

Рид наклонился вперед, упершись локтями в колени.

— Послушай, ты ранен. Ты не сможешь кататься по крайней мере неделю. Что, если ты останешься здесь, вместо того чтобы ехать домой?

— Марианна отвезет меня.

— Хорошо, тогда позволь мне сформулировать свою мысль по-другому. Что, если ты останешься здесь просто потому что? Нам всем понравилось, что ты дома. Тебе больно. Ты вернешься к своим делам позже. Дай нам шанс позаботиться о тебе, прежде чем ты отправишься путешествовать по миру. Еще неделя. И мы почти закончили с хафпайпом.

— Ааа, — сказал я. — Правда вышла наружу.

Он улыбнулся.

— Я хотел, чтобы это было вишенкой на торте. Но смотришь ли ты на него или делаешь вид, что его не существует, для меня это не имеет значения. Я просто хочу, чтобы ты задержался еще ненадолго.

— Почему? — Если не ради хафпайпа, то зачем?

Рид пожал плечами.

— Может быть, я беспокоюсь, что, когда ты уедешь, пройдет еще двенадцать лет, прежде чем мы тебя вернем.

Ну… черт. Я хотел сказать, что он ошибался. Что я скоро вернусь. Но мы оба знали, что это, скорее всего, ложь.

— Я не могу. — Мне пора было ехать домой. Марианна закатит истерику, если в понедельник утром я не появлюсь в кабинете своего врача.

Но есть и плюс в том, чтобы остаться.

Остаться означало провести с Рейвен еще неделю. Это была самая большая вишенка на торте.

Подходящая фраза, учитывая, что от нее пахло вишнями.

Подождите. Я действительно обдумываю это?

— Мне негде остановиться, — сказал я.

— Что-то не так с этим номером?

— Я и так снял его на больший срок, чем планировалось изначально. Я уверен, что у тебя тут аншлаг.

— Не на этот конкретный номер.

— Это люкс. — Я прищурился, изучая выражение лица брата. Чувство вины. — Ты скрыл это от меня, не так ли?

— Хотел бы, но это все Ава. Она сказала, что перестраховывается. Если ты останешься, тебе будет где жить. Если нет, мы бы сдали его.

— Серьезно? — Это было… заботливо. Что тоже неудивительно, учитывая, как сильно мне нравилась моя новая невестка. Она даже не знакома была со мной до свадьбы, и все же, она забронировала этот номер за мной. — Я не знаю, что сказать.

— «Да» подойдет.

Я откинулся на спинку сиденья, уставившись в потолок. Хотела ли я остаться? Нет. Да.

— Отлично. Но я оплачу его.

— Договорились. — Рид хлопнул в ладоши и вскочил на ноги. — Я ухожу, пока ты не передумал. Хочешь, я принесу что-нибудь на ужин?