Чтение онлайн

Тео стоит в углу и качает головой, неодобрительная гримаса портит его черты и усиливает шрам на щеке.

— Это низко, Логан.

— Это чертовски ужасно, — добавляет Нико, не менее возмущенный, хотя в его словах больше искренности, чем в словах Тео. — Как тебе не стыдно. Как ты мог забыть фамилию своей невесты?

Губы Тео искажает ехидная ухмылка, а затем следует короткий смешок.

— У нее все еще есть это гребаное кольцо, которое ты ей подарил!

— Язык, Тео, — кричит мама, глядя на него своим фирменным взглядом.

Он вскидывает руки вверх.

— Правда, мам? Правда? Мне скоро тридцать. И ты не отругала Нико, когда он сказал слово на букву «ч». Это несправедливо.

— Нико, язык, малыш. Пожалуйста, — говорит она, но тон ее мягкий, глаза игривые. Этому ублюдку может сойти с рук убийство.

— Вернемся к теме. Какое нах… — я уклоняюсь от мины, вовремя уловив хмурое выражение маминого лица и исправившись. — … на худой конец кольцо?

— Обручальное кольцо, которое ты сделал из медной проволоки и клея, — объясняет Нико. — Я впервые вижу его сегодня, брат, и честно говоря? Отличная работа.

Черт. Проволочное кольцо с маленьким белым камешком, приклеенным к верхушке суперклеем. Я склеил пальцы, когда делал обручальное кольцо для соседской девочки, и проплакал целый час, пока мама не пришла домой и не помогла мне.

Анналиса Марун.

Великолепная блондинка с большими глазами, полуприкрытыми неловкой чёлкой. Анналиса, маленькая хулиганка. Милая хулиганка с милыми косичками. Любовь всей моей жизни на месяц или около того, еще в детском саду. Как, Боже правый, я забыл девушку, на которой хотел жениться в четыре года?!

Непонятно.

Она же не переехала на другой конец света в Австралию еще до начала средней школы и не возвращалась в Ньюпорт, видимо, до сих пор.

— Она все такая же красивая, как и в детстве. — Мама сияет, в ее глазах снова появился задорный блеск.

Я не могу уследить за этой женщиной. С одной стороны, она завидует Талии и злится, что та украла у нее сына. С другой стороны, она хочет, чтобы еще один сын остепенился. Либо она не может сложить два и два, либо у нее больше претензий к Талии, чем они с отцом готовы признать.

Есть еще вопрос с обвинением Талии в убийстве мужа, когда она жила дома, в Греции, но не думаю, что мои родители знают об этом. А если и знают, то обвинения были сняты, а Талия признана невиновной, так что у мамы нет причин так злиться.

Она же не убила парня. По крайней мере, такова официальная, единая позиция мистера и миссис Хейс.

— Иди поздоровайся. — Мама легонько подталкивает меня к двери во внутренний дворик. — Она снаружи.

— Да, Логан, иди поздоровайся, — подчеркивает Тео. — Она не перестает говорить о вас двоих с тех пор, как приехала.

Я не хочу здороваться, но что мне остается делать? Я выхожу на улицу, за мной следуют мои братья. Анналиса сидит у бассейна с Талией и смеется над чем-то, что, должно быть, сказала моя невестка. Она все еще красива. Ореол платиновых светлых волос спадает до середины спины, ноги длинные и гладкие, а сама она худенькая.

Слишком худая.

Ключицы и плечевые кости выступают, а декольте платья скрывает плоскую грудь. Кэссиди тоже худая, но у нее есть немного кожи на костях, за которые можно ухватиться, и достаточно сисек, чтобы набить руку.

Это будет долгий день, если я буду постоянно сравнивать одну блондинку с другой. Почему я вообще думаю о Кэсс? Прошло полторы недели с тех пор, как она выбежала из моего дома, едва не разрыдавшись. Поначалу я был вне себя от раздражения из-за такого драматичного ухода. Я поднялся наверх, в свою спальню, готовый уже завалиться спать, но чувство вины грызло мой мозг, как древесный червь.

Может, я был слишком резок, сказав ей, чтобы она уходила, но в свою защиту скажу, что не ожидал, что она все еще будет в моей постели, когда я выйду из душа. Никто из женщин никогда не задерживается так надолго. Это неписаное правило, которое, похоже, знают, понимают и соблюдают все жители Ньюпорт-Бич, поэтому нарушение Кэсс этого правила застало меня врасплох.

Неужели она не получила памятку?

Несмотря на ее вопиющий перебор, вместо того чтобы завалиться спать, я достал из гардероба футболку и последовал за Кэсс к ее машине. Я не рыцарь в сияющих доспехах. Ни по какому определению, но я и не подросток. Позволить девушке уйти, когда она расстроена, не попытавшись хотя бы выяснить причину, — такое поведение можно ожидать от высокомерных, беспечных детей.

Теперь, зная, почему она поспешила уйти, я хотел бы хоть раз побыть эгоцентричным подростком. Тогда бы я продолжал думать, что она расстроилась из-за того, что я задел ее чувства.

Оказывается, я слишком поспешил с выводами. Она не сделала ничего плохого. Я ошибся, отослав ее, прежде чем предложить мочалку. Я никогда не оказывался в подобной ситуации. Я никогда не кончал в девушку до Кэсс. Мысль о том, что моя сперма может устроить беспорядок, капая из ее сладкой киски и стекая по бедрам, не приходила мне в голову.

Ничего не приходит в голову, когда я держу Кэссиди обнаженной и бездыханной. Мой разум, мать его, отключается, сосредоточившись только на ней. Она вызывает привыкание. То, как она кончает, раздвигает губы и стонет, вбирая меня в себя…

Я бы на коленях стоял на стекле, чтобы трахнуть ее снова.

И именно поэтому я не могу.

В горячке легко забыть, что если мои братья узнают о моем романе с подружкой врага народа, я их потеряю. Может быть, они не вычеркнут меня из своей жизни, но мы не будем проводить время вместе, как сейчас. Они удалили бы меня из чата, перестали бы звонить и приходить. Мы бы виделись только по особым случаям — на днях рождения и свадьбах.

Есть причина, по которой мы все семеро так близки: правила. Мы начали создавать их, как только вступили в подростковый возраст, и тестостерон, льющийся из наших ушей, помешал нам ценить друг друга.

Братья на первом месте.

Никаких поблажек с девчонками.

Никогда не трогай девушку своего брата.

Есть и другие, есть и исключения, но то, что у меня с Кэссиди, не вписывается ни в одно исключение. Она трахалась с моим братом. Она лучшая подруга девушки, которая обидела Нико. Этого достаточно, чтобы считать ее недоступной для всех Хейсов, но список грехов на этом не заканчивается. На протяжении многих лет Кэсс говорила за нашими спинами, предостерегая девушек. Она даже предупредила Талию, когда Тео только познакомился с ней. Она долгое время мешала нам.