Чтение онлайн

Но не настолько, чтобы разрушить нашу семью. Мы беспомощно наблюдали за тем, как мама перестала ходить и говорить. Казалось, что ее состояние ухудшалось с невероятной скоростью, и в то же время казалось, что это длится вечно. Так тяжело смотреть, как страдает тот, кого ты любишь. Наверное, я никогда с этим не смирюсь.

Ее улыбка исчезла последней. И забрала с собой все наши улыбки.

В столовой тихо. За столом сидят пять или шесть членов лыжной патрульной команды и пьют кофе. У стойки обслуживания передо мной всего один человек. Я беру маффин и кладу его на бумажную тарелку. Затем жду своей очереди у кофейного автомата.

— Извини, — говорит женщина из-за стойки. Ее волосы повязаны банданой, а на лице суровое выражение. — Столовая предназначена только для сотрудников. Могу я посмотреть твое удостоверение сотрудника?

— Ты могла бы, но оно устарело как минимум на десять лет. Я Рид. Я уже давно не работал на четырехместном подъемнике.

Она хмурится еще сильнее.

— Мне вызвать охрану? Я не понимаю, чего ты добиваешься.

— Дебора, — раздается тихий голос позади меня. — Все в порядке.

— О! — радостно говорит она. — Он с тобой, Ава?

Я оборачиваюсь, и вот она. В тот момент, когда я вижу ее милое личико, меня словно бьют под дых. Черт, в этом нет ничего нового. Каждый раз, когда Ава заходила в мою комнату в Вермонте, это было похоже на новое чудо. Вместе у нас было все.

До того дня, пока мы все не потеряли.

— Он точно не со мной, — говорит Ава, сверкая глазами.

О, милая. Прости. Прости еще раз.

Наступает неловкое молчание, пока женщина, стоящая за ней в очереди, не произносит: — Ого, Ава. Он горячий.

Ава не обращает на нее внимания. Вместо этого она говорит работнику столовой: — Его фамилия Мэдиган, так что он может уволить нас всех из-за одной чашки кофе.

Дебора хмурится.

— Но я не буду этого делать. — Я улыбаюсь вспыльчивой женщине. — Обещаю.

— Ну, раз ты обещаешь, — шипит Ава.

Черт. Все в комнате наблюдают за этой маленькой драмой. И Ава назначила меня на роль придурковатого сына владельца.

Каким я и являюсь.

— Если у тебя нет удостоверения сотрудника, мне придется взять с тебя плату, — говорит Дебора. — Пять долларов.

Я достаю бумажник из кармана, и тут в комнату вбегает мой отец. Это не преувеличение. Он двигается, как хаски в первый день снегопада.

— Ава! Ты ни за что не поверишь. — Он резко останавливается перед моей бывшей. — Шарпы приедут на встречу на сорок восемь часов раньше.

— Что? — Ее розовые губы приоткрываются в шоке. — Они приедут сегодня вечером?

— Да. Только что разговаривал с ними по телефону.

— Черт возьми. Во сколько они приедут?

— Около шести. К ужину.

Ава выдыхает.

— Хорошо. Мы устроим приветственный ужин в «Эвергрин Рум». И я попрошу бухгалтерию и юридический отдел перенести встречи на начало недели.

Мой отец сияет.

— Отлично, — говорю я. — Я могу встретиться с покупателем сегодня вечером и поприсутствовать на этих встречах.

Они оба поворачиваются ко мне, и по выражению лица Авы я понимаю, что она скорее сделает пластику рта, чем пойдет со мной на этот ужин.

Отец, кажется, не замечает этого.

— Доброе утро, Рид. И добро пожаловать на ужин. — Затем он кладет руку на плечо Авы. — Мы соберемся в «Эвергрин Рум» в восемь вечера? Мне нужно сообщить Мелоди об изменении планов.

— Конечно, — говорит Ава, выпрямляясь. — Я буду готова.

— Я уверен, что так и будет. — Отец похлопывает ее по руке и выходит из комнаты.

— Черт бы все побрал, — говорит Ава. — Мне нужен кофеин. — Она берет чашку и наливает в нее кофе.

— Да, так и есть, — соглашается женщина, которая пришла вместе с ней. — Может, я сбегаю и найду шеф-повара? Я скажу ей, что нужно бросить все дела и заняться приготовлением ужина.

— О, Хэлли, спасибо тебе. Отправь ее в «Эвергрин Рум». А то у меня будет нервный срыв.

Ее подруга смеется.

— На два дня раньше? Кто так делает?

— Они хотят застать тебя врасплох, — предполагаю я. — И посмотреть, на что похоже это место, когда у тебя нет времени подготовиться.

Ава бросает на меня уничтожающий взгляд, разворачивается и выходит из комнаты. Я торопливо закрываю свой кофе крышкой и спешу за ней.

— Эй, Ава? Могу я с тобой поговорить?

— Сейчас? — бросает она через плечо. — У меня нет времени.

— Я знаю, но… — Я выхожу вслед за ней в вестибюль отеля, куда через высокие окна, выходящие на горы, проникает солнечный свет. — Нам нужно поговорить.

— Не могу понять о чем, — говорит она, когда я наконец догоняю ее. Ава участвовала в соревнованиях по лыжным гонкам. Может, она и сейчас участвует. — Прошло столько лет, и я даже не знаю, что сказать. Я пережила это, ясно? — Она останавливается перед стеклянной дверью с надписью «Эвергрин Рум».

— Ава, — шепчу я, кладя руку на дверь, чтобы она не убежала. Мы стоим так близко друг к другу, как не стояли уже десять лет. Так близко, что я чувствую яблочный аромат ее шампуня.

Это так знакомо, что мне кажется, будто я только что выпил коктейль из грусти и тоски. Воспоминания чертовски сильны.

Но Ава выглядит так, будто готова испепелить меня взглядом. Я это заслужил.

Самое меньшее, что я могу сделать, — это извиниться.

— Ава, прости меня, — мягко говорю я. — Прости меня за все глупости, которые я совершал, когда мне было двадцать два.

Ее глаза резко расширяются, и я не могу не заметить боль, которая в них отражается.

— Если ты не хочешь об этом говорить, я не могу тебя заставить. Но ты застряла со мной на несколько дней. Я тоже сожалею об этом.

Ее прелестные губки раскрываются и закрываются, словно она не знает, что делать с этим проявлением чистой искренности.

Поэтому я обхожу ее, открываю дверь и захожу в комнату.

АВА

Рид Мэдиган только что извинился передо мной. После десяти лет молчания он извинился. Теперь он сидит у окна, как будто ему здесь самое место.

И я так зла, что могу что-нибудь разбить. Например, его лицо, для начала.