Чтение онлайн

Он знает, как я ненавижу, когда кто-то указывает мне, что есть. Хотя наши отношения становятся все глубже и интенсивнее, Роберт никогда не выходит за определенные рамки.

***

Понедельник, раннее утро понедельника. «Худшее время недели», — думаю я, выключая будильник. Я всегда встаю первой, не только из-за сони-Роберта, но и потому, что это является одним из маленьких ритуалов по будним дням. Я иду на кухню, запускаю кофемашину, на время исчезаю в ванной и затем отношу Роберту чашку кофе. Потом так же тихо, как и вошла, покидаю спальню, оставляя его одного. Я не разговариваю с ним, не прикасаюсь к нему, а просто включаю приглушенное освещение и ставлю кофе на прикроватную тумбочку. Когда он действительно просыпается, то идет в ванную, пьет второй кофе со мной на кухне, и мы вместе отправляемся на работу. Сегодня Роберт удивительно рано присоединяется ко мне, и я вопросительно поднимаю бровь.

— Утро, — говорю я и улыбаюсь.

Я чувствую, что он — в отличие от обычного — сегодня утром Дом во плоти. Как правило, Роберт не «распаковывает» доминанта раньше десяти утра. Сегодня, пожалуй, знаменитое исключение, которое лишь подтверждает правило. Думаю, что, возможно, это из-за вчерашнего. Во мне открывается дверь в «зону», и я вхожу через нее, щелчок в голове, который происходит автоматически, как только Роберт посылает соответствующие сигналы. Я встаю и приношу его пустую чашку из спальни, наливаю свежий кофе и подаю молоко. Кофейная чашка еще не поставлена перед ним должным образом, а он уже кивает головой на пол.

— Вниз.

Я опускаюсь на колени, беру подушку с сиденья кухонного стула, чтобы не испортить свои чулки, и опускаюсь на голени.

— Руки за спину, Аллегра.

Он расстегивает штаны, поглаживает и стимулирует себя. Я с восхищением смотрю, ожидая, когда он скажет мне, что делать.

— Приведи меня к оргазму, Аллегра. Только ртом. И побыстрее, пожалуйста. Я не хочу из-за тебя опоздать в офис. Если мне придется переодеться, то сегодня вечером перекину тебя через колено. Поэтому я настоятельно советую проглотить каждую каплю и тщательно очистить меня. Поняла?

— Да, Роберт, — отвечаю я и немного выдвигаюсь вперед, устраиваюсь в соответствующее положение и беру его член в рот. Он спешит, поэтому я не трачу слишком много времени на ласки. Соответственно действую быстро и, проглотив, тщательно вылизываю его. Он в любом случае найдет причину, чтобы перекинуть меня через колено, если ему захочется.

— Спасибо, ты можешь остановиться, — говорит он, делая жест, приказывающий встать. Тоже поднимается, долго и страстно целует меня, пока упаковывает свой член и застегивает джинсы.

— Это стоит того, чтобы почаще вставать на четверть часа раньше… — шепчет он. — Молодец, Аллегра.

— Спасибо, — отвечаю я, очень радуясь похвале.

— Ты мокрая? — спрашивает он меня на ухо, и я чувствую, как краснею.

— Да.

— Хорошо. Очень хорошо.

Он улыбается той грязной улыбкой, которую я так люблю, и выходит из кухни. Я следую за ним в прихожую и беру свою куртку и сумочку. Вздыхаю про себя, с одной стороны, расстроенная, с другой — в предвкушении, потому что чувствую, что сегодня мне не будет позволено кончить. Он будет смаковать мое отчаяние, мои мольбы, многократно стимулировать меня до предельного состояния и останавливаться. Снова и снова. Боже, как сильно я люблю это.

***

На работе я сначала занята с Арне, прежде чем в полдень ловлю Ингу, в буквальном смысле на горячем, когда она наматывает круги вокруг расписания Роберта. Кажется, эффект от взбучки действовал всего две недели.

— Инга. Забудь об этом. Держи свои ручонки подальше. Я предупреждаю тебя.

— Хорошо, хорошо… — вздыхает она.

В этот момент из-за угла выходит Роберт в сопровождении потенциального клиента и прощается с ним. Проходит к нам за стойку и открывает один из стенных шкафов, в котором, среди прочего, находятся старые, нереализованные разработки. Роберт приседает, чтобы посмотреть нижние папки, и Инга действительно пялится на его задницу.

— Инга! — шиплю я.

— Извини, — шепчет она в ответ и улыбается.

Роберт достает папку, которую искал, выпрямляется и начинает просматривать ее. Его задница волшебным образом снова привлекает взгляд Инги. Мечтательно и полностью зачаровано, ее взгляд прилипает к пятой точке Роберта, и она, погруженная в свои мысли, начинает жевать карандаш.

Ее не отвлекает даже звонящий телефон, настолько она увлечена своей маленькой фантазией о заднице Роберта. Мне приходится пнуть ее в голень — не сильно, конечно, — но это тоже не помогает. Поэтому я вынуждена сама снять трубку. Пока аппетитный филей Роберта находится за стойкой, от Инги, однозначно, не будет никакого толку. А Роберт не торопится, у него прорва времени. Переводя звонок по назначению, думаю, что он мог бы отнести идиотскую папку в свой кабинет.

— Госпожа Вайзер, — говорит Роберт, и Инга вздрагивает и вынимает карандаш изо рта.

— Да?

— Вы знаете функцию зеркал? — спрашивает он и оборачивается.

Я не могу сдержать смех.

— Да, я знаю, а что? — спрашивает Инга и растерянно смотрит на меня.

— Я могу видеть Вас. В этом зеркале, — Роберт указывает в направлении зеркала и улыбается, — Ясно?

— Ох. Хм-м, да. Прошу прощения.

— Нет проблем. Но одна вещь должна быть вам совершенно ясна.

— М-м-м, и какая? — спрашивает Инга, нервно прочищая горло.

— Эта задница принадлежит Аллегре. Только Аллегре. Я ясно выразился? — Он усмехается, и Инга кивает.

Это лишило ее дара речи. Роберт смотрит на меня, и мне становится жарко, мне становится стыдно от мысли о сегодняшнем утре, об Аллегре, стоящей на коленях на кухонном полу в ее офисном костюме и преданно служащей своему хозяину. Роберт понимает, о чем я думаю, и улыбается. Его взгляд блуждает по моему костюму.

— Аллегра, — говорит он, и мне в очередной раз становится любопытно, как ему всегда удается так хорошо контролировать свой голос, — пожалуйста, зайди на минуту ко мне в кабинет.

— Да, конечно, — отвечаю я и следую за ним.

Он открывает дверь, пропуская меня вперед. Слышу, как он закрывает дверь, как поворачивается ключ. Чувствую его руки на плечах, он разворачивает меня и прижимает к закрытой двери. Его губы накрывают мои, и мы целуемся страстно и долго. Он тяжело дышит, оторвавшись от меня после целой вечности, и снова отпирает дверь.

— Извини, — шепчет он, — я знаю, что это противоречит нашему соглашению… но я… должен был это сделать. Вид этого костюма будет возбуждать меня до конца моей жизни…

— Спасибо, что поставил Ингу… на место. Ты более чем заслужил поцелуй… — улыбаюсь, прижимая ладонь к его небритой щеке.

Глава 41

В начале апреля, накануне моего 30-летия, я навещаю маму и приношу ей в очередной раз заказ из азиатского магазина… За кухонным столом сидит неизбежная Барбара и планирует дискуссионный вечер женской ассоциации. Сегодня исключительно теплый день, и впервые этой весной я надела обтягивающие джинсы до колен, а также футболку и курточку с капюшоном. Я запрыгиваю задницей на столешницу, прямо рядом с микроволновой печью — с самого детства любимое мною место на кухне моей матери, хотя теперь мне приходится наклоняться далеко вперед, если ей что-то нужно из шкафа за моей головой. Я ставлю локти на микроволновую печь и болтаю ногами.