Чтение онлайн

Я лишь опустил глаза и виновато кивнул. Отец был прав, я облажался по всем направлениям.

— Выдрать бы тебя, — мечтательно протянул альфа, — да не могу, скажи спасибо своей девчонке, ты сейчас, считай — глава семьи, так что физические наказания уже неприменимы, но так хочется, если честно! И это еще Рик не знает, какую гадость ты ему приготовил! А он узнает и довольно скоро! И я советую тебе хорошо подумать, что ты ему скажешь, пока у тебя еще есть время! Потому что, когда речь заходит о его жене, у моего старшего сына напрочь оказывает умение принимать правильные, взвешенные и рациональные решения!

— Может он еще и не приедет… — с надеждой предположил я, взглянув на отца. Но тот только фыркнул и насмешливо взглянул на меня. Стало стыдно. Раньше я никогда не надеялся на удачу, всегда просчитывая все варианты. И ранее, раздумывая над сложившийся ситуацией, я ставил восемь к десяти на то, что дедушка Лии, вне зависимости от того, настоящий он или нет, в ближайшее время появится на нашей границе. Значит, оставалось надеяться, что он действительно родственник Лии и на то, что я все же сумел опередить его хотя бы на несколько дней!

Дверь чуть приоткрылась и в кухню осторожно заглянула растрепанная Сильвия, увидела отца и с тихим охом спряталась обратно. Я улыбнулся. Да, наше путешествие вышло не самым удачным, но зато и назад я вернулся не один. Я вспомнил, как очнулся после ранения в объятиях своей девочки и не почувствовал ее страха, лишь беспокойство и радость от того, что я очнулся. И это излечило меня лучше любого лекарства, потому, что дало надежду, надежду на то, что она вернется со мной! Отец лишь покачал головой, заметив мою широкую улыбку и прислушался. И я тоже услышал то, что его насторожило: по ограде прошелестели чьи-то быстрые шаги и через несколько ударов сердца на пороге кухни возник Эрик.

— Что??? — Эрик сгреб меня, приподняв в воздухе и ощутимо тряхнул, — кого ты собирался привести к моей Лие?

— Рик, спокойнее, — отец осторожно положил руку на плечо брата, — и Силу убери, он и так тебе все расскажет!

Рик медленно вздохнул и отпустил меня, позволяя упасть на стул. И тяжело потер рукой подбородок.

— Стэн, ты не представляешь, как мне хочется сейчас тебя прибить! — наконец вымолвил Рик и тяжело упал на стул, — какое право ты имел давать какие-то обещания, касающиеся моей жены? Ты понимаешь? Моей! Жены!

На стол тяжело опустился мощный кулак, от которого по толстой древесине зазмеилась тонкая трещина. А потом брат хмуро посмотрел на нас и сказал:

— Значит так, действовать будем следующим образом….

К вечеру, проведя несколько часов за обсуждением деталей плана, мы, наконец, закончили и братья с отцом разошлись по домам. А я встряхнулся, как большой пес и пошел к своей Лив.

Сильвия сидела на кровати в тонкой кружевной сорочке и медленно расчесывала уже отросшие волосы. Она была такой маленькой, такой хрупкой и беззащитной, что у меня перехватило дыхание от нежности. Лив обернулась, заслышав мои шаги и с тихим писком кинулась мне на шею. Я подхватил ее на руки, обнял, прижимая к себе, вжимая в себя, полностью, без остатка и понес к кровати. Нам нужно было поговорить. Да! Я обязательно поговорю с ней о том, что уже несколько дней тревожной ноткой витало в ее запахе. Но не сейчас. Потому что сейчас, когда ко мне доверчиво прижималось горячее нежное тело, так чутко откликающееся на мои прикосновения, разговаривать было просто невозможно. Я был слишком занят, чтобы еще и разговаривать!

Мы лежали усталые, совершенно опустошенные несколькими сменяющими друг друга волнами удовольствия. Я прижимал к себе девушку, поражаясь тому, как сильно она похудела за это время. Лив и так была миниатюрной, а уж после нашего экстремального возвращения и вовсе стала походить на ребенка.

— О чем ты думаешь? — Лив повернулась в моих руках и взглянула в глаза, в очередной раз поражая меня своей красотой.

— О том, что надо тебя кормить и не выпускать из постели, а то скоро ветром будет уносить! — недовольно фыркнул я, делая вид что не понимаю, о чем она спрашивает.

— Прости! — Сильвия опустила ресницы, так, что темные тени под глазами стали еще темнее и закусила губу, — это все из-за меня! У тебя серьезные неприятности?

Я прижал ее чуть сильнее и легко поцеловал во влажный висок.

— Не думай об этом, — попросил я, притягивая ее еще ближе и погружаясь в восхитительный аромат ее тела, — главное — ты со мной, а все остальное обязательно решим, отец конечно разочарован тем, насколько непрофессионально я действовал, но не в его характере оставлять кого-то без помощи, хотя, конечно, отделаться от повторного обучения мне вряд ли удастся. Но это по сравнению с тем, что мы пережили — такая мелочь! А еще вожак разрешил нам остаться в этом доме. Хоть так и не принято. Обычно отделяется только старший сын, а все остальные живут в родовом особняке. Но папа понимает, как сложно тебе будет в семье волков, и пошел на встречу. Правда, сейчас и Ивар хочет свой дом, но ему пока отказали! — я улыбнулся, снова вспомнив, как скис идеальный старший братец, когда мне разрешили остаться тут, что, по сути, означало появление еще одного рода Черных волков. А стоило ему открыть рот, как альфа так взглянул на средненького, что тот сразу передумал возмущаться и вообще этот вопрос больше не поднимал. Но я-то видел, как он завидует! И был уверен, что не пройдет и года, как и Ивар отстоит свое право на собственный дом. Мы все трое могли быть удивительно твердолобыми и упертыми, когда чего-то хотели. И отец знал это, как никто другой.

— А как же дедушка Лии, — начала было Сильвия, пытаясь отстраниться.

— Все, — я не пустил, с удовольствие дыша воздухом, напоенным ее недавнем удовольствием, — все, Лив! Больше ничего не скажу! И вообще, давай уже спать! Глаза закрываются!

Сильвия недовольно что-то пробормотала, но не стала спорить. За окном зажигались первые звезды. Действительно пора было спать. Тем более что завтрашний день обещал быть совсем не простым.

Олар Текен, бывший комендант приграничной крепости Грозной.

Мужчина, заслышав голоса во дворе, с трудом оторвал взгляд от неторопливо несущей свои воды реки и медленно повернувшись пошел к небольшой калитке. Все было не так! Совершенно не так! И Олар уже начинал терять терпение. И это было очень-очень плохо. Старый вояка слишком хорошо знал свои слабые стороны, чтобы понимать, что если он сорвется и начнет действовать, то остановиться уже не сможет.

Только добиться того, чего он желает или умереть! Но сдерживать себя с каждым днем становилось все сложнее, потому что он провел на берегу реки уже почти две недели, а волки так и не появились. С полковником приехали все. Все, кто знал тайну волка, подобранного на тракте, а теперь и мотивы своего командира, скрывшего этот факт от непосредственного начальства. Но никто не осуждал его. Когда на кону стоит жизнь твоих близких, и не то сделаешь. К тому же, волк никому не причинил вреда, а то что находился на землях людей, так не такое уже это и преступление. И сейчас небольшой, но хорошо организованный отряд, ждал. Просто сидел и ждал хода с той стороны. По крайней мере Олар не хотел даже рассматривать вариант с тем, что глупый оборотень погиб где-то по дороге и не добрался до своих и его, Олара, никто не встретит. А если и встретит, то не те, кто должен. Каждый день он выходил на брег и внимательно вглядывался в расстилающуюся под ногами водную гладь. И боролся. Отчаянно боролся с желанием забыть об осторожности и самому отправится на ту сторону. Потому что если он это сделает, то начнется война. А Олар не хотел войны, он хотел просто увидеть внучку! Но, Светлая, как же сложно было ждать!

Мужчина уже почти дошел до калитки, когда заметил какое-то движение, а когда он обернулся перед ним, буквально в паре шагов, стоял высокий крепкий парень, внимательно всматривающийся в его лицо. Во дворе зашелестели быстрые шаги, но Олар быстро поднял руку, запрещая своим людям приближаться и доставать оружие. Он точно знал, что сейчас перед ним стоит именно тот, кто ему нужен. Комендант не понимал, откуда пришло это чувство, но он был уверен, что видит сейчас того, кто назвал его внучку своей. Мужчина подобрался, готовясь ко всему и одновременно расслабляясь. От того, как сложится этот разговор, будет зависеть очень, очень многое, но тот факт, что волк все же пришел, давал ему надежду. Мучительное для такого деятельного человека ожидание закончилось! А потом волк сделал еще один шаг, сокращая расстояние между ними до почти невозможно малого и спокойно спросил:

— Зачем ты хотел видеть меня, человек?

За четыре дня до этого. Пригород г. Вигольва. Поместье рода Черных волков.

Лилия

Когда Рик сказал, что Стен вернулся, да еще и не один, а с Лив, и раньше, намного раньше, чем планировалось, я поняла что у них что-то случилось по дороге. Что-то нехорошее, заставившее волка повернуть обратно. Вот только никто не говорил мне, что именно. А Рик, сообщивший эту новость больше ни о брате ни о моей подруге не упоминал. Зато как-то подозрительно быстро закончил все оставшиеся дела и увез меня в родовое поместье, где с удивительным азартом принялся за строительство бани на берегу реки Барнаулки. Как и обещал. В поместье мне понравилось. Там было тихо, спокойно и радостно. Рик, ставший даже чересчур заботливым с обнаружением факта моей беременности, занялся домашними делами и, наконец, перестал опекать меня как годовалого ребенка, только что научившегося ходить. Тошнота прошла и я в полной мере наслаждалась своим состоянием, с нетерпением ожидая первого толчка моего малыша и плавясь от счастья, когда муж замирал, прижавшись ухом к моему животу. Было немного обидно, что он слышит как бьется его сердечко, а я — нет. И я с нетерпением ждала момента, когда тоже смогу почувствовать его движение. Все было прекрасно. И все было неправильно. Я чувствовала эту неправильность с каждым днем все сильнее, не осознавая что же не так, пока, наконец, не поняла, что Рик скрывает что-то от меня! Что-то очень-очень важное, и, очевидно, связанное с возвращением Стэна. А через две недели он появился сам, мягко поздоровался со мной и торопливо удрал в кабинет, избегая моих вопросов. Стэн был немного бледнее обычного и значительно более серьезным, чем я его помнила. Даже когда он выхаживал Лив после всего, что ей пришлось пережить, и то парень не выглядел таким хмурым и сосредоточенным. И это лишь добавило в мою копилку странностей еще один штрих. Стэн словно бы чувствовал себе виноватым передо мной. Но почему?