Чтение онлайн

Братья закрылись в кабинете и что-то долго обсуждали, я готовила на кухне обед, потом бесконечно долго ждала их к столу и, наконец, решила позвать. Дверь была закрыта, но даже из-за нее вполне отчетливо доносились голоса. Мужчины ожесточенно спорили.

— Я не буду рисковать Лией! — голос Рика чуть подрагивал от напряжения и я непроизвольно положила руку на живот. Рисковать? Мной? Но почему?

— Но она имеет право знать! Рик! А если он говорит правду?

Я решительно толкнула дверь в зашла в комнату. Что бы не случилось, мне надоело находиться в неведении! Известная опасность лучше неизвестной! Намного лучше!

На меня, от расстеленной на столе карты, вскинулись два встревоженных взгляда.

— Лия! — Рик быстро шагнул вперед, заслоняя от меня свои записи. Раздался шорох. Это Стэн торопливо складывал какие-то бумаги. Вот только меня было уже не остановить.

— Я хочу знать, что случилось! — я осторожно освободилась из сильных рук и твердо взглянула на мужа, — что вы все от меня скрываете?

Стэн вздохнул, выразительно глянул на Рика и опустил глаза. Ясно, этот ничего не скажет! Я требовательно посмотрела на своего волка и он чуть скривился, словно съел что-то горькое. А потом неожиданно спросил:

— Лия, ты говорила, что твои родители умерли, но у тебя остался кто-то из родных в мире людей?

Я с недоумением посмотрела на него. Он же уже спрашивал, причем совсем недавно. И я подробно, очень подробно рассказала все, что знаю о своих родителях. К чему этот вопрос, если Рик и так знает, что у меня никого не осталось? Он же был в деревне? Видя мое замешательство, муж вздохнул и продолжил:

— Понимаешь, на нашей границе появился отряд военных, один из которых утверждает, что он твой дедушка и требует встречи. И я еще не решил, что с ним делать. Его зовут Олар Текен, тебе это о чем-нибудь говорит?

И тогда я вспомнила.

В ту ночь меня разбудил шум из кухни. Родители ругались и это было так необычно, так непохоже на их каждодневные разговоры, что я тихонько встала с кровати и, стараясь остаться незамеченной, побежала к двери.

— Что это за отношение? — отец сидел у стола, такой же надежный и крепкий как и всегда, только на лбу пролегла суровая морщинка, — приехал, вокруг дома ходит, как неприкаянный, с Лийкой разговоры разговаривает и даже во двор не зашел! Будто он нам чужой! Дочка вон деда второй раз видит и даже не догадывается, кто он ей! Не правильно это, Улла, не по-людски!

— Так чего же ты его не позвал на двор-то, когда на улице встретил? — мамин всегда такой мягкий и спокойный голос звучал необычно напряженно, — али не признал тестя-то?

— Признал, — папа опустил глаза, словно стыдясь чего-то, — да только я так опешил, его увидев, что слова вымолвить не смог, а когда с мыслями собрался, его уже и след простыл!

— А отец наверняка решил, что ты его не простил, за то, что он нашему браку противился, вот и не появляется. А внучку увидеть хочет. Мы же одни у него и остались, родные по крови. Мама уже давно умерла, брат мой погиб… Куда же ему и ехать то, если не к нам?

— Улла, да ты что? Ты же не думаешь, что я против чего имею! Но все равно не правильно это, не должно быть так, чтобы родной дед на внучку из-за ограды только и смотрел, не приближаясь.

— Не правильно, — согласилась мама и погладила отца по широкой руке, — но ты же знаешь, какой он упрямый, ежели что решит, ни за что не отступит. Так и тут получилось, что душа тянется к родной крови, а гордость не дает на глаза показаться. Но я все равно рада, что он приехал. Теперь я, по крайней мере знаю, что у папы все в порядке, он здоров и по прежнему на службе.

Родители еще о чем-то говорили, но я уже не слушала. Осторожно дойдя до своей комнаты я упала на кровать и закрыла глаза, вспоминая высокого стройного военного с сединой в волосах, что остановил меня вчера, спрашивая дорогу, ласково поговорил и подарил на прощание карамельного петушка на палочке, и красивый платочек. Так значит это был мой дедушка? "Надо будет расспросить маму про него, — подумала я, проваливаясь в сон, — интересно, а как его зовут?" Вот только мама на все расспросы отвечать отказалась, сказала лишь имя. То же самое, что назвал мне сейчас Рик. Олар Текен. Так значит дедушка не забыл про меня? Он знает что меня отдали волкам и хочет встретиться? Я резко развернулась к сидящему за столом Стэну и требовательно спросила:

— Ты видел его? Да? Где он? Я хочу с ним встретиться!

Стэн только опустил глаза и снова виновато вздохнул. И я поняла, что принимать решение будет не он. А Рик.

Сильные руки обняли меня, замерев на уже чуть округлившейся талии и муж осторожно прижал меня к себе.

— Вы обязательно встретитесь, Лия, — пообещал он мне, целуя в шею, — но только после того, как я буду уверен, что он действительно тот, за кого себя выдает и в том, что он не причинит тебе вреда! Не раньше!

Я посмотрела на сурово сжатые губы Рика и поняла, что спорить бесполезно. Оставалось лишь покорно кивнуть и смириться с тем, что встреча откладывается. В вопросах связанных с моей безопасностью Рик был удивительно недоговорноспособным. И порой напоминал мне того знаменитого барана из детской сказки, который, на свое несчастье, повстречал новые ворота. Правда, в данном случае, страдал вовсе не волк-перестраховщик, а я, которой оставалось лишь терпеливо ждать и изнывать от нетерпения, смешанного с радостью! Неужели у меня действительно остался кто-то из родных! И я его скоро увижу! Спасибо, Светлая!

Сильвия

Мы с Лийкой сидели на качелях, которые для нее сделал Рик, уплетали за обе щеки сладкие ягоды последней малины и говорили о чем-то совершенно неважном. Качели, прикрепленные к могучей ветке дуба прямо на обрывистом берегу речки, чуть раскачивались под порывами ветра. Лийка смеялась и рассказывала о том, как она позавчера поскользнулась на старом капустном листе и Рик подхватил ее уже у самой земли а потом не отпускал с рук весь оставшийся вечер. Я рассеянно кивала, напряженно вглядываясь в видневшийся вдалеке лес. Наконец подруга перестала делать вид, что она не волнуется и тяжело вздохнула. Мы не говорили с ней о том, почему я оказалась здесь, в поместье, что сейчас принадлежало Эрику, тщательно обходили сложную тему моего отъезда и возвращения. Нет, я, без сомнений, с удовольствием поделилась бы с Лией историей моих со Стэном приключений и внезапно вспыхнувшим чувством, что сейчас грело меня изнутри, наполняя счастьем и покоем, вот только рассказывать что-либо о нашей поездке мне запретили. Категорически. И Эрик в своем желании оградить жену от любых переживаний был непреклонен: или я держу язык за зубами или к Лие едет одна Лина, без меня. О том, что и волчице нельзя было рассказывать ничего, связанного с возможным лийкиным дедушкой, было очевидно. Хотя она и знала гораздо меньше меня, если вообще знала. С ней на эту тему разговаривать мне тоже было нельзя.

— Как думаешь, они приедут? — вопрос Лии заставил меня вздрогнуть и вынырнуть из воспоминаний. Я улыбнулась и осторожно погладила подругу по руке. Сейчас, когда она больше не пыталась скрывать тревогу за показной веселостью, становилось понятно, что последние дни дались девушке нелегко. Она выглядела усталой и под глазами залегли темные круги. Было ощущение, что девушка почти не спала в последнее время. И я внезапно поняла, что именно то, что Лия так переживала и ждала эту встречу и заставило ее мужа согласиться привести человека на земли стаи. Рик слишком сильно любил жену, чтобы позволить ей напрасно ждать и тихонько плакать по ночам.

Мы посидели еще немного, до тех самых пор, пока солнце не скрылось за кромкой леса и на улице не начало резко холодать. И только когда стало уже совсем темно, Лия, наконец, решительно встала и направилась к дому. Мы с Линкой радостно пристроились рядом, зябко передергивая плечами, все же осень давала знать о себе. Хотелось домой, к теплу, горячему огню в очаге и сытному ужину. К счастью, Рик не настаивал на том, чтобы мы обе постоянно были с Лией, поэтому получалось по-очереди отлучаться для приготовления пищи и других домашних дел. Лийку же увести с этого обрыва было довольно сложно. Она уже два дня провела на берегу, хотя Эрик и предупреждал, что вернутся они не раньше чем через четыре дня а сегодня был только второй.