Чтение онлайн

Убедитесь, что никто не покидает черный ход.

Входная дверь находится в конце дорожки из гладких, плоских камней. Мы со Стейном идём бок о бок, а охранник отстаёт на три ярда.

Женский крик пронзает воздух. Штейн подходит к одной стороне входной двери. Мы с охранником подходим к другой. Я проверяю положение петель. Дверь открывается внутрь.

Нет смысла пинать распашную дверь. Я полуобернулся, прицелился в точку рядом с засовом и пнул его ногой.

Раздаётся грохот, и засов разбивает дверной косяк. Я врываюсь слева, а Штейн движется вправо, её SIG...

нарисовано.

Я одним взглядом окидываю взглядом всю эту картину. Бауэр лежит на полу гостиной. Его горло растянуто от уха до уха в непристойной улыбке. Из сонных артерий хлещет кровь. Багровое озеро растекается по ковру.

Ноутбук Бауэра стоит открытым на дорогом журнальном столике.

Впереди нас мужчина крепко схватил Синтию Бауэр. Он прижимает её к груди одной рукой, прижимая к себе. В правой руке он держит сверкающий двадцатидюймовый клинок. Тонкий, он переливается на свету, словно полированное серебро. Блестящая кровь стекает по лезвию, капает с острия. Мой взгляд прикован к оружию. Настолько, что я едва различаю мужчину. Смуглые, азиатские черты лица. Мой рост, высокий для азиата. На нём чёрный пиджак и брюки, а также дорогой тёмно-серый плащ.

На боку у него висит небольшая черная кожаная сумка.

Убийца молниеносно вонзает вакидзаси в живот Синтии Бауэр и одним взмахом руки вскрывает его.

Он перехватывает раненую женщину и толкает ее в Штейна.

Штейн хватает женщину и опускает ее на пол.

Охранник обходит меня, поднимает пистолет, держа его двумя руками, равнобедренным хватом. Убийца взмахивает клинком по диагонали вверх слева направо. Охранник выглядит озадаченным. Его руки, сжимающие «Беретту 92» с идеально выровненными большими пальцами, падают на пол. Предплечья — это идеально ампутированные культи.

Мышцы, кости и кровеносные сосуды обнажаются в овальных сечениях, словно на иллюстрации из медицинского учебника. Мгновение спустя из перерезанных лучевых артерий брызжет кровь. Убийца заносит клинок. Двумя руками он наносит удар и вонзает его в грудь сотруднику службы безопасности.

Убийца потерял равновесие. Я наношу удар по его вытянутым локтям левой рукой и предплечьем. Шагаю вперёд и рублю ребром правой руки, целя ему в горло. Удар должен был быть смертельным, но он быстр. Откатывается, роняет клинок. Я этого не ожидал.

Профессионал, он не привязан к своему оружию. Он делает шаг назад и наносит мне круговой удар ногой в бок. Он попадает – не подъёмом ноги, а носком ботинка. Пробивает меня насквозь, целя в точку с другой стороны туловища. Удар сотрясает, сопровождаясь острой болью. У меня перехватывает дыхание, сердце на мгновение останавливается. Я падаю, словно меня подстрелили.

Пол стремительно поднимается мне навстречу. Я смотрю на лужу крови охранника. Частицы пыли, удерживаемые поверхностным натяжением, парят в багровой жидкости. Я заставляю себя повернуться на бок. Убийца хватает лезвие, поворачивается и бежит через кухню.

Я борюсь с болью и встаю на ноги. Штейн лежит на полу, держа Синтию Бауэр на коленях. Она прижимает телефон к уху и зовёт на помощь.

Из задней части дома раздаётся выстрел. Я наклоняюсь, выхватываю «Беретту 92» из резиновых пальцев мертвеца. Шатаясь, иду по кухне. С каждым шагом раскалённая кочерга впивается мне в бок. Дверь кухни открыта.

Есть сетчатая дверь, защищающая от насекомых, и деревянная пластина, которая открывается внутрь.

Второй охранник лежит прямо у задней двери. Он смотрит в небо, прижав руки к животу, и стонет. Его распороли от пупка до грудины.

Пистолет лежит рядом.

Я ищу убийцу. Он скрылся в переулке. Я вижу, как он сворачивает за угол и исчезает, направляясь на юг. Заставляю себя бежать. Я погружаюсь в боль, пока не цепенею.

Он уже в ста пятидесяти ярдах от меня и нагоняет. Я останавливаюсь и поднимаю пистолет. На улице – мирные жители.

И руки у меня трясутся. Я опускаю пистолет и бегу дальше.

Куда этот сукин сын мчится? Он обходит здание и исчезает из виду. Добежав до угла, я останавливаюсь и поднимаю пистолет, держа его на рукояти «Уивера». Я не собираюсь натыкаться на двадцатидюймовое лезвие. Я выглядываю из-за угла.

Это железнодорожная станция.

OceanofPDF.com

6

КАЛТРЕЙН

Это железнодорожная станция. Знак на траве рядом с тротуаром указывает на то, что это остановка пригородных поездов, следующих в Пало-Альто и Стэнфордский университет.

КАЛТРЕЙН

ПАЛО-АЛЬТО

Слева от меня железнодорожные пути. Убийца бежит со всех ног через длинную парковку. По обеим сторонам есть диагональные парковочные места. Он добегает до конца и петляет по бетонным пешеходным дорожкам. Он бежит с ножом в руке, прижатым к руке для скрытности.

Кожаная сумка болтается у него на бедре. Он резко поворачивается и исчезает из виду.

Напротив путей стоит длинное здание вокзала, выкрашенное в саманный цвет. Чтобы попасть на другую сторону путей, ему, должно быть, пришлось спуститься по лестнице в подземный переход. Ему нужно попасть в здание вокзала. Я продолжаю идти, но боль невыносима. Я замедляюсь и перехожу на бег трусцой.

Я смотрю вниз по лестнице, по которой спустился убийца. Она отмечена нарисованной стрелкой и табличкой «На север». Приближается поезд. Его большую морду, серебристую обшивку и оранжевые полосы невозможно не заметить. На боку нарисован логотип Caltrain.

Убийца выходит из подземелья. Он поднимается по лестнице и выходит на платформу. Он стоит прямо и уверенно, в своей угольно-серой куртке. Он даже не дышит тяжело.

Клинка нигде не видно. Должно быть, он носит его в ножнах, спрятанных под пальто.

Беспомощный, я смотрю, как поезд останавливается. Мне ни за что не успеть перейти пути вовремя. По крайней мере, я знаю, куда направляется убийца.

На север. Сан-Франциско.

Я хватаюсь за бок и, пошатываясь, бреду на парковку южной платформы. Машин предостаточно. Все заперты, старые модели не заведёшь. На парковку заезжает седан BMW цвета электрик. За рулём — мужчина средних лет в розовой рубашке-поло. Я, пошатываясь, подхожу к нему и стучу в боковое стекло. «Мне нужна твоя машина».

"Нет."

Я резко распахиваю водительскую дверь. «Это чрезвычайная ситуация. Подвинься».

«Иди на хуй, придурок».

«К чёрту всё это». Я тычу «Береттой» ему в лицо и толкаю на пассажирское сиденье. Сажусь за руль, захлопываю дверь. Засовываю «Беретту» за ремень. «Как мне уследить за этим поездом?»

«Ты с ума сошёл? Вон из моей машины!»

Я завожу машину и выезжаю со стоянки. Розовая рубашка-поло хватается за ручку пассажирской двери, распахивает её и вываливается наружу. Он теряет равновесие, наполовину внутри, наполовину снаружи. Я резко подаюсь вперёд, и он ныряет носом на асфальт.