Чтение онлайн

Лоле хотелось закрыть уши. И глаза. И вообще отключиться от происходящего.

– Зачем?
– только и смогла вымолвить она.

– А ты как думаешь?
– ухмыльнулась девушка.
– Думаешь, только ты не жила после того, что случилось?

Лола вскинула взгляд на Маринку. Что она такое говорит? При чем тут Гордей? Неужели...

А ведь и впрямь, после того, что произошло, Лола настолько ушла в себя и свои переживания, что ни разу не подумала, что же чувствует Гордей. Неужели он раскаялся? Он? Который никогда вообще не слышал слово "совесть"? Не может такого быть!

Тогда что же обозначает всё то, что происходит здесь сейчас?

Лола обернулась по сторонам. Все по-прежнему смотрели на неё и Гордея, тихо переговариваясь между собой. Наказание на время прекратилось. И на том спасибо. Лола бы не вынесла, если бы при ней начали опять истязать то, что раньше было великолепным телом самовлюбленного мужчины.

К ней подошёл Даниил, который стоял чуть поодаль и наблюдал за сценой как будто со стороны.

– Лола, наказание должно продолжиться. Гордей взял с нас слово, что не смотря ни на что мы выполним то, что он велел.

Лола дико взглянула на него снизу вверх.

– Как продолжиться? Он же без сознания... Он... Так не должно быть... Так...

Лола бессвязно бормртала обрывки фраз, не зная, что дальше делать. Мысли метались в голове хаотичным роем.

Но вдруг среди них возникла одна единственная, здравая.

Она должна прекратить это!

Да, правильно сказала Маринка. Только Лола сможет это остановить. Это из-за неё Гордей наказывает себя. Да, Лола тоже обвиняла во всём произошедшем мужчину. Она тоже хотела бы, наверное, чтобы он страдал. Но не настолько же!!!

Лола поднялась с колен, распрямила плечи и взглянула на Даниила.

– Подождите!
– сказала твёрдо.
– Я хочу поговорить с ним. Как можно привести его в сознание?

То, как было сказано это, никто не смел оспорить. Откуда-то появился парень, несший кружку с водой. Вода полилась на голову Гордея. Сначала ничего не происходило, но вот мужчина затряс головой из стороны в сторону, возвращаясь из небытия. Как будто не хотел выныривать, но его заставили. А может всё именно так и было?

Взгляд мужчины сначала оставался мутным, а потом прояснится, словно он вспомнил о чем-то. И действительно, мужчина начал оглядываться по сторонам, осматривать тех, кто был в поле зрения, пока не сфокусировался на Лоле, что стояла чуть в стороне. И больше не опускался, словно боясь потерять.

– Ты пришла...
– прошептал беззвучно.

Но Лола услышала, поняла. Подошла ближе.

Гордею пришлось закинуть голову, чтобы смотреть на неё, и было видно, как тяжело ему это даётся.

Тогда Лола опять опустилась на колени на возвышение рядом с ним, чтобы их лица были на одном уровне.

– А я думал, показалось...
– опять одними губами сказал Гордей.
– Не надеялся еще раз увидеть...

– Гордей, прекрати!
– воскликнула Лола.
– Зачем ты?...

Не смогла договорить, спазм сдавил горло.

Он молча смотрел на неё, не отвечая. Говоря одним только взглядом.

– Гордей, - опять начала девушка, не осознавая, что слезы льются по щекам.
– Останови это! Не нужно! Я прощу, клянусь! Только останови...

Девушка умоляла, понимая, что теперь судьба обоих зависит от того, сможет ли она найти правильные слова.

Все вокруг затаили дыхание. Никто не проронил ни слова, ни звука.

Но двоим, которые сейчас находились в эпицентре событий, было всё равно, что на них смотрит несколько десятков глаз. Для них сейчас существовали только они.

Взгляд Гордея стал тяжёлым, наполнился свинцом.

– Может ты и простишь, - горько сказал он.
– Только вот я себе этого никогда...

– Ты должен!
– с уверенностью произнесла девушка.
– Ради нас, ради себя. Ради меня, в конце концов! Ты представляешь, как мне дальше жить с этим? Не хочешь о себе думать, подумай обо мне!

Лола знала, что это запрещённый прием. Она знала, что давит на жалость, прощупав его слабое место. Но на войне все средства хороши.

Гордей молчал. Взвешивал её слова, отвернувшись. Потом, словно приняв решение, взглянул на неё из-под отяжелевших век и тихо сказал:

– Я прекращу, если приму наказание от тебя. Десять ударов.

И закрыл глаза, словно отгораживаясь от всего мира.

Лола не могла поверить в то, что она услышала. Она? Ударить человека? Не просто человека - Гордея! Мужчину, чей авторитет до сих пор был для неё непререкаем. Мужчину с колоссальным самолюбием и гордостью. Мужчину, на которого она всегда смотрела снизу, иногда даже затаив дыхание. Мужчину, которого она уважала и где-то даже боялась... И она должна его ударить?

Это было выше её сил! Она не сможет. Она почувствовала себя очень слабой. Очень одинокой среди всех этих людей. Песчинкой в море.

Все присутствующие наверняка знали Гордея и их историю. А кто не знал - того уже посвятили. Наверняка все уважали Гордея за его решение таким образом искупить свою вину. И теперь все взгляды были устремлены на Лолу, которая единственная смогла бы остановить самоистязание мужчины. Чтобы это не привело к фатальным последствиям.

Лола не знала, что ей делать. Она словно потерялась в пространстве и времени. Сейчас не Гордей, а она была распята взглядами, ожидающими её решение.

Как они все не понимают, что сейчас наказание Гордея плавно перешло в её наказание. Ей было намного хуже, чем ему. Она ощущала, будто с неё живьём содрали кожу и оставили так, на растерзание толпы. Слёзы беспрестанно текли по щекам, из горла вырывались судорожные всхлипы.

– Ты должна это сделать, Лола!
– твёрдо сказал у неё за спиной Даниил.

Лола знала, что он был одним из друзей Гордея, партнёром по забавам в этом клубе. Да и, кажись, партнёром по бизнесу. Поэтому поняла, почему мужчина так настаивает на таком решении.

Но Лола не готова была ничего решать. Она - обычная девушка, которая жила обычной жизнью, пока не влюбилась в обычного с виду парня. Но её, практически помимо воли, втянули в какие-то непонятные игры, садисские наказания, сексуальные забавы мужчин, которым приелся нормальный обычный, на их языке "ванильный", секс.

А вот Лола с удовольствием бы занималась таким обыденным сексом всю жизнь. Лишь бы с любимым человеком.

Но оказалось, что любимому мало, что он пресытился всем и всеми, что ему нужно что-нибудь "горяченькое".