Сломи мое падение
Шрифт:
— Скорее друзья с привилегиями, — поправил он. — Чувак, ты в жопе.
Я знал это. Сужая глаза, я прошипел:
— Расскажешь кому-либо об этом — я показал на свой костюм — или про Ли и я закопаю тебя, Дер.
— Я дрожу, — ухмыльнулся он.
— Дрогнешь, когда я расскажу Кэм про секс-видео, которое ты снял с сестрой своего друга в старшей школе.
Дерек побледнел. — Ты лжешь.
— Попробуй.
Я знал, что теперь он будет молчать.
— Ты коварный ублюдок.
— Я делаю, что должен.
— Ладно, ухожу, — сказал он и направился к двери. — Сохрани свои колготки и тайную девушку…
— Она не моя девушка! — отрезал я, раздраженно. — Она моя подруга!
— Да, конечно, чувак. — Он остановился в коридоре, оглянулся и ухмыльнулся. — Удачи тебе сегодня с горячей подругой и костюмами из сказек. — И подпрыгнул, щелкнув пятками. — Хотел бы я быть мальчиком! — прокричал он писклявым голосом.
— Эта фраза из «Пиноккио», ублюдок! — рыкнул я, бросаясь за ним.
— Чувак, не знал, что ты такой фанат Диснея, — смеялся он через плечо.
— А я не знал, что ты фанат моего кулака! — крикнул я, догоняя его по лестнице. Вцепившись в него на нижней ступени, мы повалились на пол, когда дверь резко распахнулась.
— О, боже мой, — рассмеялась Кэм, стоя в дверном проеме. — Кайл, что эта за фигня на тебе?
— Он Пиноккио, — хихикнул Дерек из под меня.
— Пэн, — прохрипел я, нехотя спускаясь с него. — Я Пэн.
— Настоящий потерянный мальчик, — промурлыкала Кэм, щелкнув языком. — Тебе идет.
Я неуклюже поднялся и обратился к виновнику всего безумия. — Сюрприз?
— Кайл? — спросила Ли, пробираясь мимо Кэм, глаза широко раскрыты. — Что ты делаешь? — Слава богу, она не смеялась. Я бы не вынес такого удара по моей гордости. — Она на цыпочках дотронулась до пера на моей шляпе и нахмурилась. — Почему ты в костюме Питера Пэна?
— Ты сказала, что никогда не ходила за сладостями. — Я пожал плечами, игнорируя смешки Дерека и Кэм. — Я подумал, что можем пойти.
— Правда? — глаза Ли заблестели, а на лице у нее расплылась улыбка. — Ты хочешь пойти со мной?
— Чувак, тебе двадцать два года, — вмешался Дерек с изумленным видом. — Ты серьезно? — улыбка Ли погасла, и мне захотелось выбить дерьмо из Дерека.
— Я серьезно, — фыркнул я. — Если Ли хочет пойти за сладостями, мы пойдем.
Складывая руки на груди, Дерек покачал головой. — Нет, извини, я должен вмешаться. Одно дело — носиться по дому в колготках, а другое — по улице. Ты в своем уме, Кайл?
Она — в моем уме, — мысленно прошипел я. — Теперь заткнись и дай мне разрушить себе жизнь в покое!
Игнорируя его здравый смысл, я повернулся к Ли: — Хочешь пойти за сладостями со мной, Принцесса?
— Я… — ее взгляд метался между Кэм и Дереком, затем снова на меня. — Я хочу пойти с тобой.
Я улыбнулся, Кэм закричала от радости, а Дерек застонал, как будто ему физически больно. — Ты потерян для этого мира, — объявил он. — Прощай, Геппетто, твои яйца обречены.
— Питер Пэн, — поправил я, все еще улыбаясь Ли. — Ладно. Поехали.
— Но у меня нет костюма, — пробормотала Ли, закусив нижнюю губу.
— Есть, на твоей кровати, — ответил я, беря ее за плечи и ведя к лестнице. — Так что иди готовься, Фея Динь-Динь, пока не разобрали все хорошие конфеты.
— Ладно! — визжала Ли от радости, подбегая наверх с Кэм следом. Я остался на месте, наблюдая, пока она не исчезла из поля зрения. Только тогда я выдохнул.
— Чувак, — Дерек хлопнул меня по плечу. — Ты в полной жопе.
Разумеется, я это прекрасно знал.
Ли
Я и подумать не могла, что смогу любить Кайла еще сильнее, чем уже любила.
Я ошибалась.
Когда Кэм открыла дверь, и я увидела Кайла в костюме Питера Пэна, мне показалось, что сердце просто выскочит из груди. Последнюю неделю мы с ним были запутаны в каком-то странном, непонятном, но безумно притягательном состоянии — проводили вместе почти все время. Я не понимала, что между нами происходит. Мне было страшно даже подумать об этом, а еще страшнее — спросить напрямую и услышать отказ. Но что бы это ни было, он сделал это для меня. Нарядился в Питера Пэна, выставил себя полным идиотом — только чтобы сделать меня счастливой.
В ответ я надела костюм феи Динь-Динь, который он мне купил, и пошла с ним по домам за сладостями. Мы выглядели нелепо, стучась в двери и выпрашивая конфеты, но ему было все равно — и я решила, что мне тоже будет. Он умел как-то волшебно успокаивать меня, и в тот момент, стоя рядом с ним у ярко украшенного дома, я знала: я всегда буду любить Кайла Картера.
И во всем была виновата только он.
Кайл переворачивал мой мир с ног на голову, рушил его в клочья, а потом собирал заново. Это было опасно — любить мужчину, который мог уничтожить меня. Я понимала, что он испортил меня для всех других, и самое страшное — мне было наплевать. Что-то внутри подсказывало: я больше никогда не захочу никого другого.
— Думаю, конфет нам хватит до самого Дня благодарения, — объявил Кайл, размахивая пакетом, когда мы наконец вернулись на Тринадцатую улицу. Он улыбался и держал меня за руку, выглядел расслабленным и счастливым — наверное, как никогда прежде. Разве что, может, когда мы были вдвоем в его комнате.
— Ты просто большой ребенок, да? — поддела я, улыбаясь, пока он распечатывал конфету одной рукой и закинул в рот.
— О, я большой, — протянул он с хитрым прищуром. — Ты ведь знаешь.
Я вспыхнула. — Ты невозможен.
— И сильный тоже, — добавил он с дьявольским подмигиванием. — Хочешь убедиться?
— Что? — Я округлила глаза, а Кайл расхохотался. — Каким образом?
— Иди сюда, моя маленькая фея, я отвезу тебя домой, — сказал он, присев передо мной. — Забирайся, твоя карета ждет.
— Что? — рассмеялась я.
— Просто залезай мне на спину, принцесса.
— Кайл, нет.
— Ли, да.
— Я не могу.
— Можешь.
— Но…
— Либо залезай на мою спину, либо я уложу тебя на твою прямо здесь.