Чтение онлайн

Далее последовала длинная лекция про устройство Мунфола и Отколотые острова, из которых он состоит:

Остров Смерти, на котором мертвые попадают в отель, чтобы закончить дела, поговорить с родными или выяснить своего убийцу. Разумеется, не все мертвые оказываются там, а только те, кому это действительно необходимо.

Остров Жизни, на котором души готовятся к новому воплощению и уходят в жизнь.

Остров Мук, куда попадают ужасные грешники, которые не достойны новой жизни. И мучаются они там столетиями, пока не ослабнут настолько, что сольются с землей, навсегда оставаясь его частью.

Остров Очищения, куда попадают запутавшиеся души. Они заново проживают свои ошибки, грехи, пытаясь все исправить или что-то понять. И дороги у них две: остров Жизни или остров Мук.

На всех островах (кроме острова Мук) живут обычные люди, что помогают душам найти свой путь и спасение.

А самый большой остров, где нет мертвых и душ, — Небесный город. Он поделен на пять районов, в четырех главенствует свое Время года, в центре — королева всего, сама богиня Природа, Фрея. Она следит за порядком на всех островах, правит Временами года и людьми.

— И сколько живут эти Времена года? И Природа? — уточнила Харпер, массируя виски. Кажется, пора сделать перерыв, иначе ее мозг взорвется. Пожалуй, про светлое тайное сообщество во главе с Гневом, что удумал обрушить небеса, он расскажет ей завтра.

— Пару тысяч лет, — спокойно ответил Феликс.

— Это у вас власть не сменяется по паре тысяч лет?! И мы еще жалуемся…

— Нас устраивает наша власть. Ну, устраивала, — сказал Деймонд. — Но об этом позже, ладно? Перевари пока эту информацию.

Деймонд вытащил из рюкзака блокнот, а затем — свиток. Харпер аж подалась к нему, впервые видя то, из-за чего вся эта заварушка и началась.

— Феликс, — вскинул брови Деймонд, и тот тут же выпятил грудь и начал свой рассказ.

— Тысячелетия назад собрались темные, что решили, что живым не место среди мертвых. И решили они обрушить небеса, но не хватило им мощи. Тогда они подготовили свитки, в которых оставили указания, напитали нужные предметы магией и оставили их набираться мощи. А две семьи внесли свою кровь в свитки, чтобы потомки их стали избранными и сумели завершить их дело.

— Было это так давно, что до нас дошли легенды, слухи. И первые указания, — добавил Деймонд.

— Забудь про Смерть и вечные Мучения

Открой дорогу к вере и терпению.

Так выяснишь явился кто,

Чтоб небеса обрушить на тебя, — торжественно сказал Феликс. — Это Деймонд нашел пять лет назад.

— И вы пять лет не могли расшифровать, что это значит? — усомнилась Харпер.

— Да нет. Расшифровали почти сразу, но ждали, когда планеты встанут в нужное положение, взойдет кровавая луна над храмом Забытой Смерти, чтобы игра началась, — ответил Деймонд.

— А храм Забытой Смерти снова открыл свои двери, — добавил Феликс. — И в день, когда это произошло…

— Два дня назад, — перебил Деймонд. — Мы сразились, я выиграл и сумел схватить свиток первым. И вот мы здесь.

Деймонд подтолкнул свиток к Харпер. Она склонилась над желтой бумагой, шероховатой, чуть помятой. Он постоянно пытался свернуться обратно, так долго лежал в скрученном состоянии, поэтому она придерживалась его за края, вглядываясь в знакомые буквы, которые отказывались складываться в слова, ведь принадлежали давно мертвому языку.

— Мое имя, — вздохнула Харпер, находя строчку «Алина Болконская». — А тут, видимо, продолжение легенды в стихах, да?

— Видимо. Для этого мне нужен словарь.

Феликс вскинул палец и вытащил из стопки нужную книгу. Подтолкнул ее к Деймонду, но Харпер выхватила ее и зашелестела страницами.

— Я попробую? — спросила она, смотря на Деймонда. — Я филолог по образованию, после латинского мне ничего не страшно.

— Разумеется. — Он подал ей блокнот и ручку.

— В книге не писать! — жестко заявил Феликс, на что Харпер лишь закатила глаза. — Деймонд? Можно на минуту?

Они отошли в сторону. Деймонд прислонился к стене, вставая так, чтобы видеть Харпер. Она уткнулась в книгу, кусала губу, вертела ручку в пальцах. Потом что-то записала, отчаянно начала переворачивать страницы словаря. Кажется, квест с переводом увлек ее настолько, что она забыла, где была и что вообще происходило в мире.

— Я хочу ее, — прямо сказал Феликс. — Можно? Я бережно и осторожно, ты же знаешь. Ну, пока она одета.

— Нет, — осадил Деймонд, вдруг улыбаясь, ведь Харпер закусила ручку, водя пальцами по странице. Такая красивая, увлеченная, что его сердце забилось быстрее.

— А, влюбился, да? Печально. Делиться точно не хочешь?

— Ни за что. Моя, понял?

— Без вопросов. Жаль, очень жаль… — Феликс разочарованно вздохнул, но потом вытащил из-за книг фляжку и сделал пару глотков. Кажется, это вернуло ему настроение. За что Деймонд его уважал: он всегда слышал «нет», и никогда не настаивал, получая твердый отказ. И уж тем более не лез к девушкам, которых выбрали его друзья. — Я о чем поговорить хотел. Я выяснил, куда делся Голд.

Деймонд все же оторвал взгляд от Харпер, повернулся к Феликсу.

— Он с Фреей. То ли они вместе, то ли у них деловые отношения… Но он правит с ней.

— Алчность правит Небесным городом? Потрясно. — Деймонд бы сделал вид, что удивлен, что один из смертных грехов сумел покорить сердце самой Природы, но давно ожидал подобный поворот.

— Но есть хорошая новость. Голд на нашей стороне, и насколько я понял — он вернулся в Небесный город, чтобы противостоять мунийцам. И я выяснил еще кое-что.

— Не тяни, — процедил Деймонд, ведь Феликс, словно пес, желал, чтобы его хвалили и боготворили за каждое «гав»!

— Он перепрятал один свиток еще несколько лет назад. Понятия не имею, как он его нашел. Без подсказок-то! Пока они были запечатаны магией и недоступны живым.

— Видимо, это и ответ: он грех, а не человек.

— Может. Но свиток перенес в этот мир, а не вскрыл.

— Знаю. Я выкрал информацию у отца на прошлой неделе. Свиток в катакомбах под Парижем.

— Да ладно! И ты молчал!

— Мы были в разных мирах, помнишь? Плохо то, что сообщество тоже об этом знает, значит, надо его найти, пока не открылась Дверь. Поможешь?